Чтение онлайн

— Одна ночь, — произнёс Дамиан наконец. — И пирог.

— И пирог, — подтвердила она.

— И если мне не понравится лён...

— Я лично верну шёлк. И больше никогда не зайду в вашу спальню без приглашения.

Дамиан прищурился.

— Вы даёте слово?

— Даю.

Он помолчал. Потом резко развернулся и направился к двери. У порога обернулся.

— Пирог, — сказал он. — С лимонным кремом?

— С лимонным кремом и сахарной глазурью.

— В восемь. В малой столовой.

— Будет.

Он вышел. Дверь закрылась.

Ванесса медленно опустилась в кресло. Её сердце бешено колотилось в груди, но на лице расплывалась улыбка — широкая, торжествующая, совершенно неуместная для женщины, которую только что обвинили во вторжении в личное пространство.

— Ты, — произнесла Грета, — только что шантажировала верховного инквизитора пирогом.

— Да, — подтвердила Ванесса.

— И он согласился.

— Да.

— Из-за пирога.

— Думаю, что не только из-за пирога. Скорее из любопытства. — Она взяла спицы и продолжила вязать. — Он хочет знать, удобно ли спать на льне, но гордость не позволяет ему признать это. А пирог — это предлог. Безопасный способ согласиться, не теряя лица.

Грета покачала головой.

— Ты манипулятор. Гениальный манипулятор. Я начинаю тебя бояться.

— Я не манипулятор, а сваха. Сваха знает: чтобы человек согласился на что-то, ему нужно дать возможность сохранить лицо. — Она усмехнулась. — Дамиану нужно было сохранить лицо. Я дала ему пирог. Все довольны.

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Эдгара.

— Госпожа, — прошептал он, — я всё слышал. Это было... великолепно. Вы поставили условие хозяину и он согласился. Это невероятно!

— Это не условие, Эдгар. Это взаимовыгодный обмен. Он получает пирог, я получаю возможность доказать, что лён лучше шёлка.

— А если лён ему не понравится?

— Понравится, — уверенно сказала Ванесса. — Лён объективно лучше. Это научный факт.

— Откуда вы знаете?

— Я выросла в трактире. Мы меняли бельё каждую неделю. Я перепробовала всё: шёлк, лён, хлопок, даже конопляную ткань. Лён — лучший, особенно зимой.

Эдгар посмотрел на неё с тем же выражением, что и всегда: смесь благоговения и лёгкого ужаса.

— Я принесу пирог в столовую к восьми, — сказал он. — И прослежу, чтобы чай был горячим.

— Спасибо, Эдгар.

Дверь закрылась. Ванесса осталась вдвоём с Гретой.

— Знаешь, — задумчиво произнесла гаргулья, — я прожила триста лет. Я видела, как рушатся империи, как вымирают драконы, как меняется мода на шляпки. Но я никогда не видела, чтобы женщина приручала верховного инквизитора с помощью пирогов и льняного белья.

— Я не приручаю, — возразила Ванесса. — Я просто...

— ...делаешь его жизнь лучше, — закончила Грета. — Да, я слышала. И знаешь что? Мне кажется, у тебя получается.

Ванесса промолчала. Она вязала — петля за петлёй, ряд за рядом — и думала о том, что сегодня вечером подаст лимонный пирог. А завтра утром узнает, понравился ли Дамиану лён.

И если понравился — она одержит ещё одну победу.

Маленькую, тактическую, но победу.

А из таких побед, в конце концов, складываются большие.

«Дорогой дневник. Сегодня я вторглась в спальню верховного инквизитора. Он был в ярости. Я предложила ему сделку: одна ночь на льняном белье в обмен на лимонный пирог. Он согласился. Грета говорит, что я манипулятор. Эдгар говорит, что это было великолепно. А я думаю: может быть, приручить инквизитора не сложнее, чем приручить гаргулью? Нужно просто знать, что ему предложить. В случае Греты — кофе. В случае Дамиана — пирог, и немного заботы. С тактическим оптимизмом и лимонным кремом, Ванесса Мортегар, повелительница пирогов и льняных простыней».

Библиотека замка Мортегар была единственным местом, которое Ванесса ещё не посетила.

За две недели своего пребывания в замке она успела изучить каждый закоулок, но библиотека оставалась terra incognita — запретной территорией. Дамиан упомянул о ней в первый день — «восточное крыло, не рекомендую, там сквозняк» — и с тех пор Ванесса туда не заходила. Не потому, что боялась сквозняка. А потому, что чувствовала: это место — особенное. Даже более особенное, чем спальня.

Спальня — это место для сна. А библиотека — место для души.

И вот, в четверг утром, когда Дамиан снова уехал по делам, на этот раз — в Совет Магов, Ванесса решилась.

— Эдгар, — позвала она, отставляя чашку с кофе, — где ключ от библиотеки?

Дворецкий, убиравший со стола, замер.

— От библиотеки, госпожа?

— Да, в восточном крыле. Я хочу посмотреть.

Эдгар побледнел. За две недели Ванесса научилась различать оттенки его бледности: лёгкая бледность означала «госпожа снова что-то задумала», средняя — «госпожа задумала что-то опасное», а сильная, с дрожанием рук — «госпожа задумала то, за что хозяин нас обоих испепелит». Сейчас была средняя.

— Госпожа, — осторожно начал он, — библиотека — это... особое место. Хозяин проводит там много времени. Он очень... трепетно относится к книгам.

— Я не собираюсь их жечь, — успокоила Ванесса. — Я просто хочу посмотреть. Я люблю книги. У меня у самой был «Брачный кодекс» — единственная книга, которую я хранила. А тут — целая библиотека. Неужели вы думаете, что я удержусь?

— Но хозяин...

— Хозяин в отъезде и вернётся только вечером. У меня полно времени.

Эдгар колебался. Ванесса видела, как в его голове борются преданность хозяину и желание угодить новой госпоже. Последние две недели желание угодить госпоже стабильно побеждало — особенно после того, как она научила его варить суп и печь овсяное печенье.

— Ключ у меня, — сдался он. — Но, госпожа, умоляю: только посмотреть. Ничего не трогать. Хозяин знает каждую книгу. Он заметит, если что-то сдвинется.

— Я буду осторожна, — пообещала Ванесса.

Библиотека оказалась огромной.

Ванесса ожидала просто большую комнату с книжными шкафами, а получила двухуровневый зал размером с галереей на втором этаже, винтовыми лестницами и таким количеством книг, что у неё на мгновение закружилась голова. Высокие — до самого потолка — стеллажи из тёмного дерева. Тысячи, десятки тысяч томов в кожаных переплётах, с золотым тиснением, с серебряными застёжками, с корешками, на которых время оставило благородную патину. Посреди зала стояли массивные столы для чтения, окружённые креслами с высокими спинками. С потолка свисали магические светильники — старинные, в форме драконов, держащих в пастях хрустальные шары.

Пахло старыми книгами, воском и чуть-чуть — озоном. Тем самым запахом, который Ванесса уловила от Дамиана в первый день.

— Это... — выдохнула она, — это великолепно.

— Да, госпожа, — согласился Эдгар, стоявший у двери с таким видом, будто охранял вход в сокровищницу. — Библиотека Мортегаров собиралась пятьсот лет. Здесь есть книги, которых нет больше нигде в империи. Первые издания, рукописи, трактаты по магии...

— Я вижу, — Ванесса медленно шла вдоль стеллажей, касаясь пальцами корешков. — Но...