Чтение онлайн

– Можно поинтересоваться, из каких мест вы прибыли? – спросил Фэй, положив подбородок на скрещенные пальцы.

– Издалека,– Сова ответил мрачно и коротко.

– Я не из праздного любопытства интересуюсь. Не мог не заметить ваш меч. Вы заклинатель?

– Не больше, чем вы, – ответил Сова, странно сверкнул глазами.

«Может, он сам демон?»– подумал Фэй. К сожалению, побочным эффектом его маскировки под человека было то, что сверхъестественное чутьё демона пропадало почти полностью – и если в своём истинном облике он сразу чуял духовную силу демона, сейчас Инь Фэй чувствовал только запах весьма среднего вина.

– О, я лишь сделал несколько шагов на пути к бессмертию! – рассмеялся Фэй. – Меня зовут Летучая Рыба. А вас как?

Конечно, он не стал называть своё настоящее имя. «Летучая рыба» было забавным прозвищем, которое он придумал себе сам; оно обычно смешило собеседника и сразу делало общение более тёплым. И Сова действительно смягчился. Он представился:

– Чжан Сяо.

Да, похоже, его собеседник умел шутить тоже: ведь фамилия звучала точь-в-точь как «сова». Инь Фэй рассмеялся:

– Воистину мрачное имя! А как зовут вашего пса? Грозное животное, но судя по тому, как вас слушается, умное и хорошо дрессированное.

– Тяньгоу,– сказал Чжан Сяо задумчиво, почему-то проводя рукой по мечу.

– Грозное и мрачное, точь-в-точь как ваше, – сказал Инь Фэй. «Тяньгоу», или же Небесным псом, звали могучего духа – собаку, который поглатывал солнце во время затмений. Удивительно – но Инь Фэй до сих пор не знал точно, реально ли это создание или просто сказка. – Вы его оставили на улице? Эта собака необычная, я ведь прав?

– Да. Она чует зло, – тихо сказал Чжан Сяо, глядя в глаза Инь Фэя пристально и угрожающе.

Ой-ой. В сочетании со взглядом это значило «Я знаю, кто ты такой».

– Зло? Это интересно, – сказал Инь Фэй, покачивая в руке чашу с вином. –Полагаю, вы пришли в этот город, чтобы охотиться за злом? За тем самым демоном, что убивает молодых девушек и срезает у них с лица кожу?

Чжан Сяо неопределённо хмыкнул.

– Тогда у нас одна цель, – сказал Инь Фэй. Тут бы прикрыть лицо веером, чтобы подчеркнуть глаза, которые должны сказать то, что не сказать словами – но веер, увы, сейчас прибывал в облике бамбукового посоха. – Возможно, стоит объединить усилия?

– Я предпочитаю одинокий путь, – отрезал Чжан Сяо без раздумий.

– Одинокий путь совершенствования прекрасен и достоин всякого уважения, – сказал Инь Фэй успокаивающе, –Однако иногда нам необходимы соратники. Позвольте доказать, что я вам не враг.

Он не знал, как намекнуть ещё более прямо. Враждебности во взгляде Чжана Сяо не убавилось.

– Я не вижу смысла в этом разговоре, – сказал он, вставая. – Наши пути расходятся слишком сильно. До встречи, господин Фэй.

И вышел на улицу, нахлобучив свою мрачную шляпу с вуалью. К налитому Инь Феем вину он даже не притронулся; это было едва ли не открытым объявлением войны.

– Вот же чёрт, –пробормотал Инь Фэй, глядя ему вслед.– Кажется, я сделал только хуже.

***

Посох в руке потеплел; его стрекозы, Старшая и Средняя сестрицы, вернулись. Инь Фэю тоже не помешало бы вернуться в Юду, но у него в этом городе оставалось ещё одно дело. Расплатившись за вино, он пошёл в храм, где лежало тело несчастной дочери князя Ду и где все желающие поесть бесплатно усиленно молились, пытаясь докричаться до небес, чтобы оттуда спустился какой-нибудь бог и принёс правосудие.

«И ведь докричались,– подумал Инь Фэй, входя под своды храма. – Просто боги слишком привыкли сваливать на демонов всю грязную работу».

Молящихся здесь было немного; какая-то молодая девушка и древняя старуха. Все остальные, наверное, уже наелись. Инь Фэй присоединился к молитве, между поклонами осматривая храм. Гроб с телом княжны стоял прямо напротив алтаря, скрытый полупрозрачными занавесями. Рядом скучали, опершись на алебарды, стражники. Не подобраться, разве что полностью скрыть себя заклинаниями невидимости. Но был и другой вариант…

Из бамбукового посоха вылезла стрекоза. Никто не заметил тусклого огонька, который понесся по храму и влетел за занавесь, всколыхнувшуюся от прохладного ветра. Сосредоточившись на чувствах стрекозы, Инь Фэй понял, что гроб защищён охранными талисманами – но, на его счастье, слишком паршивыми, чтобы как-то помешать адскому чиновнику. Призрачная стрекоза села на закрытое покрывалом лицо княгини. Демон сосредоточился, пытаясь ощутить ауру мёртвого тела. Жестокая и страшная смерть оставляли на мёртвом теле отпечаток, и иногда из предсмертного отчаяния рождались маленькие демоны, даже когда душа спокойно уходила в Диюй. Адские чиновники называли таких существ могильными червями; они могли сидеть в теле умершего неделями.

После смерти бедняжки Ду прошло всего-то несколько дней – однако Инь Фэй не почувствовал ни следа «могильных червей». Такое ощущение, что её смерть была тихой и спокойной.

Возможно, ему мешают собственные маскирующие чары? Закончив молитву, Инь Фэй поспешил прочь из храма. На окраине города он отыскал пустырь, где укрылся в кустах, приказав Старшей Сестре следить за окрестностями – и сбросил маску смертного. Средней сестре он приказал снова лететь в храм. К его удивлению, результат был тот же: остаточная аура княжны Ду не хранила и капли страха, боли и отчаяния. Как будто она мирно скончалась во сне…

Это наводило на какие-то мысли, но прежде чем Инь Фэй смог понять, на какие, Старшая Сестра пискнула: «Человек!»

Кто-то приближался к укрытию Инь Фэя.

И, конечно, этим кем-то был Чжан Сяо.

***

Инь Фэй сжал в одной руке веер, в другой – талисман возвращения. Сбежать сейчас ли всё же попробовать поговорить с заклинателем ещё раз? После нескольких мгновений мучительных раздумий Инь Фэй выбрал второе.

Что поделать: заводить новые знакомства было одной из главных его страстей, вместе с вином и пушистыми хвостами лисиц-оборотней.

Клинок Чжана Сяо был обнажён. После дождя над землё стоял лёгкий туман, и солнце, тускло светившее сквозь облака, заставляло клинок отбрасывать мерцающий отблеск на туман. Это было так красиво, что Инь Фэй, залюбовавшись, забыл, с чего хотел начитать речь. По этой причине заговорил первым Чжан Сяо:

– Демон. Пришёл полюбоваться на дело своих рук? Или срезать ещё пару лиц?

Инь Фэй издал душераздирающий вздох.

– Да, я демон. Признаюсь. Но я не тот демон, что срезает лица, – сказал он, стоя перед юношей в своё настоящем облике. – На самом деле я тоже охочусь за ним.