Чтение онлайн

– С ума сошел. Здесь не было еще ни одного побега.

– Шучу, шучу. Я приехал к тебе, для дополнительного ее допроса и изъятия ее дела. Вот постановление о передаче дела опять в следственный отдел.

– Ее тоже забираете?

– Нет. Проводи экспертизу дальше. Всем же ясно, не она это сделала, а кто то другой.

– Вы в Артек ездили?

– Да наши покопались там. Ничего, старик утешительного, не могу сообщить. Во первых, все больничные архивы хранятся четыре года, а потом сжигаются. Во вторых, никакого дела в архивах прокуратуры и ГУВД ни там, ни здесь нет.

– Значит соврала?

– Нет. Там допросили одного пенсионера полковника. Он помнит, что действительно дело было, но потом из главного управления пришел на него запрос и все... исчезло.

– А в главном управлении?

– Следы затерялись. Десять лет прошло, сам понимаешь. Перерыли все архивы, ничего...

– Так позвать Королеву?

– Зови. Сам тоже можешь послушать.

Королева еще спала.

– Ей, Татьяна Александровна, вставайте.

– Ой, кто это? Это вы, Владимир Владимирович. Что-нибудь случилось?

– Случилось. Быстро приводи себя в порядок и ко мне в кабинет. Там приехали поговорить с тобой.

– Неужели...

Она закусила губу.

– Сейчас, иду. Вы идите, я оденусь.

В кабинете появилась Галина Сергеевна.

– Здравствуйте, - неуверенно сказала она, увидев Харитонова.

– Здравствуйте, Галина Сергеевна. Это товарищ из следственного отдела по делу Королевой. Я уже ее позвал, а к вам просьба, появиться доктор Хохлов, постарайтесь его сюда не пускать.

– Поняла.

Моя помощница исчезла. Через пять минут появилась Королева. Она действительно привела себя в порядок и выглядела свежей и уверенной.

– Я была уверена, что если по мою душу, именно вы приедете сюда, гражданин следователь.

– Здравствуйте, гражданка Королева. Садитесь. Действительно мы ни как не можем расстаться.

Королева грациозно садится и поправляет складки платья.

– Почему же вы были уверены, что сюда придет следователь?
– спрашивает Харитонов.

– Интуиция.

– Это не материальный термин, не можете уточнить.

– Я метафизик, поэтому в нематериальной области мне общаться легче. Владимир Владимирович много беседовал со мной и кое где я ему выложила душу. Заметьте, душа тоже не материальна. Я даже была уверена, что Владимир Владимирович поделиться с нашими славными органами правопорядка по поводу моих душещипательных историй. И вот вы здесь. Правильно я говорю?

– Нет. Вчера убили человека и точно таким же способом как это делали вы.

– Да что вы говорите? А я такой день проспала здесь и ничего не знала.

Следователь бросил на стол фотографии. Она с жадностью схватила их и принялась рассматривать.

– Но здесь плохо видно лицо.

– У меня есть отдельный снимок головы.

Харитонов вытаскивает еще одну фотографию. Королева любуется снимком.

– Вам знаком этот человек?

– В первый раз вижу. Может от того, что у него рожа так съежилась, я не узнала, но фамилия то хоть есть? Может я по фамилии вспомню.

– Фамилия есть, документы были в кармане. Постников Валерий Семенович.

– Нет не знаю. Первый раз слышу.

– Владимир Владимирович говорит, что вы всех своих жертв встречали раньше. Это правда?

– Ну что вы. Мы же в психбольнице, а здесь такое наговоришь, наслушаешься. Не встречала ни кого, - резко переходит она.
– Те мальчики, с которыми знакомилась, нравились мне, а я..., работа у меня такая, ножом всех мертвеньких резать, вот и здесь затмение зашло. Я их так же, чик и все.

– Владимир Владимирович, пока не находит у вас затмений.

– Я еще на обследовании, а доктор еще не дал заключения, поэтому высказывания Владимира Владимировича надо принять к сведению.

– Хорошо, можете идти.

Она также грациозно уходит.

– Ах, хороша, стерва. Умна, тонка. Ты не представляешь, сколько мучений я вынес, чтобы доказывать каждую пустяковину. Ведь и тебя не обидела и мне дала понять, что бы не лез, туда чего не знаешь.

– Я вспомнил, вспомнил одно ее высказывание. Она не могла определить своих мучителей, где, кто живет, установить полностью фамилию, отчество и покопалась в архивах комсомола, где нашла данные на всех пионервожатых лагеря Артек того периода.

– Что же ты не сказал мне об этом раньше, старик?

– Только сейчас, когда она опять отказалась от всего, я вспомнил об этом. И еще, на этих снимках не ее работа. Это грубая подделка под ее стиль.

– Как ты определил?

– Королева работает, если это можно назвать работой, виртуозно. Она там везде в пастели, в нормальной обстановке, а здесь... на траве, одежда грубо разорвана или разрезана. Первый срез по шее косой, только второй удар попал между позвонками. Королева бы этого не допустила. Она знала где надо отсекать...

– Ты прав. Я и не утверждаю, что это она, но тогда кто. Кто взялся выполнить работу за нее?

Вдруг мне в голову, как обухом стукнуло. Я же знаю, кто это.

– Не могу тебе сказать, - говорю Мише.

Действительно не могу.

– Гони мне ее дело. Я поеду к себе.

Только Харитонов исчез, я тут же схватился за телефон.

– Мне полковника Светлого.

– Кто его спрашивает?

– Скажите, что из экспертного отдела, Владимир Владимирович.

Там тишина, наконец тот же голос попросил.

– Оставьте ваш телефон. Вам позвонят.

Я диктую телефон и вешаю трубку.

– К вам можно?

Это доктор Хохлов.

– Заходите.

– Сегодня у нас выписки не будет?

– Нет.

– Я хочу поговорить с вами о нашей работе.

– Давайте.

– Я тут посмотрел, как идет обследование пациентов и подумал, что хорошо бы усовершенствовать работу...

– Я вас слушаю.

– Поставить компьютер и все данные о пациентах заносить туда, а нужную информацию доставать из городских центров.