Чтение онлайн

— Вася, я…

— Если прямо сейчас ты не доставишь нас всех к Яге мы все умрём, ты это понимаешь?

— Но я…

— Он ещё дышит, — Вася встал и рывком поднял Царевича с земли, — он пока дышит, но это не надолго. У него спина сломана. Не знаю, будет ли он ещё когда-нибудь петь.

— Я не специально… Вася… Вася…

Его имя как будто застряло у меня на языке. Вася, Вася…Вася. Но Вася не слышал меня. Вася сделал шаг к обрыву и сбросил обездвиженного Царевича вниз.

— Вася!

Я сиганула вниз. Вслед за Царевичем.

И оборотилась птицей.

— Волок! Глеб! Почему за вами бегать приходится!

Людмила Максимовна, юркая бойкая старушка преподававшая сопромат на нашей кафедре всучила мне в руки пачку конспектов.

— Раздайте своим.

— Обязательно. Извините, Людмила Максимовна, что не услышал, я в наушниках был.

— И зачем вы ходите по университету в наушниках? Кстати… — Людмила Максимовна пристально на меня поглядела, — Давно хотела спросить, кто у вас научный руководитель?

— Филоненко. То есть Геннадий Поликарпович.

— А-а-а… Да я знаю. Вам очень повезло, Геннадий Поликарпович настоящий учёный.

— Извините, но вы уже третий человек кто говорит что мне повезло. Я уж начинаю переживать не «повезло» ли мне, в кавычках, понимаете…

— Глеб!

Людмила Максимовна хотела, видимо, сказать что-то сурово одёргивающее, но правда из неё так и лезла, она вообще была правдивый человек:

— Глеб, мне придётся сказать вам, что Филоненко немного застрял в восьмидесятых, тогда все увлекались разной паранормальщиной. Он прекрасный преподаватель, я думаю вы это заметили, но если он вам на консультации станет говорить про барабашек… Вы просто кивайте и все, хорошо? Кивайте и молчите.

Оп-па вот это номер.

— Бабарабашек?

— Да, — Людмила Максимовна заметно досадовала на мою непонятливость, — он исследует на досуге разные паранормальные явления… Бабарбашек там, полтергейст… Вы, Глеб, главное не давайте себя в это втянуть. Помните что я сказала? Молча киваете и все.

— Вы меня прям встревожили. А Филоненко не опасен?

— Не ёрничайте Волок!

— Геннадию Поликарповичу, наверное, сейчас икалось, смотрите, он прямо сюда идёт.

И действительно по коридору шёл Филоненко — высокий, статный старик с очень строгим лицом, чем-то напоминающий сказочного Кощея.

— Здравствуйте, Геннадий Поликарпович, а мы с Людмилой Максимовной как раз о вас говорили!

Людмила Максимовна бросила на меня возмущенный взгляд, что-то вежливое промямлила Филоненко и поспешно удалилась. Филоненко тоже задерживаться не стал. Не обратив на меня никакого внимания он дальше прошествовал по своим делам.

И об этих «барабашках», «паранормальщине» и прочем можно было бы и забыть — мало ли какие склоки и сплетни бытуют на кафедре.

Но забыть не получилось. То есть примерно месяц все шло нормально и с Филоненко мы, в основном, переписывались по электронной почте. Я послал ему начало своего исследования, он одобрил, потом я ещё раз ему писал по той же теме, он отвечал — сухо, торжественно и надменно, как и положено научному руководителю. И все по теме, по теме. Никаких барабашек.

А потом раз — и он назначает мне встречу у какого-то дома на Петроградской стороне. На улице то есть. Осенью. В Питере. Зачем, почему? Я знал, что он там не живёт, и я там не живу, нам обоим до этого места был крюк.

Но с другой стороны чего мне боятся, ну не ОПГ же он какое-то сколотил, похищающее наивных студентов. А барабашки… Что ж, их я как-нибудь потреплю. И решив не раздражать своего строго научного руководителя я отправился по указанному адресу.

Что можно сказать — дом, возле которого мне предстояло встретится с Филоненко полностью оправдывал худшие опасения. Не касательно ОПГ, нет конечно, но если где-то в Петербурге и искать барабашек, то только в таком месте. Это был старый доходный дом, каких много на Петроградке. Только все дома вокруг были аккуратные, окрашенные — красивые. Но не этот. У этого дома даже крыши не было, его пятые этажи глядели прямо в небо. Рамы в окнах большей частью были повыбиты. И это все — вы не поверите, — не мешало занимать самый нижний, первый этаж маленьким магазинчикам. Один из них торговал живописью, в другом было что-то вроде ателье, третий — букинистический. Очень культурно, даже слишком, но скорее всего дело было банально в арендной плате, а точнее в её отсутствии. В любом другом месте все эти заведения давно разорились бы.

— Волок, я вижу вы уже на месте, — милостиво улыбнулся мне подошедший Филоненко.

— Да, вот стою… Изучаю. Как думаете, в этих магазинчиках и электричество есть? С такой то крышей.

— В этом доме все коммуникации обрубили ещё десять лет назад.

— Да ну? И как эти магазины выживают зимой?

— Как-то выживают. Канализации и водопровода там действительно нет, а вот тепло есть.

— Дизель генератор?

— Нет.

— Неужели дровами топят?

— Нет, Глеб, снова мимо. Там тепло. Там просто тепло и все, и непонятно откуда это тепло берётся. И нам с вами, как физикам, неплохо бы изучить этот феномен.

Что тут можно сказать. Дождался я, наконец, «барабашек» от Филоненко, не зря меня предупреждали. Конечно, мне все иначе как-то представлялось. Я думал, что однажды в стальных глазах Филоненко сверкнёт безумие, он дрожащими руками вытащит откуда-нибудь тетрадочку с корявыми записями и станет толковать мне о привидениях и всем таком прочем.

Но конечно же нет, сходя с ума люди вовсе не теряют свою личность. И Филоненко сходил с ума интеллигентно, по научному. Он нашёл «феномен» который мы с ним сейчас будем изучать, «как физики».

— Я предлагаю подняться на второй этаж, — сказал мне Филоненко, — парадная со стороны двора, пройдёмте.

Как там сказала мне Людмила Максимовна? «Молча кивайте и все». И я молча кивнул. А Филоненко пошел. Без меня, один. Прошёл под арку, во двор.

Старый, больной, полусумасшедший…

И что мне оставалось? Я пошел за ним.

Ветхая, выщербленная створка парадной висела на одной петле, вторая дверь стояла у стены, подпирая собой остатки дверного короба. За дверями были обшарпанные ничем не примечательные стены, самая обычные бетонные пролёты лестниц.

— Поднимемся на второй этаж, — сказал Филоненко.

Лестница была без перил, ступени разбитые. Но Филоненко шёл уверенно, не глядя себе под ноги, наверное он был здесь не в первый раз.

— Сейчас я вам кое-что продемонстрирую, — сказал он, когда мы вошли в одну из квартир второго этажа.

Перекрытия у этого дома были деревянные и время их не пощадило. Потолок над нашими головами заметно прогибался вниз, штукатурка с него почти вся облетела, осталась одна обрешётка.

— Да тут все легче спалить, чем восстанавливать.

— Восстанавливать этот дом конечно же никто не будет, — сказал Филоненко, — его снесут, как только договорятся, что будет на этом месте — жилой дом или очередной торговый центр… И самое главное, кто будет всей этой красотой владеть. Но пока суд да дело, мы можем наблюдать кое что интересное.

Он вытащил из кармана устройство, похожее на старинный мобильник — термогигрометр для замера влажности и температуры.

— На улице было около ноля. Здесь, за стенами — чуть выше, но не немного. До плюс одного все же не дотягивает. Хотите убедиться? — он протянул мне термогигрометр.