Чтение онлайн

Шепчу одними губами проклятия, закрываю и открываю глаза. Долго верчу нож в руке, как в день похорон невесты.

— Лишь ради забавы, давай, постарайся открыть портал.

Я веду ножом по воздуху, как по натянутой ткани. Не рвется. Сконцетрировал всю силу мысли. Нет. Но несколько минут потом тщился разрезать воздух. Я знаю, что нарастающая воронка не появится.

— Ты так ослаб в ожидании той девушки. Может, её надо было сразу уничтожить?

— Хватит говорить так о ней. Мне до рвоты противно. Обвинять простую смертную, которая никогда не желала мне зла?

Я… дышал…

Дышал, словно в нехватке кислорода. Слова Хозяина, как губительный яд.

— Она здесь не при чём. Дементьева всего лишь… — Мне не нашлось, что сказать дальше.

— Ты сам в этом уверен? Не обманывай себя.

Сердце стучит. Я прикрываю веки. Нож вперед. Вдох. Разворот. Выдох. Резкий поворот головой — пряди бьют по лицу. Изящный взмах ножом, как японским веером.

Часы остановились. За открытыми окнами ливень смывает остатки лета. Влажный воздух врывается в дом. Я безжалостно дрогнул на холоде. По венам течет ледяная кровь.

— Скучно с тобой… Слабовато. Надеюсь, во время Финальной Игры ты будешь полностью готов.

Сжимаю рукоять, с дрожью целясь в невидимые стены. Тьма смеется. Борюсь до последнего. Я пытался вернуть себя. Глупо, но пытался!

Крепко сжатый в руке нож — вдоль по груди. По воздуху. По ладони. По щеке. Как никому непонятный ритуал.

Нужна Коса Смерти. Нужна моя бензопила! Именно моя!

Слышу ухмыление.

— Ещё увидимся, Игрок! Жаль, что ты не играешь роль, которая тебе была задана. А надо бы…

Я остался один. В окнах, вперемешку с дождем, снова сверкает гостья из поднебесья. Снова рокот.

Нож брошен обратно в ящик. На ощупь найдя в стенке выключатель, я одним щелчком пустил в ход электричество.

Снова скука, снова громадный поток предложений и диалогов.

…Шеграбенское сражение… военный совет… очередная утренняя бойня… Слова Наполеона: «Вот прекрасная смерть!»

И это лишь первый том. Лишь начало.

Юлия

Предыдущий день оставил в сердце чёрное пятно.

Его не смоешь временем-водой.

Тогда вовсе духу не хватало покинуть спящего Алана, сжимая его руку.

Всю ночь я с трудом перебарывала припадок сна. Но в шестом часу утра крадучись вернулась в свою пустую квартиру, смыла с лица усталость и ни свет ни заря направила шаги в Департамент, где в фойе, натянув улыбку, встретила наставницу Шайни. И снова издергивалась.

Когда в коридоре мимо меня прошёл уже пришедший на службу Алан, я не могла не заметить его, и с пылающими щеками уткнулась в блокнот, якобы делая заметку. Жнец только вздохнул.

С той поры мы начали каждый день встречаться в этом месте, обмениваясь скупыми приветствиями. После работы невыносимый ритуал повторялся: мы вместе выходили из здания, прощались у квартир, бросив куда-то в сторону вполголоса: «До завтра…». И так продолжалось ещё несколько дней, словно наша дружба на половину раскололась.

Я ходила каждый день тише воды, ниже травы.

Со временем я не могла смириться с пребыванием в другом мире, радикально вырывая из сердца все обязанности и задачи. Но только не замечала, что хожу из угла в угол у всех сотрудниц на виду.

— Не мельтешись! — не выдержала Лана. — Тебе что, заняться больше нечем?

Мне осталось только, болезненно реагируя на каждое её язвительное слово, остановиться и процедить сквозь зубы:

— Есть чем.

«Ну же, Ти Спирс, хватит, появись!»

Подходя к Административному отделу, я привычно замедляла шаг.

— Алан! Могу ли я…? — хотела было спросить у пробегающего мимо жнеца.

Уловив произнесенное мною имя, он развернулся ко мне. Я обратилась к нему, как к последней инстанции, желая, чтобы жнец прочитал по взгляду, как я сильно прошу его о помощи.

Но слова никак не повлияли на Алана.

— Извини, у нас сейчас будет оперативка, так что ближайшие полчаса меня не будет. Давай позже? — Судя по серьезному взгляду, ему сейчас не до моих проблем.

— Всё ясно… Значит, в следующий раз поговорим… — прошептала я сама себе, достав из кармана блокнотный лист, который был сейчас точно как я: смятый и никому не нужный…

В этом мире, именно в этот день.

***

Отрешенно подперев подбородок, я бесцельно смотрела на простирающиеся вдали горы… Крыша Департамента — единственное место, где я оставалась наедине со своими мыслями.

Небо так же бело с примесью серого оттенка.

Пора смириться.

Но хочется до хрипа сорвать голос. Заявить всему миру: «Хватит! Выпустите меня из этого лабиринта! Я так больше не играю!»

Хочется, но просто молчу.

Тут мой взгляд приковался к летящей навстречу птице. Голубь… с посланием.

В нескольких метрах от крыши он разжал свои коготки, и письмо упало мне в протянутые ладони. Развернув листок бумаги, я попыталась перевести кривые латинские буквы:

«Добрый день, Мисс Джулия!

Надеюсь, вы еще не забыли меня.

Если вам до сих пор не безразлично, то прямо сейчас отправляйтесь в Библиотеку.

Ответ на Ваш вопрос успешно найден.

Заранее извиняюсь, раньше я не могла прислать вам письмо.

Все книги с десятого шкафа рухнули на пол.

Пришлось весь хлам разбирать около недели.

Жду вас сегодня ближе к вечеру.

Тётушка Келвин»

Я уже перестала верить, но теперь… потухшая в сердце надежда снова ожила ярким огоньком.

Ласково поглаживая пальцем гладкую головку голубя, я счастливо улыбнулась этому маленькому почтальону.

— Спасибо тебе.

Грелль

Я забуду о вчерашнем вечере. По крайней мере, постараюсь забыть, но вряд ли это получится.

Влекомые влажным ветром листья взмывали к небесам и опускались, кружась маленькими вихрями над дорогой. Ветки раскачивались под резкими порывами ветра.

Тропа, усыпанная сбитыми ливмя льющим вчера дождём листьями, стелилась под колёса.

Выкатив велосипед на улицу, я понял, что такой здесь не один: по дороге носились, лавируя, стайки летучих велосипедистов. Я оставался безучастен в этих велогонках…