Бриллиантовая Венера
Шрифт:
— С моими детьми все будет хорошо, — слово «моими» резко хлыстнуло ее по всему ее существу. Так вот, что задумала эта девка, она внушает ему избавиться от нее, но следующими на очереди станут и ее дети, Ари знала это точно.
Арайя стояла, боль притупила рассудок, реальность застилала разумное мышление, Ари застыла, словно каменное изваяние. Не в силах двинуться, она просто смотрела в пол отупевшим от боли взглядом.
— Приведи себя в порядок, нам надо идти, я не собираюсь портить себе вечер из-за твоих истеричных бредней. Не знал, что у тебя бывают подобные припадки.
И он вышел.
Лишенная рассудка, Ари в отупении подчинилась приказу мужа. Она вытерла и подкрасила опухшие глаза, припудрила лицо.
Он зашел за ней через десять минут, молча взял ее за руку и повел в зал. Она шла, стараясь держать голову прямо. Люди встречали их реверансами, после того, как все немного перекусили, было объявлено о том, что купцы готовы преподнести королю дары.
К тронам, на которых сидели Фазар и Арайя, потянулась вереница незнакомых людей, преподносивших изысканные ткани, свежие продукты, украшения в дом, инкрустированные драгоценными камнями. Ари знала, что скоро увидит свою соперницу, она искала взглядом хоть кого-то, но Нали в зале не было, а остальные люди явно ждали кульминационного события, жадными взглядами уставившись в выражение ее бледного лица. И вот она вошла вместе со своим отцом. Ярко красное бархатное платье с почти оголенной грудью, золотые украшения с огромными бриллиантами, явно подаренными королем, горящие черные глаза, нагло смотрящие на короля. Она улыбнулась и присела в реверанс.
Ее отец говорил какую-то приветственную речь, но Ари не слышала. Этот гул из ее кошмарного сна прорвался в ее ушах, она увидела, как девушку представили Завидой, она покорно опустила взгляд и сделала реверанс перед королевой.
Арайя услышала свой голос, сыпавший благодарности за принесенные дары. Вот и все, самое страшное позади. Теперь она знает своего врага в лицо. Хитрая и наглая девица, это было написано у нее на лице. Красивая торговка, способная распродать ее государство на кусочки золота, которые будут распиханы по мешкам с целью обогащения. Ее отец стелился перед Старшим Правителем так, словно хотел облизать подошвы его ног. Подхалим, готовый воткнуть нож в спину, если ему это будет выгодно. Почему ее муж так слеп, страсть обуяла все его существо. Если бы Шами и София увидели то, до чего опустился их сын, они просто задохнулись бы от горя.
Арайе так хотелось куда-нибудь спрятаться, ей хотелось убежать, Славий был так нужен ей сейчас, но его не было рядом, он появлялся при дворе все реже и реже, передавая свои полномочия своему помощнику Геролфу. Когда были объявлены игры, Арайя спустилась в сад и нашла его.
Больше книг на сайте - Knigoed.net
— Герольф, — окрикнула она его.
— Да, ваше величество, — этот рыжеволосый здоровяк светился теплом и добром.
— Прошу вас, передайте эту записку Славию.
— Да, ваше величество, разумеется.
Арайя не стала играть в светские забавы, и через час она тихонечко удалилась под предлогом сильной усталости.
Ее голова готова была взорваться от перенапряжения. Она знала, что ее муж проведет эту ночь не с ней, тоска мучила ее непреодолимой жаждой свободы от той ситуации, в которой она оказалась. Она сняла с себя одежду и легла в теплую ванную. Сколько она пролежала в ней, она не помнила, так как ее сознание погрузилось в облегчающую боль дремоту.
— Ари, — она услышала любимый голос, доносящийся из-за ширмы, — Ари, ты здесь?
— Славий, — чуть не выкрикнула она, — Славий, погоди минутку, я сейчас выйду.
Она вылезла из уже почти холодной воды, накинула розовый халат, протерла рыжие локоны и вышла на свет.
Его родное лицо выражало безумное волнение. Три слова. Посланные ею в записке «ты мне нужен», заставили его прилететь к ней с другого конца столицы менее чем через два часа.
— Что случилось? — он любил ее, она это видела. Ее сердце таяло, но он был женат, и она не имела право рушить его брак.
— Сядь, прошу тебя, — она была тепла, но намеренно официальна.
Он сел на кушетку у кровати.
Она села на кровать и взяла его руки в свои. Ее глаза увлажнились.
— Я так рада, что ты есть у меня, спасибо, что приехал.
— Что случилось, Ари? — его тон был таким согревающим, таким родным.
— Слава, — она впервые осмелилась назвать его так нежно, я хочу, чтобы ты обещал мне кое-что.
— Все что угодно, — было видно, что никто не осмелился сообщить ему о ходящих слухах об измене короля.
— Если со мной что-нибудь случиться, клянись позаботиться о Леоне и Фелине.
— Арайя, — он побледнел, — о чем ты говоришь, что происходит, ты должна рассказать мне!
— Мой муж оказался под сильным влиянием одной вульгарной особы, — кровь ударила в лицо Славию, — ходят слухи, что он обхаживает женщину по имени Завида, дочь торговца рыбой, уже полгода.
Славий сжал кулаки.
— Почему мне ничего не сообщили! — прогремел он.
— Тише, вероятно, боялись твоей реакции, Славий, прошу тебя, выслушай меня до конца.
Славий сел, его скулы ходили желваками.
— Сегодня он представил ее ко двору. Я видела ее, она пойдет до конца. Я знаю, ее цель уничтожить меня, затем моих детей.
— Я убью его, — лицо воина было багровым.
— Славий, молю тебя, будь благоразумным. Мы не можем изменить нашу судьбу, — ее голос был обреченным, — нам ли с тобой не знать, — их сердца выли страданием, — у тебя жена и ребенок и ты не смеешь подвергать их опасности. Я отказываюсь от твоей помощи мне, но я умоляю тебя, когда….
– она осеклась, — в общем, если со мной что-нибудь случиться, ты должен спасти моих детей. Клянись мне, Слава, — она упала перед ним на колени, — клянись. Слезы градом покатились по ее измученному лицу.
— Я не оставлю…
Она не дала ему договорить.
— Нет, — выкрикнула она сквозь слезы, — я приказываю тебе, не смей портить себе жизнь! Не смей! Это моя учесть, я была рождена для этого, и готова буду умереть за мой народ, я не отдам его ей на растерзание, но мои дети, они должны быть защищены! Я не смогу сделать это сама, а Фазар будет обманут ею. Я это точно знаю. Она обманом сможет причинить им вред. Ты должен обещать, прошу, умоляю, Слава, — она плакала.
— Я обещаю, — казалось, в его голове уже зрел какой-то план.
Она притихла. Подошла к одной из своих шкатулок и достала золотой медальон.
— Когда мой сын не сможет видеть меня, ты должен передать ему вот это.
Она протянула большой золотой овальный медальон, украшенный драгоценными камнями.
— Этот медальон спасал и хранил наш род много веков, мне подарил его Фазар перед свадьбой, по традиции я должна подарить его сыну на его восемнадцатилетние. Сделай это за меня, пусть он всегда помнит, как я его люблю, — слезы снова хлынули по ее лицу.