Чтение онлайн

Его лицо перекосило.

Он шагнул вперёд и врезал мне пощёчину – так сильно, что я чуть не упала на бок.

Щека загорелась, в ухе зазвенело, но я не опустила взгляд.

– Ты ничтожество! – зарычал он, сжимая кулаки. – Ты приползла из грязи, из мира, где даже магии нет! И осмелилась играть роль моей дочери?! Тело, которое я воспитывал, ломал, ковал годами?! Тело, которое должно было стать ключом к трону, мостом к Шахрияру, оружием против империи?!

Я медленно вытерла губу тыльной стороной ладони. На пальце – кровь.

«Отлично! Только этого мне не хватало!»

– Оружие? – фыркнула я, возвращаясь в ровное положение. – Ты серьёзно называешь свою дочь оружием? Бедная Шалара… Ей повезло, что она сбежала в мой мир. Да! Земля – не фонтан, конечно… Особенно сейчас, когда на свиданиях парни стали скидывать счёт на девушку, но лучше жить там, чем с тобой! Проклятый узурпатор и сутенёр!

Дашал взревел, как раненый зверь, и схватил меня за подбородок, впиваясь пальцами в кожу.

– Ты лишила меня всего! – шипел он, дрожа от ярости. – Шахрияр был почти у меня под пятой. Он почти полюбил её! А теперь… теперь он любит тебя! Тебя – чужачку, пустышку, тень! Ты даже не знаешь, как пользоваться тем, что твоё по праву крови! Ты не владеешь силой, которая бурлит в твоих венах! Ты – ничто!

Я смотрела в его глаза и лишний раз убедилась в том, что и так знала: этому гаду наплевать на дочь. На то: где она, в порядке ли?

Он злится только по той причине, что Шалара исчезла в неподходящий для него момент!

Он злится, что его план рухнул.

Что его оружие «не выстрелило».

Что Шахрияр слишком долго сопротивлялся печати лимриха.

Это его бесило!

– Ты ошибаешься, Дашал, – тихо сказала я. – Я не ничто. Я – та, кто довольно долго водил тебя за нос! А ты даже не заметил! Потому что ты напыщенный высокомерный болван!

Лицо Хасиса исказилось в гримасе ярости, и я поняла, что чуток перегнула.

«Лара, где твои мозги?! Заткнись! Выводить своего похитителя, будучи скованной какой-то божественной реликвией – не самая лучшая идея!»

Дашал схватил меня за руку и резко дёрнул на себя, вынуждая подняться.

– Сегодня ты умрёшь, – прошипел выродок. – И твоя смерть вернёт мне всё. Алиана примет жертву. Моя кровь воссоединится с искрой Кары, и Я стану избранником Элерона!

– О, небо, – закатила глаза, не в силах прикусить язык. – Вы вообще читали свои же легенды?! Алиана не любит жертвы! Она боится крови. Потому-то натравила на дочь Кары своих сподручных. Ей по магии не положено марать руки. Какой же она будет Свет, если убивает невинные души?! К тому же Кара развоплотила Алиану. Её больше нет здесь… как и самой Кары. – Я не фантазировала. Это всё то, что я вычитала из той самой золотой книги Кары, которая, по сути, являлась её личным дневником. – Алиана не придёт на твой зов, идиот. Тем более для такого! С твоим грязным алтарём и ещё более грязными намерениями!

Дашал отпустил меня так резко, будто я обожгла его.

– Это ты – идиотка! Ты ничего не понимаешь! – закричал припадочный, размахивая руками.

Его глаза злобно вспыхнули алым, но при этом по коже пробежала какая-то странная тень… или трещина. Я толком не поняла. Но нахмурилась, испугавшись до жути.

– Ты – тварь из ниоткуда! А я – Хасис! Моя жертва чиста!

– Чиста? – я рассмеялась, несмотря на дрожь в коленях. – Ты предал свою дочь, обманул свой народ, предал Богиню, украл реликвию, нанял убийц… и называешь это чистотой? Да в моём мире воры в законе честнее тебя!

Он замер.

Потом медленно повернулся к жрецам, стоявшим у входа в храм.

– Взять её! Подготовьте к ритуалу, – приказал он ледяным голосом. – Пусть Алиана решит, кто здесь – тварь, а кто – избранник.

Корвак схватил меня за локоть и потащил по ступеням в храм.

В центре большого зала, такого же белокаменного, как храм, стоял большой плоский алтарь.

Меня бросили на него, фиксируя верёвками ноги, как будто я могла убежать.

Камень был холодным, как могила.

Жрец в странной бело-серой маске на лице, встал у меня в головах и занёс кинжал, начиная напевать какой-то дикий речитатив.

Солнечный свет вспыхнул на лезвии – и в этот миг я поняла, что шутки кончились.

«Шах… Клянусь, если ты не успеешь… Я буду тебе являться призраком!»

Кинжал жреца сверкал в свете полуденного солнца.

Голос отступника, наполненный древними заклинаниями на языке храмовников, заставлял воздух дрожать.

Я чувствовала, как холод стали касается моей груди, чуть выше сердца.

– Восславим Алиану и даруем ей великую жертву – Аштари! – воскликнул жрец, распахнув глаза, скрытые под белой маской.

Он замахнулся…

И, в этот момент, двери храма с грохотом распахнулись.

В них на чёрном лунме ворвался Шахрияр.

Его лицо было искажено яростью, глаза горели алым огнём.

– ДАШАЛ! – проревел он, и его голос эхом прокатился по залу. – Ты думаешь, тебе это сойдёт с рук?! Ты – отступник! Предатель Кары! Останови святотатство!!!

«Чёрте что!!! – возмутилась я. – Почему ты один?! Вы там вообще офанарели?! Тут целый отряд хасаки! Штук пятьдесят – не меньше!»

Дашал Хасис медленно обернулся, на его губах появилась насмешливая улыбка.

– Шахрияр... или мне сказать "почти бывший наместник"? – его голос сочился ядом. – Ты опоздал. Как всегда, неудачник. Такой же, как тогда, когда ты не пришёл на помощь своей матери, и она решила покончить жизнь самоубийством?

– Молчи, предатель, – прошипел Шахрияр, его рука потянулась к мечу. – Мать жива! Она благополучно сбежала в другой мир от вас, тебя и отца! Два грязных извращенца!

В этот момент жрец резко схватил меня за волосы и прижал кинжал к горлу. Он дрожал от страха. А это плохо! В страхе человек всегда делает резкие глупости!

Я почувствовала, как холодное лезвие впивается в кожу, и тёплая струйка крови потекла по шее.

– Сделаешь шаг – и она умрёт, – прошипел жрец, знатно трясясь.

«Дурак! Где логика?! Ты меня убить при любом раскладе собираешься!»

Шахрияр замер, но в его глазах вспыхнула нечеловеческая ярость.

Я видела, как по его лицу пробежала тень – что-то древнее, более страшное, чем сама смерть.

– Отпусти её, – прошипел Шиарис, но в его голосе уже не было человеческих интонаций.

– Кровь Аштари очистит Элерон... – жрец надавил кинжалом сильнее.

Капля крови упала на белый камень алтаря. И в этот момент что-то внутри Шахрияра сломалось.

Его тело начало меняться. Кожа потемнела, покрылась чешуёй, ноги затянуло в длинный извивающийся корпус. Руки тоже потемнели, но торс остался всё же нетронут змеиным преображением. Его лицо исказилось, и изо рта вырвался ядовитый язык.