Чтение онлайн

Как в зеркалах взаимно отраженной.

76

Когда моим ответом ты не сыт,

То Беатриче все твои томленья,

И это и другие, утолит.

79

Стремись быстрей достигнуть исцеленья

Пяти рубцов, как истребились два,

Изглаженные силой сокрушенья».

82

«Ты мне даруешь…» — начал я едва,

Как следующий круг возник пред нами,

И жадный взор мой оттеснил слова.

85

И вдруг я словно был восхищен снами,

Как если бы восторг меня увлек,

И я увидел сборище во храме;

88

И женщина, переступив порог,

С заботой материнской говорила:

«Зачем ты это сделал нам, сынок?

91

Отцу и мне так беспокойно было

Тебя искать!» Так молвила она,

И первое видение уплыло.*

94

И вот другая, болью пронзена,

Которую родит негодованье,

Льет токи слез, и речь ее слышна:

97

«Раз ты властитель града, чье названье

Среди богов посеяло разлад*

И где блистает всяческое знанье,

100

Отмсти рукам бесстыдным, Писистрат,

Обнявшим нашу дочь!» Но был спокоен

К ней обращенный властелином взгляд,

103

И он сказал, нимало не расстроен:

«Чего ж тогда достоин наш злодей,

Раз тот, кто любит нас, суда достоин?»*

106

Потом я видел яростных людей,

Которые, столпившись, побивали

Камнями юношу, крича: «Бей! Бей!»

109

А тот, давимый гибелью, чем дале,

Тем все бессильней поникал к земле,

Но очи к небу двери отверзали,

112

И он молил, чтоб грешных в этом зле

Господь всевышний гневом не коснулся,

И зрелась кротость на его челе.*

115

Как только дух мой изнутри вернулся

Ко внешней правде в должную чреду,

Я от неложных грез моих очнулся.

118

Вождь, увидав, что я себя веду,

Как тот, кого внезапно разбудили,

Сказал мне: «Что с тобой? Ты как в чаду,

121

Прошел со мною больше полумили,

Прикрыв глаза и шатко семеня,

Как будто хмель иль сон тебя клонили».

124

И я: «Отец мой, выслушай меня,

И я тебе скажу, что мне предстало,

Суставы ног моих окостеня».

127

И он: «Хотя бы сто личин скрывало

Твои черты, я бы до дна проник

В рассудок твой сквозь это покрывало.

130

Тебе был сон, чтоб сердце ни на миг

Не отвращало влагу примиренья,*

Которую предвечный льет родник.

133

Я «Что с тобой?» спросил не от смятенья,

Как тот, чьи взоры застилает мрак,

Сказал бы рухнувшему без движенья;

136

А я спросил, чтоб укрепить твой шаг:

Ленивых надобно будить, а сами

Они не расшевелятся никак».

139

Мы шли сквозь вечер, меря даль глазами,

Насколько солнце позволяло им,

Сиявшее закатными лучами;

142

А нам навстречу — нараставший дым

Скоплялся, темный и подобный ночи,

И негде было скрыться перед ним;