Чтение онлайн

Впереди виднелись дома, словно сотворенные из небесного сахара, и замок на пушистом холме, своей белизной пронзал небеса. Его готические башни напоминали льдистый иней. Он весь словно состоял из острых углов.

Люди выбегали из домов при виде нас. Здесь были и хрупкие небесные, и солнечные с глазами на пол лица чистейшей голубой лазури, из спины которых вырывались сполохи света.

И еще много разных созданий. В том числе

И Ангелы с мечами и суровыми лицами стерегли вход в замок.

Мы пошли по дорожке к замку. Она змеилась под нашими ногами голубым льдом.

– Мне уже надоело путешествовать,- пожаловалась я Алану, - хочу домой.

Дома – вечно взбалмошный и веселый братец, мама, усталая и печальная, серьезная и молчаливая, и Гелик, мой маленьких прелестный хвостик, бегающий за мной по всему дому.

Он кивнул.

– Ты же все знаешь,- вздохнула я.

Он все понимал.

– Поэтому люблю, - ответил он.

– Почему? – не поняла я.

– Потому что ты моя Мери, Мери, которую я так долго ждал,- ответил он.

В один прекрасный, невыносимый миг все вспыхнуло ослепительно - белым светом. Осталось лишь его лицо, его лицо…

– Я…я никогда не думала, что ты будешь таким…- я не могла найти слов, проще нарисовать,- таким несбыточным.

Его брови вопросительно искривились.

– Таким замечательным. Хотя я мечтала о тебе каждую секунду своей жизни. Я даже бы… и вышла бы – за тебя замуж.

– Это предложение? – спросил Алан. В его глазах множились искорки смеха.

Я сердито мотнула головой:

– Просто мне всегда внушали, что замужество сродни рабству. Бегай вокруг и все делай. За тебя я бы не испугалась. Тем более я всегда боялась, что муж будет мешать мне рисовать. И того, что будет... потом... вдруг он превратится в кого-то незнакомого.

И я не могла решить, что мне дороже... Но он никогда не узнает.

– Я не буду никогда,- шепчет он мне на ухо серьезно, искренне,- клянусь!

– Так когда? – он сразу же перешел к делу, и его голос был серьезен.

Ох, зачем я про это ляпнула!

– Лет через десять…

– А я ведь буду помогать тебе,- он подарил мне невесомый поцелуй,- и ты не откажешься, а иначе....

– Что иначе?
– спросила я.

– Ш-ш-ш, не мешай, я придумываю страшную кару,- сообщил мне Алан, с цветущей, но хитрой улыбкой на лице и провел пальцем по моим губам, предлагая замолчать, словно запечатывая их.

Похоже, меня шантажируют…

Или соблазняют?

Не могу решить.

– Только лет через шесть,- выдавила я. Нет, через восемь! Моя паника растет.

– Мы еще поспорим,- заметил он.- А я-то дурак все думал, как сделать тебе предложение. Ведь мне осталось учится всего лишь год.- Э-э-э, мне всего лишь восемнадцать,- я шутливо толкнула его в грудь.
– Почти девятнадцать.

– Зато я старик – мне скоро будет двадцать!

– И я буду зарабатывать не менее тысячи риалов,- продолжал соблазнять он меня.

Я фыркнула.

– Меня деньгами не купишь!

– А чем же можно тебя смягчить?
– продолжал он.

– Любовью…- выдохнула я, поднимаясь на носочки в ожидании поцелуя и не сводя с него глаз.

– Универсальная валюта,- ухмыльнулся он, целуя меня.

Мы поднялись по белым ступеням.

Дениза одним движением распахнула двери.Ни стражи, никого, кроме женщины в серебристых одеждах, сидящей на троне.

Мы подошли к возвышению. Дениза сказала:- Здравствуй, тетушка!

Тетушка кивнула ей равнодушно.

У нее были льдистые голубые глаза, резкие черты лица складывались в причудливую мозаику. Волосы густыми каштановыми волнами спадали на спину и плечи.

– Приветствую вас,- лениво сказала она, как будто мы были мелкими букашками под ее ногами.

– Здравствуйте,- ответила я ей.

– Это Керрит, моя тетушка,- сообщила мне Дениза тихо.

– Вы хотите остановиться у меня, и узнать то, что нужно вам, – заметила Керрит.- За это придется заплатить.

– Чем? – спросил Алан.

– Мария нарисует мне картину. Мой портрет,- улыбнулась Керрит.

– А зачем он тебе? – спросила Дениза.

– Я их собираю, смотрите,- и она взмахнула рукой, вставая.

Занавеси позади трона упали и мы увидели, что вся стена увешена портретами Керрит.

Керрит принимает дань, Керрит восседает на троне, Керрит вершит суд, а перед ней стоят истец и ответчик (наверняка в заоблачном царстве они назывались по-другому, но я то не знаю как!), Керрит с мечом летит над полем боя, а за ее спиной трепещут тонкие серые крылья.

«Почему они серые?» – собираюсь спросить я Керрит, но она опережает меня:

– Я срединная ведьма.

Воспоминание всплывает из темных глубин памяти. Ведьмы бывают черные, белые и срединные.

– Мы над светом и тьмой. Мы – выше неба.

Забавный парадокс.

– Я нарисую,- я улыбнулась, уже увидев Керрит в ледяных небесных полях. У ворот замка, на голубой дорожке.

– Ты, кажется, недоумеваешь, кто я? – едва не зевая, спросила Керрит.- Я самая старая из всех сестер. Мне десять тысяч лет. Я надзираю за этим миром. Я веду записи о нем, чтобы то, что происходит здесь, никогда не исчезло. Специальные записи,- и она улыбнулась,- ловлю мгновения отражая их в своем мече, пронзаю сердца тех, кто знает и умеет, и тогда они попадают сюда, перерождаясь.

– Мои сестры – Колита и Колдуневья, мир праху ее, и Ретира.

Зло, Милосердие, Память и Забвение, и…

– Истина и Красота,- добавила Керрет, и махнула рукой,- ладно идите.

Мы вышли, и перед нами возникла из ниоткуда печальная туманная девушка. Она плыла, указывая путь.

В ответ на все вопросы она молчала, отказываясь что-либо рассказать о своей госпоже.

Мы вошли в полупустые покои. Простая кровать, стул, стол – вот и все. Моя комната и Алана были соединены дверью.