Чтение онлайн

Глаза Веры Степановны округляются и будто в два раза увеличиваются. Она сглатывает, успокаивается.

— Ну и что тут такого? Вы встречались, затем расстались… — тут её словно осеняет, Вера Степановна замирает. — А он знает о Миле? — Качаю головой, поджав губы, мне отчего-то становится стыдно. — Это как? Ты ему не сказала? Почему? Так ведь нельзя!

— Всё сложно… — я опускаю голову и начинаю рассказывать нашу историю с Артёмом, даже сама не понимаю, как погружаюсь в воспоминания о нашем нелепом знакомстве.

Помню, как я, стесняясь, шла по территории университета, вглядывалась в названия корпусов и сверяла их с расписанием. У меня осталось совсем мало времени, наконец я разобралась и, развернувшись, хотела бежать, но врезалась в какого-то парня. Я так торопилась, что даже не взглянула на него, быстро собрала рассыпанные бумаги и учебники и побежала в корпус.

— Ещё увидимся, красотка! — крикнул мне парень, чем даже разозлил меня и заставил мои щёки гореть румянцем.

С того момента Артём не давал мне прохода. А мне казалось, что он просто подшучивает надо мной, ходит по пятам как призрак, постоянно приглашает на свидания. Но я всегда отказывала ему, мне нужно было учиться, и отношения не входили в мои планы, тем более со звездой универа.

Я устроилась работать в кафе возле университета, так, подработка на несколько часов в день, чтобы были хоть какие-то деньги. И в один из вечеров ко мне прицепилась сильно выпившая компания парней, они не давали мне прохода, приставали и позволяли себе вольности. Когда после смены я вышла из кафе, они окружили меня, я вся сжалась, понимая, какой будет исход, но тут услышала голос Артёма. В тот момент он был единственной надеждой на спасение. Он ввязался в драку ради меня и сильно пострадал в этот вечер, но его противникам досталось куда сильнее.

Артём проводил меня до общаги, я прижималась к нему, рядом с ним чувствовала себя под защитой. А когда на следующий день увидела его разбитую губу и огромный синяк под глазом, просто не могла отказать в свидании. Тогда я стала узнавать его и позволила себе влюбиться.

Когда я вспоминаю наши отношения, то не жалею ни о чём. Если повернуть время вспять, я бы с радостью ответила на первое его приглашение согласием, чтобы провести чуть больше времени вместе. Даже зная, чем наши отношения закончатся, я бы всё повторила.

Я любила Артёма и чувствую, что моя любовь всё ещё живёт внутри меня, хоть и спрятана под болью и обидой.

— Ты должна была ему рассказать, — Вера Степановна строго смотрит на меня. — Отец должен знать, что у него есть ребёнок. Неважно, какие у вас отношения...

— Никогда! — слишком громко вскрикиваю я и прикрываю рот рукой, вслушиваюсь в тишину. Мила вроде не проснулась. — Он обвинил меня в предательстве. Да он бы не поверил, что это его дочь. Даже сейчас, когда приехал, когда мы встретились спустя столько лет, он всё ещё верит в ту ложь, что он узнал. Вы бы видели, как он смотрит на меня... С презрением, словно я продажная девушка.

— Ты ему изменила?

— Нет! Я бы никогда. Вы ведь меня знаете… — мне становится обидно слышать, что Вера Степановна тоже сомневается.

— Анют, чужая душа — потёмки, мы не можем слепо доверять. А если сильно любишь, то иногда веришь во всякую ерунду, только из-за страха, что тебе сделают больно или ты можешь потерять любимого. Нужно всё рассказать. Пусть он сам решает, верить тебе или нет, быть рядом с дочерью или нет.

— Его мать всё равно всё решит за него, — я усмехаюсь, вспомнив, как доверяла ей, как считала её второй мамой. — Она мне предложила деньги, чтобы я избавилась от ребёнка и больше никогда не появлялась в жизни её сыночка.

— Ну такое часто бывает, — усмехается Вера Степановна. — Только часто сыночки даже не знают, что их мать опекает и за них всё решает, пока им кто-нибудь глаза не откроет. Почему ты не пришла к нему?

— Вот ещё! — я обиженно скрещиваю руки на груди и отворачиваю голову к окну, хотя внутри зарождается какое-то сомнение. Может, мне и вправду нужно было поговорить с Артёмом и решить с ним этот вопрос. Артём появился спустя столько лет, если бы он узнал о моей беременности, сразу бы пришёл, чтобы убедиться, что это не его ребёнок. Но теперь для разговора время упущено. Мне больше никто не нужен.

— Поговорила бы ты с ним.

— И не подумаю! И к тому же он уехал.

— Ну раз уехал, — я кошусь на Веру Степановну, и она пожимает плечами. — То что тебе тогда отношения с Серёжей портить, парень неплохой. Познакомь его уже с Милой и попробуй жить дальше. И расскажи ему о вас с Артёмом, он уж должен знать! — Я сижу, отвернувшись, не знаю, что ответить, от воспоминаний во мне вновь закипел гнев. Вера Степановна поднимается из-за стола и кладёт мне руку на плечо. — Ладно, пойду я. Поздно уже. А ты подумай, чего ты хочешь от Серёжи, да и от бывшего тоже.

Она уходит, но я даже не встаю её провожать, мне так обидно, а внутри происходит настоящая война: одна половина меня хочет встретиться с Артёмом и всё ему рассказать, а другая желает больше никогда его не встречать.

Я сомневалась, всю ночь боролась с разными желаниями. А под утро поняла одно: я не позволю Артёму вновь повлиять на мою жизнь! В этот раз я не собираюсь бежать. Если я сейчас расстанусь с Серёжей, то покажу свою слабость.

У меня нет сильных чувств к Серёже. Мне кажется, я очерствела после расставания с Артёмом и теперь никогда не смогу любить мужчину так же сильно, как когда-то Артёма. Вся моя любовь направлена на мою дочь, вообще вся моя жизнь крутится только вокруг неё и ради неё.

После разговора с Верой Степановной я задумалась. Мне стоило сразу попытаться поговорить с Артёмом, да хоть письмо ему написать. Если бы я это сделала, то сейчас бы не чувствовала такую тяжесть на душе. Тогда бы я точно знала, что он отказался от меня и от дочери, и не представляла бы по ночам, как он узнаёт о ребёнке, каким он мог стать отцом. Но время упущено, и я надеюсь, что Артём уехал и больше никогда не появится в моей жизни.

На следующий день я настороженно встретилась с Серёжей. Или надеялась, или боялась увидеть рядом с ним Артёма, но его не было. Смешанные чувства… моя жизнь превратилась в какой-то комок эмоций, они меняются с такой скоростью, что я даже не успеваю понять, что чувствую.

Я познакомила Серёжу с Милой, и дочь отнеслась к нему настороженно, крепко сжимала мою руку и пряталась за меня. Наверное, не лучшее решение — знакомить их прямо перед походом к врачу.

Как ни пытался Серёжа, ему не удалось разговорить Милу, и он решил больше не мучить ребёнка. Сразу после врача он отвёз нас в кафе и уехал, сославшись на неотложные дела.