Чтение онлайн

Он с интересом смотрит на меня.

— Лейни, я не в курсе подробностей, почему ты здесь оказалась, знаю только, что тебя привез суровый маршал США. Я понимаю, что тебе нужно, чтобы твое прошлое оставалось в тайне, и я более чем способен хранить секреты.

— Кем она меня считает?

Звук захлопывающейся дверцы автомобиля заставляет его направиться к передней части коттеджа и выйти через парадную дверь.

— Пикантной историей, — говорит Эйс, подходя к блестящей, темно-фиолетовой машине, которая выглядит прямо как со съемочной площадки фильма «Форсаж». — Хэдли, — окликает он.

— Есть, — протяжно отвечает хрипловатый голос. — Мы проводим перекличку, папочка? — Высокая женщина с темными волосами, собранными в беспорядочный пучок, выглядывает из-за багажника.

— Завязывай с этим дерьмом, — фыркает Эйс, закатывая глаза. — Что на тебя нашло в последнее время?

Она показывает язык и смеется над ним, поднимаясь по ступенькам крыльца и бормоча под нос:

— Ничего особенного…

У нее в руках множество пакетов. Один висит на плече, другой — на локте, и по два в каждой руке. Она поднимает глаза с широкой улыбкой.

— Я чертовски рада, что ты здесь. Этому гребаному городу не помешают новые лица. — Преувеличенно вздохнув, она останавливается на пороге. — Вот дерьмо! — Она оглядывает меня с ног до головы, что обычно заставляет меня смущаться, но потом снова хихикает. — Ты великолепна.

Я ошеломлена ее комплиментом.

— Спасибо, — говорю я с удивлением в голосе. — Я Лейни.

— Я уже знаю. — Она проходит через входную дверь и наклоняется ко мне, поворачивая голову в сторону Эйса, чтобы убедиться, что он не слышит. — Но мне интересно, Лейни, ты давно потерянная кузина или спишь с большим, плохим Аттикусом Фоксом? — Она идет дальше, не давая мне возможности ответить. Но у меня такое чувство, что, возможно, она и не хочет этого знать.

Да, Эйс очень красив. Я оценила его привлекательность, нужно быть слепой, чтобы не заметить. Но не он привлек мое внимание.

— О да, этому месту нужно добавить красок. — Она продолжает говорить, едва переводя дыхание. — Я купила хороший кофе в «Crescent de Lune» в городе, немного листового чая. Я не знала, какой кофеин тебе нравится, поэтому взяла несколько энергетических напитков.

Я улыбаюсь такой заботе.

— Я люблю кофе.

— Я тоже. А все остальное — это в основном для наполнения буфета… — Она неожиданно меняет тему и смеется: — Звучит как — наполнение для трусиков8. — Она шевелит бровями. — Звучит веселее, чем буфет, да?

Что? Я отрывисто смеюсь, удивленная такой шуткой. Это освежает. Я втайне надеюсь на упаковку красной лакрицы — «Red Vines» или «Twizzlers» были бы кстати. Я нервничаю, а конфеты — моя слабость.

— Я подумала, что тебе, наверное, пригодится… — Опустив пакеты, она начинает рыться в них, поднимая каждый предмет. — Когда я была здесь в последний раз, здесь пахло затхлостью. Вот, свеча. — Она открывает крышку и нюхает. — Вкусно. — Она передает мне свечу, а затем достает лампу из соляного камня. — Они полезны для многих вещей. Мне показалось, что это просто необходимо.

Я не могу придумать, для чего может пригодиться камень, кроме как послужить оружием. Но она продолжает рассказывать, демонстрируя все, от коробки тампонов до сухого шампуня.

— Я также захватила свои любимые средства. Не волнуйся, у меня хороший вкус. Здесь кондиционер, средство для мытья тела, средство для умывания, лосьон, хорошее пушистое полотенце… — Затем она протягивает лак для ногтей, который я еще никогда в жизни не была так счастлив видеть. — «Ruby slippers».

Я улыбаюсь.

— Мне нравится.

— Еще есть бледно-розовый. — Она высовывает язык и морщится, отчего моя улыбка превращается в понимающую ухмылку. В бледно-розовом цвете нет ничего плохого, но именно то, с чем он ассоциируется, вызывает у меня отвращение к нему.

С серьезным выражением лица, словно она собирается подарить мне устройство, которое изменит мою жизнь, она протягивает черную коробку в форме куба.

— И вибратор.

Наверное, из-за того, что у меня приоткрывается рот и я задыхаюсь от смеха, она улыбается мне в ответ.

— Я знаю, это перебор, но я пошла на поводу у своей интуиции, — говорит она. — Давно потерянная кузина.

— Хэдли, — тихо говорит Эйс за моей спиной.

Она смотрит поверх моего плеча и подмигивает ему.

— От упоминания вибратора у тебя трусики застревают в заднице, здоровяк Фокс? С моими он точно творит что-то особенное.

Он засовывает руки в карманы, и его «застегнутая на все пуговицы» манера поведения меняется, когда он идет в сторону входной двери.

— Ты в надежных руках, Лейни. Найди меня, когда будешь готова поговорить о работе.

— Еще раз спасибо, Эйс.

Он отрывисто кивает, а затем указывает на Хэдли.

— Пожалуйста, не будь занозой в заднице.

Я довольно хорошо разбираюсь в людях, и Эйс Фокс — уверенный в себе мужчина, обладающий, казалось бы, бесконечным терпением, учитывая то, как Би и Гриз давили на него прошлой ночью. Но женщина передо мной, с ее длинными ногами и флиртующим тоном, выводит его из равновесия.

— Это касается только тебя и твоих братьев. — Она отдает честь. А когда он отворачивается, машет рукой в его сторону.

Я прикусываю губу, чтобы сдержать улыбку. Вся эта ситуация просто уморительна, но я не собираюсь совать нос в чужие дела.

Открыв маленький холодильник, она говорит:

— Не стоит беспокоиться. Если вам хорошо вместе. — Она на секунду прерывает свое занятие. — Я знаю Эйса почти всю свою жизнь. Его брат Линкольн — мой лучший друг.

Я игнорирую ее слова о том, что нам хорошо вместе, и спрашиваю:

— Он самый старший?

— Да. Потом Линкольн. У него две маленькие девочки, Ларк и Лили. А с Гризом ты уже знакома, я полагаю?

Я не могу сдержать улыбку и утвердительно киваю, вспоминая о приветственном напитке, который он принес мне посреди ночи.

Я замечаю, что в этом кратком изложении она не упоминает ни жену, ни мать его дочерей.

— У Линкольна есть женщина или…?

— Он вдовец, — говорит она, ее лицо становится печальным. — Он и девочки уже… — Она делает паузу, доставая из сумки еще несколько продуктов, похожих на груши, клубнику и зеленый салат. — С фермерского рынка, утром заскочила. — Одной рукой она протягивает мне маленькую желтую ягоду, чтобы я попробовала, а второй кладет себе такую же в рот. — Крыжовник. Он вкусный. — Прожевав ягоду, она поднимает глаза. — Лив, или Оливия, жена Линкольна и мама девочек, умерла около четырех лет назад. — Она поднимает глаза, как бы пытаясь вспомнить. — Да, точно, это было через год после Фионы.