Чтение онлайн

Более того, понимание завета требует старания через изучение Писания. Для этого необходимо время и внимание. В Притчах 2:4 Соломон говорит, что те, кто желает проникнуть в эту тайну и понять ее, должны искать ее, как серебра, и отыскивать ее, как сокровища. Это требует особых усилий. Как земля не может отдать свои сокровища поверхностному наблюдателю, так и Писание дает правильное понимание завета только тем, кто старательно углубляется, уделяет время и старается его найти.

Я говорю это как введение к изучению завета, к которому мы приступим в этой главе. Вначале это может показаться довольно тяжелым и утомительным делом. Но если мы приступим к этому с терпением и старанием, то мы, в конечном итоге, получим сокровище, обладающее огромной ценностью. Это будет темой нашего дальнейшего исследования.

Определение завета

Существует два основных слова в Писании для обозначения понятия “завет”. Это греческое слово “диатеке”, используемое в Новом Завете, и еврейское слово “б’рит” или “б’ритх”, используемое в Ветхом Завете. Это еврейское слово встречается в названии известной еврейской организации “Б’наи Б’рит”, что буквально означает “Сыны Завета”. Каждое из этих слов — “диатеке” в греческом и “б’рит” в еврейском, обычно, переведены двумя разными словами — “завет” и “завещание”. В каждом отдельном случае используется то слово, которое соответствует контексту.

В русском языке мы обычно не считаем, что слова “завет” и “завещание” означают одно и то же. Мы ограничиваем значение слова “завещание” юридическим документом, который, как показывает Писание, вступает в силу только после смерти того, кто сделал завещание. С другой стороны, слово “завет” не ассоциируется у нас со смертью сторон, состоящих в завете. Тем не менее, в Писании этого различия между “завещанием” и “заветом” не существует. В Писании “завет” — это “завещание” и “завещание”— это “завет”.

Мы все, конечно, осведомлены, что Библия дана нам в виде двух “завещаний” — “Ветхого Завещания” и “Нового Завещания”. Тем не менее, наше понимание возрастет, если в каждом случае слово “завещание” заменим словом “завет” и будем говорить “Ветхий Завет” и “Новый Завет”. Это, конечно, факт, имеющий огромное значение, что Бог дал человеку полное откровение в виде двух заветов. Поэтому понятие завета является главным в общем божественном откровении. Если мы не поймем природу завета, как мы можем надеяться понять истинный смысл Божьего послания?

В чем же тогда заключается смысл слова “завет”? Его нелегко определить коротко и однозначно. Предполагают, что корневое значение еврейского слова “б’рит” — это связывать, но это не совсем точно. Тем не менее, определенно то, что завет — это связь. Корневое значение греческого слова “диатеке”— приводить что-либо в порядок. Следовательно, это означает установление особых отношений и условий. Оно применяется больше в юридическом смысле, чем его родственное еврейское слово “б’рит”.

В Писании встречаются два разных вида завета. Один в горизонтальном плане — завет между двумя людьми. По значению это близко к понятию “договор”. Например, Соломон заключил завет с Хирамом, царем Тира (3 Цар. 5:12). (Здесь слово “б’рит” переведено как “союз”.) Посредством этого завета Соломон и Хирам связали себя обоюдной дружбой и установили условия, согласно которым Хирам снабжал Соломона материалами и рабочей силой для постройки храма.

Несмотря на то, что этот вид завета был только на человеческом уровне, между двумя царями, интересно заметить, что позднее, когда Бог через пророка Амоса провозгласил о суде над царем Тира, одной из причин суда было то, что люди “не вспомнили братского союза”— завета, заключенного между Соломоном и Хирамом (Ам. 1:9). Таким образом, мы видим, что даже на человеческом уровне Бог рассматривает нарушение завета, как очень серьезный повод к тому, чтобы произвести суд над виновной стороной.

Завет: основание взаимоотношений

Более того, в Писании завет, в основном, заключается не в виде договора между двумя людьми на горизонтальном уровне, но как установленные по собственной инициативе взаимоотношения Бога с человеком, в которых стороны участвуют не на одном уровне. По существу, завет отражает взаимоотношения, которые Бог устанавливает Сам независимо, по Своему собственному выбору и решению. Он определяет условия, на которых Он готов вступить в эти взаимоотношения с человеком. Мы обязаны подчеркнуть, что инициатива исходит полностью от Бога, и условия устанавливает исключительно Он. Человеческое участие в этом— просто отозваться на Божье предложение заключить завет и принять взаимоотношения, установленные этим заветом. Человек не ставит своих условий и тем более не является инициатором взаимоотношений. Вам нужно иногда почувствовать себя пресвитерианином или кальвинистом, чтобы понять этот аспект завета. Исторически кальвинистское течение протестантизма всегда придавало особое значение завету. И делая так, они оберегали эту очень важную нить истины. Я осмелюсь сказать, что мы не сможем полностью понять своих взаимоотношений с Богом, пока не поймем библейского взгляда на завет.

В конечном счете, всякие долговременные взаимоотношения Бога с человеком основаны на завете. Бог никогда не вступает в долгосрочные взаимоотношения без завета. В Псалме 49 с 1 по 5 стих псалмист дает пророческое предсказание пришествия Господа в силе и славе в конце времен, чтобы собрать Его народ к Себе. При этом он дает ясное определение, кого Он признает в качестве Своего народа.

Бог богов, Господь возглаголал, и призывает землю, от восхода солнца до запада.

Это призыв ко всей земле.

С Сиона, который есть верх красоты, является Бог. Грядет Бог наш, и не в безмолвии: пред Ним огонь поедающий, и вокруг Него сильная буря.

Это очень ясное пророчество пришествия Господа в силе, славе и для суда.

Он призывает свыше небо и землю, судить народ Свой:

Это суд Божьего народа перед судилищем Христа. Не суд неверующих, но суд для верующих. Не суд осуждения, но суд для награды.

“Соберите ко Мне святых Моих, вступивших в завет со Мною при жертве”.

Этот стих говорит нам о том, кому Бог адресует эти слова.

Еврейское слово, переведенное здесь как “святых”— это “хасид”. Это слово также использовано в понятии “хасидский иудаизм” — наиболее ревностная и преданная форма ортодоксального иудаизма. “Хасид” — это человек, жизнь которого подчинена Богу. Это человек, живущий только для Бога.

Тем не менее, псалмист здесь дает определение “святых” — истинных хасидов — как “вступивших в завет со Мной при жертве”— более дословно: “тех, кто рассек Мой завет на основе жертвы”. Еврейское выражение “рассечь завет” более точное, чем “вступить в завет”. Оно означает движение ножа, которым предавали жертву смерти. “Мой завет”— определенно означает, что этот завет исходит от Самого Бога, что это неизменный, вечный завет. Есть только одно основание, на котором Бог заключает завет — это жертва. Без жертвы не может быть завета.

Ранее, где-то в 1944 году, когда я впервые приступил к изучению Библии на еврейском языке, Святой Дух побудил сделать меня нечто необычное. Я вооружился тремя цветными карандашами — синим, зеленым и красным — и решил выделить три разные темы, подчеркивая каждую отдельным цветом. Темы были следующие: завет, жертва и пролитие крови. Синий цвет означал завет, зеленый — жертву, и красный — пролитие крови. Таким образом, я натолкнулся на откровение, потому что я обнаружил, что где был синий цвет, там был и зеленый; и где был зеленый цвет, там был и красный. Другими словами, там, где есть завет, должна быть и жертва, и там, где есть жертва, должно быть пролитие крови.