Чтение онлайн

— Что бы ты хотела, чтобы мы сделали? — Это от Кенто.

Кадира заговорила раньше, чем я.

— Наконец-то Аспект заговорила, но только для того, чтобы встать на ее сторону?

Кенто пристально посмотрела на королеву Полазии:

— Ранд не принимает ничью сторону. Я задаю вопрос только для того, чтобы передать ответ своей матери.

Кадира взмахнула костлявой рукой в воздухе и зарычала:

— Ба!

— Что нам делать? — снова спросила Кенто. Я думаю, она пыталась помочь, по-своему.

— Прекратить воевать с нами, — сказал я. — Прекратить воевать друг с другом. Нам нужно объединиться, собрать армию, пройти через разлом и войти в Севоари. Остановить монстра, пока она не добралась до нашего мира.

Гарн покачал своей массивной головой.

— Сначала ты говоришь нам, что Оваэрис разваливается на части, и тебе нужны Хранители Источников, чтобы это исправить. Теперь ты требуешь, чтобы мы начали войну с самим адом?

Я пожала плечами, глядя на гарна.

— Это слишком драматичный способ изложения. Но да.

— Как бы ты хотела, чтобы мы сражались с этим монстром? — спросил один из пахтов-посланников.

Откровенно говоря, мы с Сссеракисом все еще работали над этой частью плана.

— Нам нужно отбросить ее, отделить достаточно, чтобы она показала свою истинную сущность и…

Кадира закричала, заглушая меня.

— Гигантские глаза в небе, землетрясения и наводнения, чудовища из ада. Все это не что иное, как отвлекающий маневр. — Сейчас она обращалась не ко мне, а ко всем остальным. И, черт бы их всех побрал, они слушали. — Нам нужно сосредоточиться на настоящей проблеме. — Костлявый палец вытянулся и указал на Сирилет. — Она убийца и должна предстать перед судом за свои преступления. Не только против Полазии, но и против всех нас.

И снова все они разразились криками и шумом. Казалось, они даже не замечали окружающего их адского пейзажа, а чудовище медленно подползало все ближе к нашему миру.

— Может, мне теперь их всех убить, Эска? — Несколько глаз посмотрели в мою сторону, доказывая, что по крайней мере некоторые из торговцев слышали Сссеракиса. У меня было предчувствие, что это не поможет нашему делу.

Сирилет уставилась на меня, поймала мой взгляд и медленно покачала головой. Она выглядела усталой.

Лесрей перестала барабанить пальцами по подлокотнику. Она встала плавно и элегантно, каждый ее кусочек был королевой Льда и Пламени, и пошла. Пока она шла, от нее, как от капли воды, упавшей в пруд, расходились волны тишины. К тому времени, как она добралась до меня, все, даже Кадира, замолчали.

— Убери своего демона, Эскара. — Голос Лесрей был мягким, как шуршание смятой бумаги. — Угрозами или принуждением ты никого из нас не убедишь.

Я уставилась на ненавистную сучку, моя лапа напряглась, я была готова разорвать ей глотку за все, что она со мной сделала. Лесрей просто смотрела на меня, бесстрастно и непреклонно.

— Освободи конструкт, Сссеракис.

— Но они все еще препираются, как гули над трупом.

— Сделай это.

Севоари исчез, и мы все снова оказались в зале саммита. Несколько полазийцев пошатнулись, как будто у них закружилась голова. Один из торговцев отошел, чтобы подкрепиться завтраком.

Лесрей не сводила с меня неприкрытого глаза. Вблизи я разглядела, что левый уголок ее рта под фарфоровой маской слегка приоткрыт. Я вдруг поняла, что маска была не просто украшением, а скрывала травму.

— Теперь ты можешь идти, — сказала Лесрей. — Подожди снаружи. Мы обсудим ваши заявления за пределами твоего… — Ее взгляд метнулся к Сссеракису, стоящему рядом со мной в моей тени, — воздействия. Ты будешь уведомлена, когда мы примем решение.

Никто с ней не спорил. Ни Джамис, ни Кадира, ни пахты, ни гарн. Вот так, всего несколькими словами и аурой холодного спокойствия, Лесрей взяла под свой контроль весь саммит. Признаюсь, я немного восхитилась ей. Этого восхищения было недостаточно, чтобы утолить мою ненависть к этой стерве.

Я медлила, борясь с желанием оставить за собой последнее слово. Мне не нравилось, что меня прогоняют, как слугу. Но что я могла поделать? Убей их всех. Они были королями и королевами, могущественными купцами и посланниками в иностранных государствах. У меня не было ничего, кроме имени и темной репутации. Я была страшилищем Иши. И я больше не королевой. Поэтому я еще несколько секунд сверлила Лесрей взглядом, в моих глазах метались яростные молнии, затем повернулась и направилась к большой двери.

Сирилет осталась.

— Мне нужно обсудить еще один вопрос, — сказала она. — Я имею в виду, что это предложение, на самом деле.

Один из торговцев начал было кричать на нее, но Лесрей подняла руку, приказывая мужчине замолчать. «Королева Хелсене имеет такое же право говорить здесь, как и любой другой». Послышалось недовольное ворчание, но никто не стал спорить с сучкой-шлюшкой.

— Есть разломы, — сказала Сирилет. — Я имею в виду другие разломы, а не великий разлом в полазийской пустыне. Я называю их малыми разломами. Они повсюду. Насколько мне известно, их по меньшей мере дюжины. По всему Оваэрису. У меня есть планы. Подробные инструкции по строительству врат вокруг каждого из них. Они позволят открывать порталы между ними. Я имею в виду порталы на большие расстояния без использования Хранителя Источников. Мгновенное перемещение между любыми разломами.

Встала суровая торговка.

— Вы хотите, чтобы мы построили такие врата, чтобы вы могли с легкостью двинуть свои войска против нас.

— Что? Нет.

— Это не более чем очередная уловка.

Сирилет покачала головой.

— Это не так. Я пытаюсь…

— Если мы построим эти врата, дикари Йенхельма получат легкий доступ ко всем нам.

Сирилет сжала руки перед собой.

— Если бы я хотела использовать врата для нападения, я бы не сказала вам о них. У Йенхельма уже есть доступ к ним. Мы уже можем использовать их для перемещения между разломами. Один из них есть здесь, в Ланфолле. Если бы я захотела, я могла бы провести свои войска и напасть на вас здесь.

— Еще одна угроза, — крикнула суровая торговка.

— Это не угроза, — закричала Сирилет, когда поднялся переполох. — Я говорю вам это, чтобы вы могли построить свои собственные врата. Мгновенное перемещение между всеми вашими странами. Я имею в виду, подумайте о возможностях, которые это открывает.

По лицу Джамиса медленно расплылась улыбка. Он встал и громко прочистил горло, размахивая руками в воздухе, чтобы привлечь к себе внимание. Голоса стихли, превратившись из рева в глухое бормотание.