Чтение онлайн

И Морена вылетела из магазина.

— Ой! — она рассмеялась и показала в конец коридора, — туда нельзя.

Туда действительно было нельзя — по коридору полз кровавый монстр, за ним тянулся отвратительный шлейф перегнившей крови и мертвецкого запаха.

— Давай спустимся ниже, Морена, — я взял ее за руку, — поехали ко мне.

— Ко мне поехали! — радостно улыбнулась мне она, — ко мне хочешь поехать?

— Да. Конечно.

— Отлично!

Морена снова меня поцеловала. На этот раз между нами не было роз.

— Тут так пахнет…

От смеси невыносимой вони кровавого монстра и целого облака духов Морены я просто задыхался — я даже не смог прочувствовать её поцелуй, так мне было нехорошо. Кто бы мог подумать, что в такой момент я раскисну от каких-то запахов.

— Ты обещал пойти ко мне! — сказала мне Морена.

— Конечно, я сам хотел…

— Ты весь мой?

— Морена, давай спустимся.

— Я хочу тебя угостить! Помнишь? В прошлый раз я обещала тебя угостить!

И все так же резво птицей-ласточкой она полетела прочь от меня.

— Нет, — я поймал её руку, — пойдём вниз. Фудкорт внизу.

— Здесь тоже есть кафе. Кафе-мороженое и кофейня.

— Я не смогу здесь есть. Здесь слишком пахнет.

— Ну ладно!

И Морена неизвестно откуда вытащила ещё один флакон духов.

— Морена хватит!

Но она с заливистым смехов снова начала ими поливаться. Ещё и на меня плеснула.

— Все ещё пахнет?

— Морена! — я перехватил ее руку, — хватит!

И она как будто присмирела. Она глянула на меня, все так же задорно, но уже более покладисто.

— Хорошо. Веди меня в фудкорт. Но угощать тебя буду я.

— Как скажешь.

Я уже на все был готов, лишь бы уйти от этой какафонии духов и мертвецкого запаха.

Но в фудкорте мне стало только хуже. Я, наверное, весь пропах вонью кровавого монстра — или ею пропах весь «Конник»? Как бы там ни было, в фудкорте, хотя он и находился этажом ниже, мерзкая вонь никуда не делась, она стала только явственнее, она смешалась с запахами фастфуда и два этих отвратительных аромата соединялись и усиливали друг друга.

— Нет, Морена, я здесь есть не стану.

— Ну хоть кусочек! Я должна тебя угостить!

— После этого мы уйдём из «Конника»?

— Да. Мы пойдем ко мне.

— Хорошо.

— Отлично!

Улыбнувшись мне Морена сделала пару шагов и, перегнувшись через витрину, запустила пальцы в ближайшую бадью с едой. Это было что-то салатное.

— Ешь! — она проятнула мне свою перемазанную салатом ладонь.

В какой-то другой момент — в любой другой, — в этом жесте наверняка было бы что-то от эротической игры. Руки у Морены были красивые, кожа нежная, ногти идеальные. И в любой другой момент я бы с удовольствием расцеловал бы её руки, но сейчас мне было не до того. Меня уже тошнило, у меня кружилась голова. Я всеми силами пытался вернуть то чувство, которое все эти две недели гнало меня к Морене, чувство, которое было таким сильным, что толкнуло меня на воровство. Но у меня не получалось. И соблазнительные изгибы Морены, и её алый рот теряли всю свою привлекательность в волнах удушающей вони.

— Морена, пойдем отсюда.

— Ешь.

Она настойчивее проятнула мне свою руку. Она придвинуля ее к самому моему рту. Салат стекал с её пальцев и падал на пол, пальцы были вымазаны майонезом, к ним прилипли ошмётки продуктов. Почему я должен есть именно так?

— Почему именно так? Если ты хочешь меня угостить, то давай, что-нибудь закажем…

— Ешь, или ты никогда меня больше не увидишь.

Это было что-то вроде договора. Я понял это. Что-то вроде клятвы. И, наклонившись, я поцеловал её руку, вобрав губами размазанный по её коже салат.

Салат этот имел вкус крови.

— Теперь ты мой!

«Я весь твой» — мог бы я сказать ей какой-то час назад. Но сейчас мне уже не хотелось.

— Пойдём? На обоим нужно принять душ.

Я и сам уже чувствовал себя грязным, перемазанным и воняющим.

— Мы пойдем ко мне.

— У тебя же есть душ?

— У меня много душ, — невпопад ответила Морена.

И пошла вниз по эскалатору. Спокойно, неспешно. Встав у поручня она красивым движением откинула волосы на спину — её волосы так и сияли в лучах мощных ламп. На меня она не оборачивалась, да и вообще ее птичья резвость куда-то делась. Она по прежнему была краше всех девушек, которых я знал, она по прежнему была необычна — но, внезапно я понял, что меня к ней больше не тянет. Совсем. Я чувствовал себя так, как будто я ее уже постиг, как будто между нами все уже было. Как будто тот момент когда я съел предложенную ей еду и был наивысшей точкой наших отношений.

Как будто все было только ради этого.

— Отдай мне излучатель, — приказала она, когда мы оказались в самом низу.

— Зачем?

— Не хочу, чтобы ты исчез.

— Нет, Морена, этого я не могу тебе отдать.

— Уже отдал…

И Морена вдруг показала мне излучатель. Он почему-то оказался в её руке. Я обшарил свои карманы — там излучателя не было.

— Как ты его у меня вытащила! Отдай!

Морена смотрела на меня, холодно, повелительно. На губах ее плясала равнодушная усмешечка.

— Сначала поцелуй меня.

Целоваться мне совсем не хотелось. Но, я наклонился к ней.

— Что такое Морена! Это ты так пахнешь! Это не монстр — это ты! Мертвецкая вонь — она от тебя!

Морена рассмеялась — на этот раз её смех не был ни игривым ни заливистым.

— Да, это так. Если для тебя это так важно, я могу взять ещё духов. Или дУхов… ДУхи — дУши… ДухИ — душ… Душа… У тебя же есть душа?

Она опять заговаривалась — и мне стало жутко.

— Морена, отдай мне излучатель!

— Он мой. Ты теперь мой. Излучатель тебе не нужен.

— Без излучателя я через десять минут вернусь в нормальный мир!

И ведь я уже хотел в нормальный мир. Я готов вынести гнев Филоненко, да даже несколько суток в КПЗ за хулиганство — что угодно я бы пожалуй вынес бы, лишь бы больше никогда не видеть Морену.

— Прошло уже гораздо больше десяти минут. А ты все ещё здесь.

— Я не люблю тебя Морена, я не хочу тебя целовать, я не хочу быть рядом с тобой!

Морена злорадно рассмеялась.

— Ничего уже не поменять. Ты — мой.

— А вот и нет.

Я повернулся и пошёл прочь.

— Ты не вернёшься домой… Ты навсегда здесь… Ты навсегда мой… — говорила мне вслед Морена и её ровный голос отражался от пустых стен торгового центра.

— А я попробую.

И я вышел из «Конника» на улицу.

Был полдень.

Небо было серым, по пустынной улице гулял ветер. Город как будто вымер — пара человек на первом этаже торгового центра, один человек на деревянной скамейке остановки, девушки — сразу три, — стояли у витрины книжного магазина и что-то обсуждали. И все. Больше я никого не видел, да и эти люди, судя по всему, не видели меня.