Чтение онлайн

Он был смущен и обижен. Лаура почувствовала себя виноватой. Он действительно был внимателен к ней последние шесть месяцев.

— Я благодарна тебе за все, Алан. Ты помогал нам деньгами и много занимался детьми. Просто я хочу сказать, что если мы снова сходимся, то я жду перемен. И я не понимаю, как мы сможем их осуществить без помощи адвоката.

— Но ведь все уже и так прояснилось. Разве ты не видишь? У меня и так дел невпроворот, возможно, будет забастовка, а ты предлагаешь тратить деньги на ненужные разбирательства…

Как это в его духе! Лаура отвернулась, почувствовав себя усталой и проигравшей.

Алан вздохнул.

— Ну, если уж это так для тебя важно…

— Да, очень.

— Тогда ладно. У меня нет принципиальных возражений, я просто страшно занят. — Он взъерошил ей волосы. — Ладно, Лори, не дури. Я сделаю все, что ты пожелаешь. После моего ухода я перед тобой в неоплатном долгу. Ты сама кого-нибудь подыщешь и назначишь встречу, или это сделать мне?

— Я сама, — ответила она, успокаиваясь.

— Отлично. — Он зевнул и закрыл глаза. — Мой ежедневник в кейсе. Утром я взгляну на расписание и скажу тебе, когда у меня будет окно.

Лаура не верила своим ушам. Он определенно считал, что все улажено.

— Алан, я настаиваю на том, что тебе надо уйти и подыскать квартиру.

— Сейчас? — улыбнулся он. — Тебе не кажется, что сейчас глубокая ночь?

— Ты можешь заняться поисками в выходные. А пока остановиться в мотеле или у Фила. — Фил был лучшим другом Алана. — Я не хочу, чтобы дети тебя видели. Это может пробудить в них надежду, а у нас еще может ничего не сложиться.

— Сложится. Я обещаю.

— Хорошо. — Она откинула одеяло. — Тогда ухожу я.

— Ладно-ладно, — он открыл глаза и вскочил — Безумие какое-то. Мы вместе проведем выходные…

— Нет, не проведем. Я считаю, что нам ничего не следует менять, хотя бы первое время. Это твои выходные, значит, ты должен соответствовать их ожиданиям и заботиться о них. Это будет для них более естественно.

— Более естественно? Провести выходные в гостиничном номере? Или на полу в квартире у Фила?

Он был прав.

— Хорошо. Оставайся здесь. А я уеду.

— Куда?

Она на минуту задумалась.

— К Вики, на озеро.

— И ты действительно этого хочешь? Уехать черт знает куда, вместо того, чтобы остаться со мной и детьми?

— Да.

Ей в самом деле хотелось укатить подальше — от Алана, от своих проблем, от повседневных забот. У нее оставалось немного денег — подарок матери ко дню рождения. Это покроет расходы.

— Но ведь мы объяснились. Мы занимались любовью. — Он озадаченно почесал в затылке. — И это ничего не значит? Тебе не понравилось?

— Было очень мило, — ответила Лаура поднимаясь.

— И только?

Она не ответила, схватила халат и набросила его на себя. Она боялась встретить его взгляд.

Алан тоже встал.

— Я-то думал, что мы собираемся снова стать семьей, что ты хочешь, чтобы мы были вместе. Но это неосуществимо, если ты будешь в ста милях от дома.

У Лауры застрял комок в горле.

— Все не так уж просто, Алан. Я хочу быть счастливой, а не просто… пристроенной. Не просто чувствовать себя в безопасности, быть застрахованной от неожиданностей, от холодного притворства. Я хочу любви.

— Я люблю тебя.

— И взаимопонимания. И тепла.

Алан пристально смотрел на нее.

— Дело в тебе, а не во мне, правда? Ты не хочешь, чтобы я возвращался. Ты больше меня не любишь.

Он был прав. Она уже не любила его так, как раньше, но у нее не хватило духу произнести это вслух. Это было бы совсем ледяным, окончательным разрывом. А она надеялась, что ее чувства изменятся.

— Я не знаю, — сказала она. Слова застревали в горле. — Я все еще привязана к тебе. Давай не будем торопить события, ладно? Увидимся завтра утром.

— Да, конечно. — Алан начал одеваться. — Я буду около девяти.

В наружную дверь скребся кот, и Лаура пустила его внутрь. Он потерся об ее ноги, она взяла его на руки и зарылась лицом в пушистую шерстку, показавшуюся ей гораздо нежнее объятий Алана.

Вики Стоунхауз была на шесть лет старше Лауры, но приблизительно одной с ней комплекции. Она поселилась напротив Лауры в августе и сразу обратила на нее внимание. За первой чашкой кофе они обнаружили поразительное родство душ, за второй — уже обсуждали детали семейного бюджета.

В добавление к борьбе со множеством разнообразных обстоятельств, Вики занималась финансовыми вопросами семейного бизнеса — после продажи своего дома и дела в Лос-Анджелесе они с ее мужем Фрэнком, фармацевтом, приобрели две аптеки. Они перебрались на север, потому что устали от перенаселенного Лос-Анджелеса и могли вложить здесь гораздо больше средств не только в аптеки и самый большой на улице Лауры особняк, но и в домик на озере Тахое, а также обеспечить учебу в колледже своих дочерей четырнадцати и шестнадцати лет.

Больше всего Лаура ценила в Вики одно удивительное качество — она никогда ничему не удивлялась. Ей можно было признаться, что тебя соблазнил марсианин, и она бы только спокойно кивнула и поинтересовалась, оказался ли тот на высоте. Можно было даже рассказать ей, что тебя соблазнил собственный экс-супруг, что Лаура и сделала в тот вечер, когда Вики позвонила ей. И Лаура знала, что подруга не станет причитать или лезть с нравоучениями и уж тем более не сообщит тебе, что ты — набитая дура. Вики даже не поинтересовалась, насколько он был хорош, ибо ей уже было известно все, что касалось Алана Миллера.

Лаура объяснила, что Алан пока останется с детьми, и спросила разрешения пожить в домике Вики. Та ответила утвердительно, но все же задала один вопрос:

— Тебе не нужна компания?

— Нужна, — призналась Лаура. Вики предложила отвезти ее на своей машине, и Лаура согласилась. «Бронко» Вики подходил гораздо лучше для зимней дороги, чем Лаурин автомобильчик; кроме того, у Вики на крыше имелся багажник, куда можно было засунуть лыжи, не говоря уже о том, что «бронко» был поновее и понадежнее.