ЖАНРЫ

Божественная комедия (илл. Доре)
Шрифт:
4
Мне б это крепче выжать помоглоСок замысла; но здесь мой слог некстати,И речь вести мне будет тяжело;
7
Ведь вовсе не из легких предприятий —Представить образ мирового дна;Тут не отделаешься «мамой-тятей».
10
Но помощь Муз да будет мне дана,Как Амфиону * , строившему Фивы,Чтоб в слове сущность выразить сполна.
461

Амфион (греч. миф.), воцарясь в Фивах, окружил стеною нижний город, причем камни под звуки его лиры сами спускались с горы и ложились один на другой.

13
Жалчайший род, чей жребий несчастливыйИ молвить трудно, лучше б на землеТы был овечьим стадом, нечестивый!
16
Мы оказались * в преисподней мгле,У ног гиганта, на равнине гладкой,И я дивился шедшей вверх скале,
19
Как вдруг услышал крик: «Шагай с оглядкой!Ведь ты почти что на головы нам,Злосчастным братьям, * наступаешь пяткой!»
462

Мы оказались… — Дном колодца, охраняемого гигантами, служит ледяное озеро Коцит, в котором караются обманувшие доверившихся, то есть предатели (см. прим. А., XI, 16-66). Это последний круг Ада, разделенный, без видимых границ, на четыре концентрических пояса. Первый пояс называется Каина (ст. 59), по имени Каина-братоубийцы. Здесь казнятся предатели родных. Они по шею погружены в лед, и лица их обращены книзу. Описанию Каины посвящены стихи 16-69.

463

Злосчастным братьям — двум братьям, графам Мангона (ст. 41), или, быть может, вообще казнимым здесь грешникам.

22
Я увидал, взглянув по сторонам,Что подо мною озеро, от стужиПодобное стеклу, а не волнам.
25
В разгар зимы не облечен снаружиТаким покровом в Австрии Дунай,И дальний Танаис * твердеет хуже;
28
Когда бы Тамбернику * невзначайИль Пьетрапане * дать сюда свалиться,У озера не хрустнул бы и край.
464

Танаис — греческое название реки Дона.

465

Тамберник (другое чтение — Таберник) — название горы. Старые комментаторы указывают, что она находится в Славонии. Быть может, это Фрушка Гора близ города Товарника.

466

Пьетрапана (ныне Пания) — наиболее высокая гора в Апуанских Альпах, между реками Серкьо и Магра, в Тоскане.

31
И как лягушка выставить ловчится,Чтобы поквакать, рыльце из пруда,Когда ж ее страда и ночью снится,
34
Так, вмерзши до таилища стыда * И аисту под звук стуча зубами,Синели души грешных изо льда.
37
Свое лицо они склоняли сами,Свидетельствуя в облике такомО стуже — ртом, о горести — глазами.
467

Таилище стыда — лицо, где проступает краска стыда.

40
Взглянув окрест, я вновь поник челомИ увидал двоих, * так сжатых рядом,Что волосы их сбились в цельный ком.
43
«Вы, грудь о грудь окованные хладом, —Сказал я, — кто вы?» Каждый шею взнесИ на меня оборотился взглядом.
46
И их глаза, набухшие от слез,Излились влагой, и она застыла,И веки им обледенил мороз.
468

И увидал двоих — то есть тех «Злосчастных братьев», один из которых только что окликнул Данте (ст. 21). Это, как сообщает (ст. 55-60) их сосед, — братья Алессандро и Наполеоне дельи Альберти, графы Мангона, сыновья Альберто (ст. 56), владевшие в конце XIII в замками в долине реки Бизенцьо (ст. 57), впадающей в Арно. Взаимная вражда довела их до того, что они убили друг друга.

49
Бревно с бревном скоба бы не скрепилаСтоль прочно; и они, как два козла,Боднулись лбами, — так их злость душила.
52
И кто-то молвил, * не подняв чела,От холода безухий: «Что такое?Зачем ты в нас глядишь, как в зеркала?
55
Когда ты хочешь знать, кто эти двое:Им завещал Альберто, их отец,Бизенцский дол, наследье родовое.
469

И кто — то молвил. — Это Камичон де'Пацци (ст. 67-68).

58
Родные братья; из конца в конецОбшарь хотя бы всю Каину, — гажеНе вязнет в студне ни один мертвец:
61
Ни тот, которому, на зоркой страже,Артур пронзил копьем и грудь и тень, * Ни сам Фокачча * , ни вот этот даже,
64
470

Ни тот, которому… — Как повествует роман о Ланчелоте (А., V, 128 и прим.), король Артур, узнав о предательстве своего внебрачного сына Мордрека, пронзил его копьем насквозь, так что через рану проник солнечный луч и самая тень его оказалась пронзенной. Умирая, Мордрек успел смертельно ранить Артура.

471

Фокачча деи Канчельери, пистойец, предательски убил двух своих родственников.

Что головой мне застит скудный деньИ прозывался Сассоль Маскерони;В Тоскане слышали про эту тень. *
67
А я, — чтоб все явить, как на ладони, —Был Камичон де'Пацци, * и я ждуКарлино * для затменья беззаконий».
70
Потом я видел сотни лиц * во льду,Подобных песьим мордам; и донынеСтрах у меня к замерзшему пруду.
472

Сассоль Маскерони, флорентиец, убил своего племянника, чтобы завладеть наследством. Убийцу прокатили в бочке, утыканной гвоздями, и обезглавили. Об этом говорили по всей Тоскане.

473

Камичон де'Пацци — Альберто Камичоне, предательски убил своего родственника, обьезжая с ним верхом их общие владения.

474

Карлино-Карлино де'Пацци, родственник Камичоне. Когда в 1302 г. флорентийские Черные осадили замок Пьянтравинье, где еще держались изгнанные из Флоренции Белые, Карлино за деньги предал замок в руки Черных, причем многие Белые были убиты, в том числе два его родственника.

475

Потом я видел сотни лиц… — Здесь начинается второй пояс девятого круга — Антенора (ст. 89), где казнятся предатели родины и единомышленников. Они, как и грешники Каины, вмерзли в лед по шею, и лица их также обращены книзу (ср. ст. 105), но еще более обезображены холодом (ср. ст. 70-72). Этот пояс назван по имени троянского вождя Антенора, которого послегомеровское предание изображало изменником.

73
И вот, пока мы шли к той середине,Где сходится всех тяжестей поток, * И я дрожал в темнеющей пустыне, —
76
Была то воля, * случай или рок,Не знаю, — только, меж голов ступая,Я одному ногой ушиб висок.
79
476

К той середине, где сходится всех тяжестей поток — то есть к средоточию Ада, центру вселенной, на который она давит всей своей тяжестью (ср. А., XXXIV, 111; P., XXIX, 57).

477

Была то воля — то есть божья воля.

«Ты что дерешься? — вскрикнул дух, стеная. —Ведь не пришел же ты меня толкнуть,За Монтаперти лишний раз отмщая?» *
82
И я: «Учитель, подожди чуть-чуть;Пусть он меня избавит от сомнений;Потом ускорим, сколько хочешь, путь».
85
Вожатый стал; и я промолвил тени,Которая ругалась всем дурным:«Кто ты, к другим столь злобный средь мучений?»
478

Я одному ногой ушиб висок. — Это Бокка дельи Абати (ст. 106). В бою при Монтаперти (см. прим. А., X, 32-51) Бокка, предатель-гвельф, отрубил руку знаменосцу флорентийской конницы, что привело к замешательству в рядах гвельфов и к их разгрому.

88
«А сам ты кто, ступающий другимНа лица в Антеноре, — он ответил, —Больней, чем если бы ты был живым?»
91
«Я жив, и ты бы утешенье встретил, —Был мой ответ, — когда б из рода в родВ моих созвучьях я тебя отметил».
94
И он сказал: «Хочу наоборот.Отстань, уйди; хитрец ты плоховатый:Нашел, чем льстить средь ледяных болот!»
Поделиться с друзьями: