Чтение онлайн

— Да и сама-то ты, посмотри на себя, — присоединилась другая усердная мамочка. — Еле на ногах стоишь! Да и работать поди не умеешь. Ручки-то совсем беленькие!

— Остаешься здесь!

— Ну что вы, я для вас только лишний груз, — всхлипнула Аза. — Не могу я так.

[Надо бы ей потом за кулисами букет цветов вручить.]

— А вот и можешь!

— Для начала, я выделю вам с малышом комнату здесь, в трактире. Будешь мне помогать на кухне с посудой. А потом, глядишь, и в собственный дом переберешься! — это сказала тетка, которая первой схватила Никиту. Трактирщица, оказывается. Или как их там называют...

— С-спасибо... — размякла Аза.

— Мы тебе поможем.

— Поддержим.

— Может и мужа себе здесь найдешь достойного. У нас в деревне нет таких глупых правил, как то у тебя...

Глоть...

Глоть...

Никита начал отрубаться. Большие теплые руки надежно держали его, покачивая и убаюкивая.

— Мя-ааам.

— Спи мое сокровище, спи моя малютка...

[Блин, хватит гипнотизировать...]

— Спи, крошка...

— Мя...

— Спи, спи, спи...

Перед тем, как провалиться в беспросветную тьму, Никита подумал, что бы с ним было, если б он отказался тогда от Азы? Наверное, сидел бы уже без причиндалов на платформе богини Азоры.

— Я и пальцем к тебе не притронусь!

[А как же пылинки, мягкая влажная тряпочка?]

— Это должна была быть твоя работа!

Никита лежит на мягком одеяле, расстеленном на полу возле деревянной ванночки, наполненной теплой водой. Они с Азой находятся в полуподвальном помещении трактира «Хромая курица», где хранится чистая посуда. Хозяйка повелела использовать ее, как ванную комнату для Никиты. Не тащить же его в общую купальню, в самом то деле?

[...]

— Нет, нет, нет! Ни за что! — скривившись, будто проглотила чей-то пережеванный обед, Аза смотрит на Никиту. Никита увидел жирного паука в паутине над ее головой.

[Жирный паук.]

— Где?! — справочная служба передернулась, оглядываясь по сторонам.

[Прямо над твоей головой.]

— Аэээ...

Спустя мгновение, Аза уже стояла с правого бока Никиты.

[Я тебя спас, теперь давай купай меня.]

— Нет! Я не притронусь к твоей заднице!

[Задница — это у хозяйки трактира, у меня попка.]

Никита в самом деле ощущал дискомфорт от состояния собственного тела. Липко, чешется, несет чем-то кислым.

[Блин, ну давай, пожалуйста...]

Аза смотрит на Никиту, и, видимо, ведет сложную внутреннюю борьбу. Никита ее прекрасно понимает, но, черт возьми, это не она сейчас, обгадившаяся, валяется беспомощной на полу!

[Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!]

— Аааа, ладно! Ладно! — девчонка нагнулась, и подняла Никиту.

Дзыыы...

— Хватить дзыкать, достал!

[Ага.]

— Хватит агакать.

[Прости.]

Изучая лицо Азы, Никита ощутил себя собачьей какашкой, которую хозяйка подняла с газона целлофановым пакетом.

Дз...

— Что дальше-то?

[Ну, тип рядом стоит ванна...]

— Это тазик для грязной посуды, идиот!

[А почему он такой большой?]

— Ааа...

[Давай, помой меня.]

— Ааа...

— Меееее.

[Пожааалуйста.]

Господи, неужели он так отвратителен? Рот Азы, от искривления лица, сейчас окажется рядом с ее собственным ухом. Но, тем не менее, он уже ощутил тепло, исходящее от воды.

[Вот...]

Никита поддерживал свою служанку.

[Да...]

Плюх, плюх...

Аза его макает, как чайный пакетик.

— Все, доволен?!

[Что?]

— Хватит с тебя!

Аза подняла Никиту над водой, и уже собиралась опустить обратно на одеяло, как вошла хозяйка.

— Ну что же ты делаешь, молодежь... — покачала головой женщина, увидев эту сцену. — Давай покажу, как правильно надо.

[Учись у профессионала.]

Аза злобно зыркнула на Никиту.

— Вот так...

Голова Никиты легла на большую, теплую ладонь женщины.

Дзы...

Дз...

Дз...

А потом он мягко погрузился в воду.

— Шею… шею и головку всегда придерживай... — приговаривала трактирщица. — Купи-купи-купи-купи!..

[Мотай на ус, богородица.]

— Нужно мыть все...

— Все-превсе? — в глазах Азы отражается ужас.

— Все-превсе.

Дзыыыы!

Дзыыыыы!

Дзыыыыыыы!

[Убери пальцы из моей задницы!]

Аза выглядит так, будто это ее сейчас лапают во всех самых потайных местах.

Дзыыыыы!

Она даже дернулась.

[Аза, помоги!]

— Вот, теперь попробуй ты...

Тельце Никиты продолжает лежать на руке трактирщицы.

— Давай-давай, — пригласила Азу женщина.

Аза неуверенно приблизилась к ним.

— Вот, теперь аккуратненько, подлезь под мою руку.

Никита ощутил, как маленькая ладонь Азы легла поверх ладони трактирщицы.

Дзыы...

— Все, я отпускаю.

Надежная поверхность ушла из-под спины Никиты, и теперь он балансировал на веревочной конечности Справочника, как канатоходец.

— Теперь очень осторожно промывай. Ручки, ножки, складочки, — продолжила транслировать свой гайд женщина. — Только очень осторожно!

По телу Никиты принялись скользить дрожащие призрачные пальцы Азы. А он скользил взглядом по ее позеленевшему лицу.

[Только на меня не вывернись.]

— Везде, — неуклонно напомнила трактирщица.

— И т-там тоже? — глаза Азы, распахнутые до затылка, смотрят куда-то ниже пупка Никиты.

— И там.

— Ааа, ааа-а... — Аза зажмурила один глаз, а вторым через узкую щелку смотрит на его достоинство. Ее голова наполовину отвернута от Никиты. — Ааа... а...

— Не бойся, — подбодрила ее трактирщица. — Это не страшно, ты привыкнешь.

И вот палец Азы теребит его там.

Дзыыыы!

— Уаааа, бээээ!

Дзыыыы!

— Вуээээ.

Короче, досталось им обоим.

— И попку тоже.

Аза уже вся мелко дрожала, и, кажется, прямо сейчас грохнется в обморок, пустив Никиту на дно.

— Попку, — была непреклонна училка по плаванию.

— Нет!

— Да.

— Нет!

— Да, — последнее слово трактирщицы было таким спокойным, словно глаголила сама Азора.