Чтение онлайн

Кровь стучит в висках, мир сужается до одной точки.

— Быстро! Дай номер, с которого она звонила!

Цифры уже всплывают в сообщении. Пальцы дрожат — первым делом пересылаю новый номер Огневу: «С него Настя звонила! Ян, отслеживай!»

СМС прочитано тут же. Я получаю от Огнева скупое: «Ок» и уже набираю ее.

Сердце колотится, как бешеное. Хоть бы ответила. Хоть бы...

ДЕНИС

Гудки. Раз. Два. Три. Каждый звук — как удар ножом под ребро. Влажные ладони сжимают телефон так, что стекло вот-вот треснет под пальцами.

И вдруг — щелчок.

— Алло?..

Ее голос. Напуганный, дрожащий, едва слышный, но это ОНА.

— Настя! Настенька! — вырывается у меня крик, в котором перемешались облегчение, страх и безумная надежда. Спазм охватывает горло, я сам почти задыхаюсь! — Где ты?! Говори быстрее!

— Денис! Денис! — ее громкий шепот в трубке звенит оглушительно, скрывая слезы. — Я не знаю, где я! Огромный дом, меня заперли в комнате, но окно... я разбила окно, а все равно убежать не смогла!

Мое сердце колотится так, что, кажется, вырвется наружу. Я ловлю каждое ее слово, каждую дрожь в голосе.

— Я сначала одна была, а недавно Ольховский приехал, я... я отвлекала его как могла, а потом... — она задыхается, — ему стало плохо! Я вырвала телефон, начала звонить тебе, но номера не знаю... позвонила Лере...

— Тихо, тихо, я уже еду, — перебиваю, стараясь говорить спокойно, меня трясет. — Ты молодец, ты все правильно сделала. Но... что с ним сейчас?

На той стороне — короткая пауза. Потом снова шепот, будто она боится, что ее услышат:

— Он... впился пальцами в грудь, скомкал рубашку... и упал. Денис, он дышит, но... как-то резко, тяжело. Я не понимаю, что делать!

Ее голос срывается, и я сжимаю телефон так, что пальцы немеют.

— Не подходи к нему. Ты слышишь? Ни в коем случае.

— Но...

Тишина. Доносятся только ее прерывистые вздохи.

— Настя, слушай меня внимательно, — мой голос звучит спокойнее, чем я чувствую. В груди — ледяной ком, но я заставляю слова литься ровно, размеренно. — Я все понимаю. Знаю, как тебе сейчас тяжело. Но это скоро закончится, я обещаю.

Сквозь непонятную возню в трубке слышу рваное дыхание. Каждый ее вдох — как удар в солнечное сплетение.

— Сейчас тебе нужно позвонить в скорую. Прямо сейчас, Настен. Скажи, что Ольховскому стало плохо, опиши симптомы. Важно, чтобы вызов зафиксировали. А я отслежу твое местоположение. Ты слышишь меня?

— Да... Да, слышу, — в ее голосе появляется твердость. Храбрость. Моя девочка всегда была сильнее, чем думала.

— Постарайся держать телефон при себе. Он должен быть включен. Попробуй запереться. Ольховского не трогай. Настя, я уже вижу точку на карте!

Как же быстро Ян работает!

Внезапный шум на том конце заставляет меня замереть. Стук. Что-то разбилось!

— Настя! — мой крик полон ужаса. Сердце останавливается!

— Я здесь, — она отзывается быстро. Четко. — Не волнуйся. Случайно разбила какую-то банку.

— Я понял. Сейчас свяжусь с ребятами, а потом перезвоню тебе. А ты попробуй связаться со скорой.

Отключаюсь.

Голова работает четко, ясно. Я набираю Яна.

— Точку скинул, — сухо бросает он без лишних слов. В его голосе — сталь. — Мобилизую ребят. Вызываю наряд.

— Дорога? — чеканю я, впиваясь пальцами в руль. Слишком резкий поворот. Надо бы поаккуратнее.

— Пустая. Домчимся быстро.

Ян, как обычно, краток. Все по факту. Без лишних эмоций. Сейчас это к лучшему.

— Точку я видел. Маршрут настроил.

— Я пробил по спутнику. Край леса. Огромный дом, большая территория. По соседству — ни души. А что, для него удобно.

Он имеет в виду Ольховского.

Мои губы растягиваются в оскале. Идеальное место для пыток.

— Еду, — бросаю я и вдавливаю педаль в пол.

Двигатель ревет. Фары режут темноту. Деревья мелькают вдоль обочин.

Я мчу сквозь ночь.

Держись, Настен! Я уже близко!

Еду вперед, не ощущая скорости, не чувствуя ничего, кроме жгучей необходимости быть рядом с ней.

И вдруг — резкий свет фар в зеркале заднего вида. Мигалки.

— Черт! — вырывается у меня, когда я притормаживаю.

Гайцы.

Именно сейчас, когда каждая секунда на счету!

Твою ж мать!

Я пытаюсь внешне выглядеть спокойно.

Один из мужичков подходит к окну, стучит пальцем по стеклу. Я опускаю его, стараясь не скрипеть зубами. Тот представляется.

— Документы, пожалуйста.

У него даже речь медлительная!

— Я понял. Если можно побыстрее, то буду благодарен, спешу очень, — начинаю я, но мужик перебивает:

— Да это я уж заметил.

Я протягиваю все, что требуют, сжимая челюсти. Второй мужик тем временем уже внимательно заглядывает в салон, что-то высматривает.

— Что везете? — и тычет пальцем в багажник.

— Вы серьезно?

Мой голос звучит резче, чем я планировал.

— Скорость превысили, — сухо замечает первый, даже не глядя на меня. — Протокол составим.

Я чувствую, как кровь стучит в висках. Это займет вечность. А основание?!

— Можно быстрее? У меня...

— У всех дела срочные, — перебивает он, уже доставая ручку.

Хватаю телефон, набираю Яна.

— Меня тормознули, — сквозь зубы бросаю я.

— Да ё… — тянет расстроенно.

— Вот именно.

Передаю Яну информацию.

— Сейчас порешаю, — его голос спокоен и размерен, но я уверен — Ян уже действует.

Проходит пять минут. Гаишники бубнят что-то между собой, заполняют бумаги. А я мысленно отсчитываю каждую секунду.

И тут — звонок.

Один из мужиков берет трубку, и его лицо внезапно меняется. Он вытягивается, как по стойке смирно.

— Да... да... да, конечно, — бормочет он, кивая.

Его напарник смотрит на него, хмурясь.

— Да я просто… — летят оправдания в телефон. — Так я… Ну я ж не знал-то!

Секунда, и он протягивает мне документы, даже не отрывая мобильный от уха.

— Счастливого пути! — быстро отнимает руку, словно обжегся, а в его глазах — неподдельное удивление и желание поскорее от меня избавиться.