Чтение онлайн

— Не испытывайте моё терпение, дорогая, — хищно улыбнулся он.

Леда поджала губы. Дойдя до беседки, они увидели слуг, сгибавшихся под тяжестью серебряных подносов. На них красовались изысканный фарфоровый сервиз и горы сладостей. Один из слуг накрыл мраморный стол белоснежной, хрустящей скатертью и принялся сервировать. Леда и Халиб расселись друг против друга на удобных резных стульях.

Слуги двигались бесшумно и слаженно. Один за другим на столе появлялись подносы с фарфоровыми чашками, расписанными тончайшими узорами. От заварочного чайника, украшенного чеканкой, поднимался тонкий аромат жасмина и бергамота. Тем временем другой слуга расставлял сладости: хрустальную конфетницу, доверху наполненную разноцветной ойлой, блюда с белоснежной нугой и золотистым чак-чаком.

— Завидев эти сладости, я на миг почувствовал себя дома, — Халиб взял кусочек рахат-лукума и с наслаждением откусил. — Невероятно вкусно!

— Весьма любезно с вашей стороны привезти столько угощений. — Леда осторожно подула на чай

— В таком случае позвольте угостить вас назуком, — принц хлопнул в ладоши, и перед ними склонился слуга в алом кафтане. — Принеси нам назук, — распорядился Халиб. Он сидел, неудобно упираясь рукой в ножны, украшенные россыпью драгоценных камней. Наконец, Халиб отстегнул их и положил рядом. Леда скользнула по оружию взглядом.

— Бывают моменты, когда я весьма жесток, — произнёс Халиб, заметив её интерес и тут же сменил тему: — Я видел, как вы стреляете. Разве принцессам подобает носить оружие?

В его голосе слышался не вопрос, а вызов.

— Нет, — Леда пожала плечами, делая глоток чая. — Но и не запрещено.

— Мне это не по нраву, — помолчав, отрезал принц. Он накрыл своей ладонью её хрупкую кисть, большим пальцем нежно поглаживая кожу.

Леда вздрогнула от неожиданного прикосновения.

— Ваши руки созданы для другого, — произнёс он, заглядывая принцессе в глаза. — Наша свадьба, дорогая, уже через неделю. Нам нужно лучше узнать друг друга, и мне совсем не нравится эта тень страха в ваших глазах.

Прежде чем Леда успела ответить, появился слуга с цветастым блюдом, до краёв наполненным назуком. Квадратные кусочки сдобы с глянцевой поверхностью, источающие манящий аромат корицы и шафрана, заставили её невольно сглотнуть. Слуга водрузил блюдо на стол и, поклонившись, остался стоять, ожидая дальнейших распоряжений.

Халиб взял кусочек лакомства и поднёс его к губам Леды.

— Попробуйте, дорогая. — Он дерзко улыбнулся.

— Но… я… — Леда вспыхнула, чувствуя, как жар заливает её щеки. Это было слишком смело, слишком интимно. Недопустимо принимать пищу из рук принца, пусть даже будущего супруга.

— Не бойтесь, — поторопил Халиб. В его голосе послышались властные нотки, которым было сложно противиться.

Принцесса откусила кусочек, невольно коснувшись губами пальцев принца. Халиб довольно сощурился, а Леду захлестнула волна стыда. Ей хотелось вскочить. Убежать. Скрыться от его пронзительного взгляда, но воспитание не позволяло этого сделать. Под её внешним спокойствием бушевал огонь протеста.

— Ещё немного, дорогая, — Халиб улыбался, словно наслаждаясь её безмолвным сопротивлением. Заметив гнев в её глазах, он рассмеялся открыто.

Леда подчинилась. Кусочек назука таял на языке, оставляя сладкий привкус и горечь унижения. Её щёки пылали — никогда ещё она не чувствовала себя столь оскорблённой.

— Что скажете? — его голос стал тише, приобрёл бархатистые, обволакивающие нотки, от которых по коже побежали мурашки.

— Слишком сладко, — ответила Леда, с трудом сдерживая ярость, грозившую вырваться наружу.

Халиб фыркнул и перевёл взгляд на слугу, застывшего немым свидетелем этой странной сцены.

— Чай, — коротко бросил он.

Слуга поспешил исполнить приказ, но под тяжёлым взглядом господина его руки задрожали. Наполняя чашку, мужчина неловко наклонил чайник, и струя обжигающего напитка пролилась прямо на подол принцессы.

— Простите! — вскрикнул слуга отшатываясь.

— Ах! — Леда вскочила.

Чай не причинил ей вреда, но на изумрудной ткани расплылось тёмное пятно. Учитывая, что новые наряды были ей недоступны, порча платья казалась настоящей катастрофой.

— Поставь, — холодно приказал Халиб, вскакивая на ноги. Его рука тут же вынула из ножен меч. — Твоя неловкость будет наказана.

Слуга побледнел.

Взмах сверкающей стали — и голова несчастного, описав дугу в воздухе, покатилась по полу. Тело, дёрнувшись, рухнуло к ногам Леды, заливая белизну скатерти и подол платья алой кровью.

Глаза принцессы расширились от ужаса. Рядом стоял Халиб, с меча капали алые капли.

— Мне… Мне… нужно переодеться, — прошептала Леда и бросилась прочь из беседки.

— Леуедаеи, вернитесь! — раздался властный приказ.

Но она не обернулась, не остановилась. Леда просто не могла этого сделать

Вернувшись в свою комнату, Леда прислонилась к двери. Принцесса дрожала. Каждый вдох отдавался болью в груди. Словно горечь, захлестнувшая её, искала выход, грозясь разорвать на части. Жестокость, которую Леда увидела — хладнокровное убийство слуги из-за пролитого чая — врезалась в память кровавым пятном.

Дикарь. Варвар. Мысль, что этот человек, этот... чужак, станет её мужем, вызывала приступ тошноты. «Нет! Не бывать этому!» — прошептала Леда, сжимая кулаки.

В голове всплыли слова Халиба: «Не волнуйтесь, вам помогут управлять Эварией мои самые доверенные советники. Они обучат вас всем тонкостям восточной дипломатии».

Обучат? Её? Правлению по законам дикарей?

Эвария не станет игрушкой в руках чужеземцев! Ледяные пальцы бессильно сжимали шёлк платья. Металлический привкус страха всё ещё стоял во рту.

Дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошли две служанки. Увидев бледную как полотно госпожу и её испачканный наряд, они испуганно замерли.

— Помогите мне, — прошептала Леда. — Снимите это…

Девушки бросились выполнять приказ. Освободившись от сковывающего платья, принцесса отослала служанок. Умывшись, она переоделась в удобный костюм для верховой езды. Холодная вода принесла небольшое облегчение, но не стёрла увиденного.

Не в силах справиться с собой, Леда устремилась на стрельбище. Ей нужно было сбросить напряжение, найти хоть какое-то подобие равновесия. Но руки дрожали, и мишени оставались нетронутыми. Пули ложились мимо цели.