Чтение онлайн

Фостер охотно следил за "диссидентствующими полковниками" на Суматре и Сулавеси с момента их появления в конце 1956 года. Когда посол Эллисон попытался организовать встречу, на которой полковники могли бы сгладить свои разногласия с Сукарно, Фостер приказал ему отказаться от этой затеи. Затем, в середине 1957 г., офицеру ЦРУ на Суматре сообщили, что полковник Малудин Симболон, самый влиятельный командир диссидентов, желает встретиться с кем-то из сотрудников агентства. Встреча была организована. Обе стороны выразили заинтересованность в партнерстве.

В последующие несколько месяцев контакты между сотрудниками ЦРУ и мятежными индонезийскими полковниками активизировались. ЦРУ стало направлять диссидентам деньги, оружие и советников. У них были разные, но пересекающиеся цели. Американцы хотели ранить Сукарно, так как считали его дурочкой коммунистов. Их новые индонезийские друзья хотели сделать это, потому что стремились к большей власти для себя - Сукарно отказался назначить полковника Симболона начальником штаба - и для внешних островов. Казалось, что это вполне подходящий вариант.

Летом 1957 г. Сукарно продолжил реализацию планов по формированию четырехпартийного правительства, в состав которого должна была войти ИПК, добившаяся высоких результатов на выборах в местные органы власти. Вице-президент Мохаммад Хатта, считавшийся оплотом против коммунизма и защитником внешних островов, стал проявлять недовольство и в конце концов ушел в отставку. Американские аналитики пришли к выводу, что строительство на одном из островов на западе Индонезии является подготовкой к созданию нового аэропорта, который, по их мнению, может стать базой для советских истребителей. В Вашингтоне ЦРУ подготовило документ National Intelligence Estimate, в котором прогнозировалось "постоянное усиление коммунистического влияния" в Индонезии.

Пока люди Аллена работали тайно, Фостер оказывал дипломатическое и политическое давление. Он заблокировал продажу запасных частей для вооружения индонезийской армии американского производства. Он дал указание своему новому заместителю, заместителю государственного секретаря Кристиану Хертеру, не останавливаться в Индонезии во время своей запланированной поездки по Восточной Азии. Затем, отвергнув настоятельный совет посла Эллисона, он использовал американское влияние в ООН, чтобы заблокировать обсуждение претензий Индонезии на западную часть Новой Гвинеи.

Фостер держал "Архипелаг" в секрете от посла Эллисона и почти всех остальных, кто участвовал в формировании официальной американской политики в отношении Индонезии. 3 сентября, не посоветовавшись с Эллисоном и не уведомив его, он обратился в Совет национальной безопасности с просьбой санкционировать "все возможные тайные средства" для содействия военному мятежу в Индонезии. Всякий раз, когда они с Алленом представляли столь далеко идущий план, все понимали, что президент Эйзенхауэр его одобрил и что они должны проголосовать за него положительно. Они так и поступили, без обсуждения. Аллен немедленно направил полковнику Симболону 50 тыс. долл.

"Пришлите еще книг", - написал Симболон после получения.

Не зная о том, что "Архипелаг" находится в стадии разработки, посол Эллисон предложил Сукарно сделку: Соединенные Штаты направят ему щедрую помощь в обмен на обещание "строго контролировать всю коммунистическую деятельность в Индонезии". Фостер и Аллен, как и в Гватемале, столкнулись с послом, который предпочитал дипломатию тайному вмешательству.

"Эллисон продолжал поднимать назойливые вопросы на протяжении всей разработки операции", - вспоминал впоследствии один из сотрудников ЦРУ. "Мы решили эту проблему, уговорив Аллена Даллеса, чтобы его брат освободил Эллисона от должности".

После отъезда хлопотливого посла - его отправили в Чехословакию - люди Аллена приступили к интенсивной фазе обучения и снабжения. Они использовали порты, аэродромы и секретные базы на Филиппинах, Тайване, Сингапуре, Таиланде, Окинаве, Гуаме и Сайпане. Фрэнк Виснер позже вспоминал, что когда он вручил Аллену ваучер на 10 млн. долл. в качестве первого платежа за все это, Аллен подписал его "с легким торжеством".

Одна из идей Аллена заключалась в том, чтобы использовать бабство Сукарно против него самого. Сначала он одобрил распространение новостей о стюардессе российской авиакомпании, которая, по всей видимости, вступила в связь с Сукарно. Затем он задумал один из самых странных своих проектов - порнографический фильм с участием актера, загримированного под Сукарно.

Аллен рассудил, что фильм будет казаться реальным, учитывая то, что все знали о привычках Сукарно, и решил, что его можно использовать для подрыва авторитета Сукарно. В фильме под названием "Счастливые дни" снимался актер в латексной маске, изготовленной отделом технических услуг ЦРУ, с лысой головой, поскольку Сукарно якобы очень трепетно относился к своему облысению. Отпечатки были незаметно разбросаны по всей Восточной Азии, но явного эффекта не произвели.

Гораздо более мощными были тонны оружия, выливавшиеся на причалы и падавшие с неба в удерживаемую повстанцами Индонезию благодаря ЦРУ. Только одна крупная партия, доставленная на барже в начале 1958 г., включала восемнадцать тысяч гранат, четыре тысячи винтовок и карабинов, более двух тысяч мин, сотни пулеметов, реактивных снарядов и минометов. Начальник военно-морских операций адмирал Арли Берк приказал оперативной группе во главе с крейсером "Принстон", на борту которого находились морские пехотинцы и двадцать вертолетов, подойти к индонезийскому побережью.

Фостер с напряженным интересом наблюдал за происходящим. Он начал надеяться, как он сказал заместителю министра Гертеру, что конфликт в Индонезии может "дойти до такой точки, когда мы сможем с полным основанием отозвать наше признание правительства Сукарно и предоставить его диссидентским элементам на Суматре, а также высадить войска для защиты жизни и собственности американцев - использовать это как предлог для того, чтобы произвести там серьезные изменения". В своих публичных заявлениях он говорил, что в Индонезии скоро может появиться новое правительство, "которое будет отражать реальные интересы и желания индонезийского народа", и что это сделает его "очень счастливым".

Энтузиазм Вашингтона, естественно, передался сотрудникам ЦРУ на местах, а через них - недовольным индонезийским полковникам, которые стали их клиентами. 10 февраля 1958 г. со своей базы на Суматре полковники выдвинули публичный ультиматум: Сукарно должен уволить министра обороны, восстановить в должности вице-президента Хатту и объявить ИПК вне закона. Первые два требования были их собственными. Третье требование предложили их новые американские друзья.

Диссиденты дали Сукарно пять дней на выполнение требований. Он их проигнорировал. В ответ они провозгласили себя Революционным правительством Индонезии. На пресс-конференции, состоявшейся на следующий день в Вашингтоне, Фостер заявил, что на такую крайность их толкнуло "беспокойство по поводу растущего влияния коммунистов".

"Мы не принимаем никакого участия и не вмешиваемся в эти внутренние государственные проблемы", - поспешил добавить он.

Сукарно, всегда ловкий и примирительный, предпочитал игнорировать волнения на внешних островах и относился к несчастным полковникам не как к врагам, а как к заблудшим овцам. Но когда они объявили о своем отделении, у него не осталось другого выхода, кроме как применить силу. На его сторону встали военачальники. Начальник штаба армии генерал Абдул Харис Насутион объяснил, почему.