ЖАНРЫ

Брачный договор с плохим мальчиком
Шрифт:

Она даже не пыталась поспорить со мной. Мои кроссовки скользили по тротуару позади

нее.

– Ты себя хорошо чувствуешь?

Уклоняясь от встречной толпы, она придержала дверь торгового центра для меня.

– Конечно. Почему ты спрашиваешь?

– Ну, ты не пытаешься все усложнять, для разнообразия.

Ее ресницы быстро захлопали.

– Это твоя попытка вежливо сказать мне, что я сука?

Засмеявшись, я пошел вперед неё через оживленный торговый центр.

– Никогда не говори мне, что я не тактичен.

Ее каблуки яростно стучали по твердому мрамору. Шепотом, она пробормотала:

– Это не я веду себя странно, а ты.

– Это еще почему? – спросил я.

– Забей.

Резко затормозив, она захватила мой локоть и потащила меня в магазин. Ощущение

ее пальцев, обхватывающих меня, подняли во мне волну тепла.

– Здесь есть неплохие вещи.

Это был ярко освещенный магазин, с высокими окнами, окрашенными гигантскими

золотыми и черными коронами.

«Cabo Street», - понял я, узнавая торговую марку. У Никс был неплохой вкус, впрочем, меня

это не удивило.

Похоже, что она считала обязательным для себя одеваться стильно. Она была почти

одержима тем, как выглядела со своими растрепанными волосами в то время, как мы трахались.

Даже белье у нее было классное, подумал я, вспоминая ее лавандовые трусики.

– Абель, взгляни на это, - она перебирала пальцами край темно-красной рубашки.

Поскольку я подошел ближе, она разгладила ткань, показывая мне золотой рисунок вдоль рук. –

Неплохо, правда?

Поведя рукой по материалу, я кивнул.

– Мягкий. Мне нравятся мягкие вещи на моей коже.

Она прикусила нижнюю губу, нервно хихикнув.

– Конечно, нравятся. Не желаешь примерить?

– Ты – босс, - расстегивая пиджак, я позволил ему упасть на пол. Магазин был полон

людей, и все они - и мужчины, и женщины - остановились, чтобы уставиться на меня и мою

голую грудь. Я даже не посмотрел на них.

Я смотрел на Никс. Ее глаза широко распахнуты, скулы покрывает легкий румянец, который медленно расползается по щекам. Мне нравится, когда это происходит.

– Абель, - прошипела она, поднимая руки, как будто она могла скрыть меня ото всех. -

Почему тебе обязательно нужно при всех оголяться? Остановись!

Вытягивая руки, я поиграл мышцами, притворяясь, что не понимаю, о чем она говорит.

– Остановиться? Но все, кажется, наслаждаются этим видом.

Она оглядела толпу, напрягаясь, когда заметила девушек, начавших снимать меня на свои

телефоны. Были, конечно, некоторые хмурые взгляды, но, в основном, женщины поедали меня

глазами. И только Никс выглядела расстроенной.

Держа красную рубашку возле меня как занавес, она скрипела зубами.

– Почему ты это делаешь?

Я встретил ее пристальный взгляд. Я видел, как эмоции горели в ее зеленых глазах, и я

надеялся, что она почувствует, хоть часть того, что ощущаю я. Почему я делаю это? Это был

хороший вопрос, и мой ответ вышел более спокойным, чем должен был.

– Чтобы заставить тебя ревновать, - прошептал я.

Никс превратилась в статую. Ее руки, словно когти, впились в рубашку, будто выпускать

она ее не собиралась никогда.

– Что? – спросила она на одном выдохе.

– Это правда, - я мягко забрал рубашку у нее, протягивая свои руки через рукава. Вокруг нас

послышались разочарованные возгласы. Шоу было закончено, в считанные секунды покупатели

растворились, оставляя нас с Никс одних возле стоек.

Ее руки со скрюченными пальцами, все еще висели в воздухе. У меня было нехорошее

подозрение, что она готовится вцепиться в мои глаза. Но вместо этого, она мягко опустила руки

к своим бедрам.

– Почему ты устраиваешь это все для меня? – спросила она.

Я накинул пиджак и застегнул его.

– Ты не права. Разве тебе не очевидно, что ты мне нравишься?

– Я не нравлюсь тебе, – засмеялась она, прикрывая смехом свой кислый голос. – Ты просто

хочешь меня использовать. Я для тебя всего лишь еще одна пара ходячих сисек, только на этот

раз эти сиськи – препятствие на пути к твоим деньгам. И больше ты во мне ничего не видишь.

Я остановился. Ее слова были резки, но она полностью ошибалась.

– Никс…

– Хватит, - ее голос дрогнул. Мне показалось, или ее глаза были на мокром месте? Она

отвернулась, холодный огонь в ее глазах вернулся. - Не играй со мной. У меня нет на это

времени.

Я сжал ее плечи. Она начала выворачиваться, но я держал ее крепко.

– Послушай меня, - сказал я, – чтобы ты там ни думала, я не вру. Ты нравишься мне, я

обожаю смотреть, как ты ревнуешь. Я хочу, чтобы ты думала только обо мне, и возбуждалась

только из-за меня... Мне не хватает тебя, Никс, мне мало того, что между нами было…

Она онемела, глядя на меня. Ее глаза блестели и напоминали две темных галактики. Она

смотрела именно на меня, по-настоящему на меня. Если бы этот момент можно было задержать, я стоял бы среди этих стоек с мятыми джинсами и рубашками вечно.

Но так не бывает.

Моя жизнь – ни хрена не романтическая история.

Никс отступила, колеблясь. Независимо от того, что она собиралась сказать, она

остановила себя.

– Рубашка, - пробормотала она. – Пойдем, позаботимся об этом.

Прикасаясь к мягкой ткани, я цинично улыбнулся.

– Да. Я полагаю, это то, что действительно важно сейчас.

В ее взгляде была боль, и я, блять, видел это. Но я не мог ей помочь, ничего не мог сделать.

Никс видела во мне лишь легкомысленного повесу, и ненавидела все то, что означают эти слова.

И почему я позволяю себе переживать за нее?

Что, черт возьми, я делаю?

Пытаюсь сохранить свой образ жизни. И мне нужно, чтобы она хотела меня, чтоб все

получилось.

Поделиться с друзьями: