Чтение онлайн

Джеффа отправили с фургоном, в котором везли продовольствие. Он должен был разбить лагерь. А Ник и Джейк делали с рабочими загоны для скота. Потом они должны были прочесать кустарник и собрать одичавших за лето и разбившихся на группки животных.

Ник отправился с загонщиками в высокогорье, в самые труднодоступные места. Он продирался сквозь густые заросли кустарников и высоких альпийских трав. Растительность полностью скрывала бычков не только от хищников, но и от людей.

Утро было ясным и холодным. Лошадь недовольно фыркала. Из ее ноздрей вырывался пар. Подмороженная трава хрустела под копытами. Все вокруг сверкало и искрилось, присыпанное легкой ледяной пыльцой.

Воздух был чистый и прохладный. Ник дышал легко и с наслаждением. Ему хотелось, чтобы холодный воздух протрезвил голову, захмелевшую от любви, а не от спиртного.

Лошадь бежала весело, мотала головой, гарцевала и радостно ржала. Ник усмехнулся, понимая, что к вечеру она устанет и будет способна передвигаться только медленным шагом.

В прошлом месяце Ник забил и доставил в деревню Чиянна пятьдесят бычков. Так повелось давно, еще с тех пор, когда у Джейка и его жены Марты не было ничего, кроме одежды, хижины и нескольких десятков голов скота.

Однажды во время охоты Джейк был застигнут в высокогорье бураном. Он, наверное, замерз бы, если бы его не нашел Белый Орел со своими людьми. Они не убили его, а доставили на ранчо.

Прекрасно понимая, что жизнью обязан индейцам, Джейк тогда забил дюжину бычков и отправил на зимнюю стоянку племени, где люди в то время голодали. С тех пор, перед каждой зимой, он посылал племени Чиянна несколько десятков свежих туш на зимнюю стоянку, расположенную на Высокой Месе.

Несмотря на то что было холодно, рубашка у Ника промокла от пота. Он метался в густых зарослях, выгоняя бычков на открытое место и сбивая их в стадо. Время от времени он останавливался, снимал шляпу и вытирал лицо шейным платком. Бычков почему-то было мало. Ник озадаченно стал пересчитывать. Рядом с ним ехал старый загонщик.

– Дэнни, – обратился к нему Ник, – ты уверен, что наверху больше нет животных?

– Вообще-то, должны быть. Но, странно, почему их не видно? – он махнул рукой в сторону худого загонщика, такого тощего, что, казалось, ему нечем отбрасывать тень. – У Селима тоже собралось маленькое стадо.

– Гони стадо вниз, а я пройдусь повыше. – Ник оставил рабочих и поскакал на Сером в горы.

Он был озадачен. Костей им нигде по пути не попалось, значит, волки бычков задрать не могли. Он обнаружил узкую тропинку, протоптанную бычками, спешился и тщательно осмотрел все вокруг. Встревоженный, снова сел в седло и поехал по стежке, довольно широкой. Лошадь проходила по ней свободно. Тропа вывела на крутой горный склон и оборвалась.

Следы животных вели вверх по склону. Скорее всего, бычки за хребтом сошли вниз и не смогли выбраться.

Он снова спешился, оставил лошадь внизу и стал карабкаться наверх по склону. Следы привели к широкому каньону, поросшему самшитом. Ник обогнул каньон и, в самом деле, увидел внизу бычков. Они толклись на небольшом пятачке и не могли найти выхода. Их было больше полусотни. Пригибаясь к земле, он стал красться, стараясь не привлекать внимания животных. Одичавшие бычки боялись человека больше, чем медведя гризли.

Стадо было худым от голода. Здесь им нечего было есть. Но вода, видимо, была где-то рядом, иначе животные давно бы сдохли. Ник решил найти водоем. Он бесшумно бродил по зарослям, пока не наткнулся на маленькое озерцо. Вода стекала в него с горного склона. Ник обрадовался – вода в здешних маловодных горах была на вес золота. Он пошел вверх по течению небольшого ручейка и вскоре выбрался на маленькую площадку, откуда вниз струился водопад. Ник подставил ладони под струю, хотел напиться и только поднес ладони с водой ко рту, как позади послышался шум.

Он оглянулся, и дрожь пробежала по спине. Позади него стоял огромный бык и смотрел на него воинственно и вызывающе. Взгляд быка не предвещал ничего хорошего. Бык захрапел, уставился на ковбоя маленькими разъяренными глазами, опустил голову и потряс длинными изогнутыми рогами.

Оглядевшись, Ник понял, что он в ловушке.

– Хо-а! – пронзительно закричал он и замахал перед носом быка шляпой, надеясь, что тот испугается и убежит. Но бык воспринял вопль как вызов и бросился вперед.

Ник хотел отскочить в сторону, но поскользнулся на мокром камне, оступился и упал. Он не успел подняться и увернуться, а только прикрыл руками лицо, пытаясь защитить от острых рогов. Боль пронзила все тело, рога ударили со страшной силой. Ник закричал от боли и ярости так, что бык отскочил. И… снова изготовился к атаке.

Ник с трудом поднялся. Все тело, казалось, разрывается. Каждый вздох причинял ему новую боль. Но руки уже выхватили из-за пояса длинный охотничий нож. Ник припал к земле, пошире расставил ноги и изготовился.

Бык снова пошел вперед. Сначала медленно. Шаг, еще шаг. Потом рванулся вперед. Ник отпрянул в сторону, направил лезвие ножа вверх и воткнул его в толстую шею животного по самую рукоятку.

Мотая головой из стороны в сторону, бык взревел. Кровь и слюна обрызгали камни. Бык снова отступил. Опустил голову вниз. Рога были снова нацелены на человека.

Ник уже держал нож наготове. Теперь он должен попасть точно в сердце, иначе… На новый удар у него просто не будет времени и сил.

Голова кружилась, все тело пронизывала острая боль. Пошатываясь от слабости, он ждал. И снова животное рванулось на человека. Рога чиркнули по камням. Ник мягко уклонился. Сжал нож обеими руками и вонзил его под левую лопатку зверя. Темно-красная струя ударила вверх. Бык рухнул на камни и заревел. Из ноздрей хлынула кровь. Он завалился на бок, вытянул ноги и застыл огромной неподвижной глыбой.

Ник, шатаясь от слабости, вернулся к лошади. Обнял Серого за шею, с трудом взобрался на спину коня. И, почти теряя сознание, добрался до лагеря.

Саманту окружали, кривлялись перед ней, гримасничали какие-то странные существа. Она уворачивалась от них, но они не отступали. И вдруг, словно по мановению волшебной палочки, исчезли. Кто-то огромный схватил ее и бросил в море, вода в котором была красной, словно кровь. Она задыхалась. Красная вода вливалась в рот. Она выплевывала ее. Хватала воздух. Но вместо воздуха снова текла и плавилась вокруг нее красная влага.

Она пыталась кричать, звать на помощь. Но из горла не вырвалось ни звука – ни писка, ни даже хрипа. Ее обволокло белой, словно хлопковое волокно, тишиной. Тишина была осязаема, давила на уши.

Тишину разорвал жалобный крик лошади. Лошадь кричала от боли. Саманта знала точно: так лошадь кричит только от страха или боли. Белая лошадь опустила голову, упала на колени. Ее атласная шкура была исполосована, рубцы вздулись и налились кровью. Молодой человек, светловолосый, с жестокими голубыми глазами, снова и снова поднимает хлыст над лошадиной спиной. Хлыст испачкан кровью. А он равнодушно и бесстрастно бьет и бьет коня. Конь вздрагивает от каждого удара и кричит – тонко и жалобно.