Чтение онлайн

– Спасибо тебе, добрый человек, – поблагодарил я его искренне за посильную помощь и сочувствие, но тут же и заявил категорично: – Только это всё сразу отпадет. Моментально.

Боря собрался было привести какие-то дополнительные аргументы, но я его остановил:

– Погоди, солдатик, не горячись. Я тебе объясню, почему отпадает. Лёха Боханский, опираясь на какие-то одному ему ведомые намёки, которых, к слову, в самом тексте нет, убеждён, что имеется в виду локация в Запредельном. Так что давайте будем исходить из этого.

Молотобойцы переглянулись, и на несколько секунд в салоне воцарилось молчание. Нарушая его, Архипыч спросил:

– А как у тебя, Егор, обстоят на данном историческом этапе дела с Запредельным?

– Да никак, – с максимальной, каковая в таких обстоятельствах только, пожалуй, и требуется, честностью ответил я. – За последнюю сотню лет всего только один… Нет, два… Нет, теперь уже три Образа поднимал. Образ Храма Книги, посещение которого нам, драконам, вменено в обязанность, и ещё два Образа, о которых в силу разных причин сейчас умолчу. Все три эти Образа никакого отношения к данной истории не имеют. И это точно. Они очень личные, чужие там не ходят.

– Это как сказать, – произнёс Боря тоном бывалого человека. – Иной раз, думаешь – не имеет никакого отношения. А потом так оборачивается, что бац – и имеет. Причём, по полной программе, во все дырки и без предварительных ласк.

– Может быть, может быть, – проговорил я, уступая его напору. Однако после небольшого раздумья всё-таки высказал сомнение: – Нет, братцы мои, такая вот игра в угадайку мне решительно не нравится. Это путь в никуда.

И только я произнёс эти слова, Архипыч тотчас выкрикнул какое-то малопонятное, но энергичное словцо и заявил решительно:

– Ладно, хорошо, раз путь логического перебора – путь в никуда, тогда попробуем решить вопрос иначе. – С этими словами откинул дверку бардачка, покопался там недолго и вытащил узкую коробочку, обитую синим бархатом. Открыл её, подцепил из углубления тёмно-коричневую, почти чёрную горошину и, бережно зажав большим и указательным пальцами, протянул мне между кресел: – На, дракон, глотай.

– Что это? – напрягся я.

– Глотай, говорю, не бойся.

Он был настойчив, но я упёрся:

– Пока не скажешь, что за гадость, даже не подумаю.

– Сыворотка правды, – оскалился Архипыч.

– А если честно? – нахмурился я.

– Честно? Да я и так тебе честно. А если хочешь ещё честнее, то – пожалуйста. Это пилюля Гамсунуса. Знаешь, кто такой Гамсунус?

Так сложилось, что я знал, кто такой господин Гамсунус, и даже видел как-то раз этого удивительного человека. Случайно видел и что говорится мельком, однако видел. Сидим, помнится, с Кикой в кабаке у Жонглёра, выпиваем-закусываем, рассуждаем о том, о сём, в том числе и о гадостной природе современного человека. И вот в тот самый момент, когда Кика обозвал современного человека варваром и стал обосновывать это тем, что восприятия современного человека настолько грубы, что ему кажется, будто посредством тупого технического прогресса он способен достичь того, что можно достичь лишь долгой духовной эволюцией, в зал спустился неизвестный мне долговязый растрёпанный дядька потерянного вида. Приметив вошедшего, эгрегор осёкся на полуслове, показал на него, смешно кося глазами, и прошептал: вот смотри, Егор, это тот самый Виктор-Викторин Де Фон Ван Гамсунус, который у местных Преображённых за идейного вождя.

Ну а кто такие Преображённые я и до этого знал. Говоря без излишне умных заворотов, это такие посвящённые светлой масти, которые сознательно отказались использовать магическую силу, но зато развили в себе естественную способность воспринимать связь между вещами, которые обычному человеческому рассудку кажутся абсолютно никаким образом не связанными. В дела земные и суетные эти гордые ребята, против которых наши признанные ведуны и провидцы – дети малые, особо не вмешиваются, но если вдруг придёшь к ним в недобрый час за добрым советом, в помощи не откажут. И это точно. Ну а не дай Сила придёшь за советом недобрым да ещё и в добрый час, опустят по полной программе и за милую душу. В моральном, конечно, плане. Вот такие вот правильные ребята, эти Преображённые. А про то, что они помимо советов ещё и какие-то особые таблетки распространяют, услышал я от Архипыча впервые.

Не особо вдаваясь в фармакопею, кондотьер вкратце, но с бойкостью опытного дилера описал чародейственные свойства препарата и убедил таки меня закинуть в рот это снадобье, похожее консистенцией и цветом на мумиё, однако пахнущее чабрецом, вереском, мятой и ещё чем-то до боли родным, но чего я вспомнить так и не сумел. Проглотив пилюлю, я не умер, но и не прозрел, лишь почувствовал во рту горьковатый привкус лаврового листа. Это поначалу. Но минут через сорок (именно настолько в среднем тормозит драконья кровь против человечьей), когда мы уже почти подъехали к городу и Боря завернул на заправку возле поста ГАИ, средство наконец начало действовать. Меня вдруг резко бросило в холод, потом сразу в жар, а когда отпустило, я самым безобразным образом раскис. Захлопал осоловелыми глазами и стал засыпать. Однако не уснул, а погрузился в то состояние между сном и явью, которое называется грёзой. Точнее даже не в грёзу я погрузился, а в такой странный вид воспоминания, когда кажется, что всё происходит здесь и сейчас. Оно, это воспоминание, было очень коротким, но при этом достаточно информативным. Дико звучит, но из салона летящей в пробуждающийся город машины, я в один миг и чудесным образом перенёсся на кухню Альбины Ставиской, где увидел, как хозяйка, загадочно улыбаясь, вытягивает карту из потрёпанной колоды Таро. Вытащив карту, ведьма перевернула её рубашкой вниз и показала мне. При этом сказала игриво:

– Вот оно, милый мой Егор, то самое место.

На карте был изображён аркан "Мистерия", во многих мистических системах известный так же под названием "Луна" и в немногих – под названием "Сумерки". Впрочем, как его не называй, по счёту это восемнадцатый аркан. Старший, разумеется, аркан. Аркан, олицетворяющий не самый удачный расклад судьбы и не лучшее состояние духа.

Впившись взглядом в картинку, где волк и собака воют на луну, сидя на пустынной дороге, я пролепетал непослушными губами:

– Ты это, Альбина, серьёзно?

– До известной степени, – ответила ведьма, подмигнула заговорщицки и приложила палец к губам: – Т-с-с-с.

После чего растворилась в густом, как сгущённое молоко, тумане.

Вот и всё.

Из состояния прострации меня вывел резкий сигнал клаксона. Это Боря, встраиваясь в общий поток, дал понять заметавшейся маршрутке, кто тут у нас вообще-то главный. Очнувшись, я – лучшего способа быстро привести себя в норму не знаю, разве только – кусок льда за шиворот – энергично растёр ладонями уши. А когда окончательно пришёл в чувство, обнаружил, что Архипыч участливо наблюдает за мной и внимательно-внимательно отслеживает мой долгий приход после краткосрочного отхода.

– Чего уставился? – спросил я у него с полушутливой грозностью.

– Сдаётся, ты всё вспомнил, – удовлетворённо произнёс кондотьер.

– Да. Кажется.

– Кажется или точно?

– Кажется, точно.

– Ну, это лучше, чем "точно кажется".

– Лучше, – согласился я. – Только теперь новая проблема на очереди.

– Что ещё? – нахмурился Архипыч.

– Нужный образ я ухватил, это хорошо и даже здорово. Но как мне теперь в Запредельное попасть? Вот вопрос. Самовольно не могу, ворота мне Туда открываются ненадолго и лишь в указанный срок. Что делать?

– Снять штаны и бегать, – проворчал Архипыч. Потом потрепал в глубоком раздумье бороду и предложил: – Послушай, Егор, а может, я вместо тебя схожу? С тебя, похоже, выкуп какой-то потребует, так я посредником выступлю. Не бойся, я справлюсь. Наш Тарас не хуже вас.

Меня этот вариант категорически не устраивал.

– Верю, Серёга, что справишься, – сказал я. – Но в таком случае мне придётся одну тайну раскрыть, которую тебе, извини, знать не положено. Я этого сделать не могу. Так что – увы.