Чтение онлайн

Ко мне вернулось дыхание, резкое и прерывистое. Я вытерла лицо рукавом и с силой толкнула себя от стены. Я не могла здесь стоять. Я не могла ему отвечать.

Я вышла на людную улицу и пошла куда глаза глядят, стараясь слиться с толпой.

Мне нужно было придумать что-то. Быстро. Я остановилась, закрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь собрать в кулак все свои остатки самообладания. Рука сама потянулась к телефону. Я открыла чат с Димой. Пальцы дрожали, выписывая буквы.

«Привет. Внезапно плохо себя почувствовала. Голова раскалывается. Иди без меня, я приеду прямо в ресторан».

Ложь. Я ненавидела ложь. Но сейчас она была моим единственным щитом. Я не могла ехать с ним в одной машине, дышать одним воздухом. Я задохнусь.

Ответ пришел почти мгновенно.

«Что случилось? Где ты? Я заеду за тобой».

Нет. Только не это. Его забота сейчас была невыносима.

«Не надо. Я уже почти дома. Прилягу, выпью таблетку и подъеду. Начинай без меня».

Помолчали несколько минут. Я представила, как он стоит на улице, смотрит на экран, может чешет затылок. Может, даже чувствует легкое раздражение. Его планы нарушены.

«Хорошо. Выздоравливай. Я тогда поеду один».

«Один». Слово отозвалось эхом. А Саша? Она уже уехала на своем легком ветру? Или ждет за углом, чтобы снова «нечаянно» встретиться?

Я судорожно сглотнула и, не в силах больше поддерживать этот жуткий диалог, просто поставила смайлик «Ок».

Вот и все. Я отсрочила неизбежное. Но ненадолго. Мне все равно придется увидеть его. Скоро. На этой дегустации. Смотреть ему в глаза, в эти такие любимые и такие лживые глаза, и делать вид, что внутри у меня не выжжено дотла.

Я какое-то время бесцельно побродила по улицам. поймала такси и всю дорогу молча смотрела в окно, не видя города. Я должна была сыграть свою роль. Ради призрака той свадьбы, что должна была быть у нас. Ради того, чтобы не распасться на кусочки прямо здесь и сейчас.

Я расплатилась и вышла у ресторана. Сердце бешено колотилось, в горле пересохло. Сделала еще один глоток воздуха. Пахло праздником.

Я расправила плечи, подняла подбородок и толкнула тяжелую дверь. Первое, что я увидела, был силуэт Димы у стойки администратора. Он о чем-то оживленно разговаривал с менеджером, улыбался своей самой обаятельной улыбкой. Улыбкой адвоката, убеждающего присяжных.

Он обернулся на скрип двери. Его улыбка не исчезла, лишь стала немного растерянной.

— Ну вот и ты! Как голова? Ничего, мы тебя сейчас вкусненьким вылечим!

Он сделал шаг ко мне, его рука потянулась, чтобы обнять меня за талию, коснуться моего лба губами. Запрограммированный жест любящего жениха.

И я… я позволила. Я впилась взглядом в пуговицу на его рубашке, чтобы не видеть глаз, и сделала шаг навстречу, в его объятия. Его тело было таким знакомым, таким родным.

— Ничего, — выдавила я, и голос прозвучал хрипло, но достаточно внятно. — Уже лучше.

И в этот момент я поняла, что наша собственная свадьба для меня оказалась под вопросом. Прямо здесь, в этом уютном ресторане, пахнущем свежим хлебом и ложью. Но спектакль должен был продолжаться.

Он обнял меня, и легонько прижал к себе. Этот жест, обычно такой утешительный, сейчас казался пыткой.

— Пойдем, я уже начал без тебя, — он улыбнулся, но в его глазах читалась легкая озабоченность. — Менеджер Андрей — просто волшебник. У них тут тирамису, от которого я готов жениться прямо сейчас, даже без тебя.

Он пытался шутить. Старался, как всегда. Я позволила ему провести меня к столу, уставленному маленькими тарелочками с закусками, основными блюдами и, как он и сказал, десертами. Он усадил меня и сразу же потянулся к вазочке с воздушным безе.

— Вот, попробуй это. Говорят, шоколад и сахар лечат все болезни, даже внезапные, — он поднес ко мне ложечку, и его взгляд стал мягким. Он хотел, чтобы мне стало лучше. И от этого внутри все переворачивалось от стыда.

Я механически открыла рот. Сладкая, тающая масса действительно на секунду отвлекла от кома в горле. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Вот видишь, — он удовлетворенно улыбнулся и взял другую тарелку. — А это парфе с малиной. Обязательно попробуй.

Пока я пыталась разобраться во вкусах, которые казались ватными из-за моего состояния, Дима откинулся на спинку стула и вздохнул, смотря на меня с легкой усталостью.

— А у меня сегодня, кстати, довольно интересный день выдался. Ты не поверишь, кого я сегодня видел.

У меня замерло сердце. Ложка в моей руке дрогнула.

— На одном из слушаний, по тому делу о наследстве, помнишь, я рассказывал? Адвокатом с другой стороны была наша однокурсница. Саша Бережная. Помнишь такую?

Я не смогла издать ни звука, лишь едва заметно кивнула, уставившись в тарелку с парфе. Внутри все сжалось в один тугой, болезненный комок ожидания.

— Да, представляешь? — он продолжал, абсолютно спокойно, разрезая ножом миниатюрный медальон из телятины. — Мы после суда заехали в контору, чтобы оформить какие-то формальности по протоколу. Поговорили, вспомнили старые времена. Она, кстати, очень изменилась, повзрослела.

Он посмотрел на меня и, увидев мое застывшее лицо, нахмурился.

— С тобой все в порядке? Может, воды?

Я снова молча покачала головой, жестом предлагая ему продолжать. Мне нужно было это услышать. До конца.

— Так вот, — Дима отпил воды из своего бокала. — Она рассказала, что вышла замуж, причем уже два года как, сразу после универа. Муж у нее архитектор. И двое детей у них уже — пацаны-погодки. Говорит, бегают, как угорелые, с ума сводят. Она сама смеялась, что постарела на пять лет за последние два.

Он улыбнулся, и в его улыбке не было ничего, кроме теплой ностальгии по студенческим годам.

— Она тебя вспоминала, кстати, и Свету. Спросила, как вы, чем занимаетесь. Передала вам большой привет. Говорит, всегда восхищалась вашей дружбой.

Внутри у меня что-то рухнуло. Не стена, а какая-то хлипкая, наспех сооруженная баррикада из подозрений и страха. Она рассыпалась в пыль, обнажая голую, неприглядную правду: я сама все придумала. Я сама отравила этот вечер, наши планы, свое состояние этими чудовищными фантазиями.

Стыд накатил такой волной, что стало физически жарко. Я почувствовала, как краснею, и опустила глаза, чтобы он не заметил.