Чтение онлайн

– Конечно товарищ Гинзбург, - за десяток минут, все немцы и мертвые и еще живой Гроссмайстер были перенесены в лес, и за руль грузовика сел Макс, то есть сержант Гаранин, за руль немецкого мотоцикла сел сам Гринкевич, и колонна объездными путями покатила на базу.

По прошествии определенного времени, колонну почти у базы, предупредительным выстрелом остановил Сашка Шмидт, но признав, кто за рулем мотоцикла, выбежал из укрытия, с криками:

– Ура, наши приехали.

Героев ожидали готовые землянки и секач, которого на костре жарил, покручивая вертел (из палки) Аристарх. Кроме оружия, документов и одежды гитлеровцев, в машине были обнаружены четыре мешка картошки, сала килограмма два, мешок муки, мешок пшена и десяток кур. Видимо таковы были для немцев, результаты поисков диверсантов, пострадал только провиант местных жителей.

Братки-полицаи.

– Слышь, Хруст, надо бы к центровому съездить, ну к Зубиле. Мы вчера еще должны были быть у него, как бы он нам потом не вломил.

– Да, в гробу я видел этого лошару, я тут самый крутой, ты меня понял Шпоняра?
– раздухарился, вылечивший бутылкой самогона с утра похмельный синдром Хруст.

– Хруст, брат ты конечно крут, и это реально, но надо сгонять к Зубиле, опять же о произошедшем вчера рассказать. Ты садись в коляску, я тебя в натуре культурно довезу, да и ты чуть проветришь калган.

И Шпон затолкал пьяного Хруста, в коляску мотоцикла покойного председателя колхоза, и мотоцикл, выпустив клубы вонючего дыма, рванул в волость.

Когда братки доехали до управления полиции, выяснилось, что Зубило с полицейскими, прочесывают лес. После вчерашнего нападения на колонну вермахта и колонну организации Тодта, были очень злы, и полицаям прилетело не слабо. Вот с вечера они и шатались по лесу, в поисках "красных бандитов", и дежурный Янко, передал приказ Зубила, братки должны были выдвигаться на соединение с полицаями.

Опять предатели оседлали свой мотоцикл, и отправились в пункт указанный дежурным полицаем-белорусом. Действительно у небольшой деревеньки братков встретил сам Зубило, и перлы матерного белорусского, русского и польского языков по достоинству отметили братков. Затем Зубило вместе с остальными полицаями и с братками направились в лес, для осмотра местности.

Полицаи двигались цепью и между каждым предателем, пролегало около двадцати метров лесного пространства. Пока лес был девственно чистым, и никаких следов красноармейцев не было видно. Зубило пустил своих псов на очистку леса не наобум, как сообщил староста этой деревни, в деревню вчера заходили два красноармейца, в поисках провианта.

Лес безмолвствовал, лишь был слышен треск от шагающих ног полицаев, не было видно даже животных. Вскоре с левого фланга послышался крик, затем выстрел, и уже несколько выстрелов. И вся орава полицаев рванула на выстрелы, грязно ругаясь на всех известных ему языках, Зубило приказал окружить место стрельбы. Тут к нему подбежал один из полицаев:

– Господин начальник полиции, нами обнаружено гнездо комунняк, их там около десятка. Олесь Шушкевич, напоролся на часового, и красный убил Олеся, вот и мы начали стрелять.

– Окружаем краснопузых, и брать этих сук живыми, - приказал Зубило, и полицаи стали прячась да деревьями и кустами окружать красноармейцев.

– Господа краснопузые, вы окружены, сдавайтесь, я начальник полиции волости Станислав Ярощук, гарантирую вам жизнь.

– Господа предатели, мы вас не боимся, я лейтенант Рабинович, гарантирую вам всем смерть, - раздался ответный крик, и на голос Зубила прилетела граната.

Зубило волк опытный, и упал на землю раньше всех, остальные тоже повалились (и Хруст со Шпоном), но три нерасторопных полицая, были посечены осколками гранаты.

В ответ на это действо красноармейцев, полицаи открыли огонь, в сторону, откуда прилетела граната. Пользуясь количественным превосходством, а их было около пятидесяти, полицаи стали окружать место стоянки красноармейцев, не прекращая стрельбу. В ответ красноармейцы тоже стреляли, но кольцо полицаев стало стягиваться как удавка на шее, тут Шпон метнул гранату, и голос командовавшего Рабиновича пропал. Со стороны красноармейцев больше не доносилось команд, но они продолжали огонь, а кольцо все стягивалось, и пули полицаев, так же наносили ощутимый урон красноармейцам. Еще пятнадцать минут агонии, и у патриотов кончились патроны, и Зубило повел своих предателей в атаку.

Полицаи взяли в плен троих красноармейцев, те пытались броситься в рукопашную и подороже продать свои жизни, но силы были неравны, и предатели скрутили бойцов. Также в кустах были найдены трое тяжело раненных красноармейцев вместе с командиром, остальные были убиты.

Зубило подошел к раненым, и сказал:

– Ну что, гарантировал я вам господа кацапы жизнь, но вы же не захотели, послушались жида своего.

Один из раненых попытался кинуть палку в главпредателя, но палка не долетела, мало того бойцы плохо питались в последние дни, так еще и потеря крови и раны сил не добавили.

– Эй ты, Шмон-Штон, или как там тебя, иди сюда.

Шпон подбежал к Зубилу, и подобострастно спросил:

– Да господин начальник полиции?

– Возьми вот это и добей эту падаль, - и Зубило протянул винтовку одного из красноармейцев со штыком.

Шпон взял винтовку, и сначала подошел к советскому лейтенанту. Лейтенант стонал, глядя с ненавистью на предателей, видимо граната Шпона разорвалась рядом с ним, живот лейтенанта был распорот осколком и кишки лежали рядом.

– Не трогай жида, он сам сдохнет, пусть помучается, заколи остальное отродье, и пошли отсюда.

Шпон подошел к раненным и бесстрастно как робот, проколол штыком сперва одного раненного, затем второго и потом третьего. Повернулся к Зубилу, и доложил:

– Господин начальник полиции, ваше приказание выполнено.

Полицаи развернулись и пошли к деревне, подгоняя прикладами связанных пленников, не успели они пройти десяти шагов, как раздался выстрел, и Шпон упал. Развернувшись ренегаты увидели лейтенанта, целившегося из ТТ в них, и ударила очередь из ППД. Это сам Зубило добил смертельно раненного лейтенанта, до конца выполнившего свой долг.

Когда же Хруст осмотрел Шпона, он понял, что теперь остался в этом месте один, пуля из ТТ лейтенанта, вошла в затылок Шпона. Не промахнулся лейтенант, и с тридцати метров насмерть поразил братка. Хруст встал и взяв из остывающей руки Шпона винтовку со штыком, подбежал к лейтенанту, и начал того колоть штыком и бить ногами.

А лейтенант уже был мертв, убитый очередью Зубила, и ему уже было все равно, Хруст же продолжал терзать мертвое тело героя...

Внезапно кто-то, чем-то тяжелым ударил по голове Хруста, и тот опомнился, в руках у него была винтовка, штык которой отломился. Сапоги, и брюки Хруста были в брызгах крови, рядом стоящий полицай, усмехнувшись, спросил: