Чтение онлайн

Мальчишка сдавленно всхлипнул, спрятал лицо в грязных ладошках, и худенькие плечи затряслись в беззвучном, надрывном рыдании. Рыжий кот в ответ на слова беловолосой издал низкий, утробный, вибрирующий рык.

— Ого, вы видите? Какой удар по скуле! Кровь брызнула на песок! Первая серьёзная рана! Кольчуга Души пробита?! Как? Что за мощь? Что за чудовище этот Голиаф?!

— О, гляди, гляди! Началось! — вдруг с детским восторгом воскликнула гостья, резко подаваясь вперед. — Сейчас начнется самое интересное! Мой сын, мой Голиаф, сейчас закопает этого наглого щенка. Раскатает его в тонкий, кровавый блин!

На экране мутант Мезинцева, ревя от ярости, занес чудовищную лапу для сокрушительного удара. Девушка радостно, заливисто рассмеялась, обнажив в хищном оскале идеально белые, острые зубы. Мальчишке-противнику каким-то чудом удалось увернуться.

Но по мере того, как разворачивались события трансляции, её торжествующая улыбка начала медленно, словно тающий на солнце снеговик, сползать с лица, сменяясь гримасой искреннего недоумения.

Когда худой мальчишка на экране вдруг быстрым, текучим движением оказался под летящей тушей гиганта, а из-под челюсти непробиваемого Голиафа вырвалась ослепительная вспышка белого, очищающего пламени, беловолосая рывком вскочила с кресла.

— Нет! Это невозможно… — прошипела она, не веря своим глазам.

На зернистом экране Елисей тяжело поднялся на ноги. Он стоял, покачиваясь, стряхивая дымящуюся кровь со своего клинка. А её непобедимый сын, её идеальный инструмент разрушения, рухнул на песок и остался лежать бесформенной тушей.

— Да чтоб тебя разорвало! — истерично взвизгнула девушка.

Температура в комнате понизилась еще на пару десятков градусов, так что обои на стенах с сухим треском покрылись морозной коркой.

— Победа! Это невероятная победа! Господа, мы с вами только что оказались свидетелями невозможной битвы и сокрушительной победы…

Девушка резко взмахнула серпом. Дугообразная волна ледяного воздуха сорвалась с лезвия, пересекла комнату и ударила точно в центр несчастного телевизора.

Экран взорвался снопом бенгальских искр. Кинескоп лопнул с оглушительным, жалобным звоном, осыпав старенький ковер сотнями острых осколков. Из него вырвались клубы едкого дыма.

Мальчишка в углу вскрикнул, инстинктивно закрывая голову руками и вжимаясь в ледяную глыбу. Рыжий кот подпрыгнул на месте всеми четырьмя лапами, зашипел так, словно пробили шину огромного грузовика.

— Да что же это такое? Я столько сил потратила, чтобы выдать Голиафа за человека! Столько влила в него энергии, чтобы он научился регенерировать и… Какой-то мальчишка победил моего титана? А ведь князь говорил, что Голиаф играючи справится с ним! Что это только разминка для…

Беловолосая стояла посреди разгромленной комнаты, тяжело дыша. Её грудь высоко и часто вздымалась. Она ещё раз посмотрела на дымящиеся, плюющиеся искрами остатки телевизора.

— Весь аппетит испортили, ублюдки смертные, — процедила она сквозь стиснутые зубы. Пальцы сжали рукоять серпа с такой силой, что побелели костяшки, а древний металл недовольно заскрипел. — И ведь снова это оружие… Снова этот проклятый нож! А мальчишка? Опять этот дерзкий мальчишка!

Она начала мерить комнату шагами, оставляя за собой ледяные следы.

— Кто он такой, черт возьми?! Откуда он взялся на мою голову?! Сначала мой милый малыш в подвале, теперь мой несокрушимый Голиаф… Он убил уже второго моего сына! Неужели этот кусок мяса всерьез решил бросить мне вызов? Решил стать моим личным, кровным врагом? Что ж… — она остановилась, и её губы искривились в зловещей, мстительной ухмылке. — Поздравляю, малец. У тебя есть все шансы принять это почетное, но очень опасное звание!

— Я тебя ненавижу! — раздался крик, почти визг. — Я убью тебя!

Девушка тут же взмахнула рукой и бросившегося на ней с перочинным ножиком мальчика отнесло в сторону двери. Невидимая волна ударила лёгкое тельце. Он отлетел прочь, но так и не выпустил из рук ножик.

— Ненавидишь? Меня многие ненавидят. И что теперь? Помирать от этого? Ну уж нет. Пусть лучше это сделают те, кто меня ненавидит!

Она медленно повернула голову к отлетевшему мальчику. Ребенок пытался по-пластунски, не издавая ни звука, отползти в сторону распахнутой двери, ведущей в коридор. Заметив взгляд чудовища, мальчик замер, парализованный, словно кролик перед броском кобры. Кот громко зарычал и встал между ним и девушкой. Как будто в самом деле собрался защищать хозяина до последнего.

— Проваливай, — вдруг сухо и брезгливо бросила девушка, опуская серп. — Исчезни с глаз моих, пока я не передумала. У меня совершенно пропало настроение развлекаться с тобой. Убирайся!

Дважды повторять не пришлось. Мальчик, подгоняемый инстинктом самосохранения, вскочил на непослушные ноги и, не оглядываясь, спотыкаясь о разбросанные вещи, бросился вон из проклятого дома. Кот рыжей молнией метнулся следом за своим хозяином.

— И скажи спасибо своему рыжему защитнику! — крикнула беловолосая им вдогонку, её голос звенел от злобы. — Терпеть не могу котов! Ненавижу эту вонь шерсти и их тупую самоуверенность!

Она брезгливо передернула плечами и подошла к окну. Вечернее небо над Рубежом стремительно темнело, наливаясь густым, тревожным, кровавым пурпуром. Там, за чертой, клубилась тьма Опасных земель.

Девушка небрежно взмахнула рукой, и оконная рама вместе со стеклом распахнулась с оглушительным треском. После этого грациозно шагнула на подоконник. Она даже не оглянулась на результат своей работы. Подумаешь, какие-то смертные. Это был всего лишь очередной скучный день.

Она шагнула вниз. Но её ноги так и не коснулись земли. В долю секунды тело рассыпалось в воздухе миллионами острых, сверкающих ледяных игл, обернувшись яростно-ревущей снежной вьюгой. Белый вихрь взмыл высоко вверх, закружился над крышей дома и умчался в сторону горизонта. В сторону Опасных земель.

Туда, где за невидимой линией Рубежа ждали своего часа легионы других воинов тьмы. Те, кто жаждал теплой крови и жестокого отмщения.

Совсем в другую сторону убегал мальчишка, в чьих руках был сжат перочинный ножик. За ним большими скачками нёсся рыжий кот. Они бежали в сторону леса. За лесом должен быть кордон бойцов. Там можно было найти помощь.

А в разоренном доме воцарилась мертвая, пробирающая до мурашек тишина. Слышно было лишь, как тихонько потрескивает лед на стенах, да из пробитого экрана разбитого телевизора всё еще сыпались на ковер последние угасающие искры.

Конец второго тома.

Друзья, спасибо, что вы были с Елисеем всё это время. Его приключения продолжаются в третьем томе. Жду вас там))