Чтение онлайн

— А если я хочу съесть кое-что другое?

Кир прищуривается, но всё же накалывает на вилку огромный кусок блина.

— Тебе нужна еда. Открывай рот.

Покорно подчиняюсь, позволяя ему накормить меня. Нежный, пропитанный маслом блинчик тает на языке, а сладкий сироп вырывает у меня довольный стон.

— М-м-м, это божественно. Попробуй.

Он наклоняется и слизывает капельку сиропа с моих губ.

— М-м-м, и правда вкусно.

Закатываю глаза.

— Думаешь, ты такой неотразимый, Князев?

— Я лучший, госпожа Князева. Разве не этим я тебя и покорил? — он касается губами моей шеи, и по коже бегут мурашки.

— Вообще-то, я думаю, ты покорил меня своим огромным… — прикусываю губу, играя.

Кир вскидывает бровь.

— … банковским счётом?

Шлёпаю его по руке.

— Я хотела сказать, твоим огромным…

— … пентхаусом? — ухмыляется он.

— Нет, — щурюсь. — Твоим огромным эго.

Кир громко смеётся, одним движением убирает поднос на пол и нависает надо мной, прижимая мои запястья к изголовью кровати.

— Не думаю, что ты это имела в виду, corazon .

— А что же, по-твоему? — выдыхаю, раздвигая бёдра и приглашая его ближе.

Он медленно трётся твёрдым, горячим членом о моё сокровенное местечко, уже влажное от желания.

— Может, мне лучше показать?

Кирилл

Телефон на кухонной столешнице вибрирует так неожиданно, что я вздрагиваю. На экране высвечивается сообщение от Егора.

«Я под дверью. С меня капучино и пончики».

Хмурюсь, печатая ответ.

«Ты номером не ошибся?»

Ответ прилетает мгновенно, словно он только его и ждет.

«Да нет же, братан! У твоей двери стою. Открывай давай!»

Он же в Новосибирске должен быть.

Какого хрена он здесь?

Подхожу к домофону.

На экране появляется до боли знакомое лицо — мой брат, сияющий своей дурацкой улыбкой. В одной руке поднос с дымящимся кофе, в другой — крафтовый пакет.

Недоумевая, что его сюда привело, но все равно очень рад его видеть, нажимаю кнопку. Уже через пару мгновений слышу его тяжелую поступь в коридоре.

Он вваливается на кухню, протягивая мне бумажный пакет и поднос с тремя стаканами кофе. На его губах играет легкая улыбка.

— Здарова, братан.

Не могу сдержать ответной ухмылки.

— Обожаю твою привычку никогда не приходить с пустыми руками. — Он водружает свои дары на кухонный остров, и я сгребаю его в охапку. — Но какого хрена ты здесь делаешь?

Егор отстраняется, и его лицо на миг становится серьезным. Он нервно проводит ладонью по затылку, подбирая слова.

— Я хреновым братом был. Должен был быть рядом, а я… застрял с тем судом. — Он тяжело вздыхает, и в его глазах плещется искреннее сожаление. — Прости. За все… за вас с Линой, за ребенка.

— Да ты бы и при всем желании не смог стать хреновым братом, — хлопаю его по плечу, но голос предательски садится. — Но спасибо. Блин, как же я рад тебя видеть.

— Ну, Дима сказал, Лина пока у тебя, но я не знал, здесь ли она еще… — он кивает на третий стаканчик. — Взял и ей кофе с пончиками. На всякий случай.

И тут до меня доходит.

Блин, Лина!

Надо ее предупредить, пока она не заявилась на кухню голой. Ведь именно в таком виде я попросил ее спуститься к завтраку десять минут назад, прежде чем она упорхнула в душ.

Но легкие шаги в коридоре подсказывают, что я уже опоздал.

Резко заслоняю Егору глаза ладонью, и он изумленно вскрикивает.

— Эй, что за?..

Через секунду на кухню входит Лина. К счастью, не совсем голая. На ней лишь моя рубашка, едва прикрывающая бедра. И я отчаянно молюсь, чтобы под ней было хотя бы белье.

Егор вырывается, его взгляд мечется к Лине, а потом останавливается на мне. И в нем читается всё.

— Егор! — Лина радостно всплескивает руками, ее глаза сияют. — Как я рада тебя видеть!

— Я принес пончики, — уголок его рта дергается в улыбке.

Ее глаза вспыхивают еще ярче.

— Тогда я рада тебе еще больше!

Лина подходит ближе, заглядывает в пакет и соблазнительно облизывает губы. Кашляю в кулак, ощущая внезапный приступ неловкости. Ведь в нашу последнюю встречу мы с братом обсуждали… документы о разводе.

— Мне очень жаль из-за ребенка, Лина, — тихо говорит Егор.

В ее глазах мелькает тень печали, но она заставляет себя улыбнуться.

— Спасибо…

— Может, поедим? — поспешно вмешиваюсь, мечтая сменить тему.

— О да, пожалуйста! Я умираю с голоду после… — ее щеки вспыхивают, и она прикусывает губу.

Готов поспорить, она чуть не брякнула о том, как я трахал ее меньше получаса назад.

Хотя это было единственное, чем мы занимались с тех пор, как два дня назад я снова надел ей на палец кольцо.

Но одного воспоминания хватает, чтобы она покраснела, как школьница.

Егор ухмыляется, и в его глазах пляшут чертики.

— Что, брат, не вовремя я? Могу зайти попозже, — он делает паузу, явно наслаждаясь моментом и переводя взгляд с меня на Лину.

Закатываю глаза, но губы сами собой растягиваются в улыбке.

— Ты ничего не прервал, Егор, — сладким, как мед, голосом отвечает Лина, но ее щеки пылают.

Не удержавшись, подмигиваю брату.

— Пока что.

— Кир! — пищит Лина, заливаясь краской еще сильнее. Не в силах устоять, обнимаю ее за талию, притягиваю к себе и накрываю ее губы поцелуем. Кажется, к вечеру все мои братья будут в курсе нашего воссоединения.

?

Когда с пончиками покончено, Егор собирается уходить.

— Значит, на ужине у отца увидимся? — его взгляд скользит по нам, полный немого вопроса.

Бросаю взгляд на Лину. Мои планы на день совершенно другие: провести его с ней в постели, исследуя каждый сантиметр ее тела. Но ее глаза сияют, а улыбка такая счастливая, что я не смею ее разочаровать.

И тут я вспоминаю: с тринадцати лет у нее толком не было семьи.

А я… я к своей слишком привык.

— Конечно, придем, — отвечаю, и Лина восторженно пищит, хлопая в ладоши.