Чтение онлайн

Толстый монстр уже стоял к нам задом, он отгораживал от нас весь остальной паноптикум чудовищ, я не видела ничего, кроме его широкой складчатой спины. Но как только мы появились он тут же, — учуяв или почувствовав нас, — стал оборачиваться.

— Поворачивай камень! — заорал Глеб, откидываясь как можно дальше от меня, — уходи в реальность, уйди на десять шагов с этого места, хотя бы!

— А ты?

— Я за Царевичем! Я к вам подойду!

Остро ощущая, что, может вижу Глеба в последний раз — и проливая в душе слезы о Царевиче, с которым вообще не понятно что было, — я повернула камень.

Охранники Шаповицкого, во главе с Аскаром, были на месте. Охранники все ещё охреневали — простите мне этот каламбур. И не они одни — за их спинами успело собраться некоторое количество народу тоже пребывающего в некотором ступоре.

— Их теперь двое… — указал на нас пальцем первый охранник.

— Борзого, с мечом с ними нет… — кивая промямлил второй.

— Ведите нас! — взмолилась я к ним.

— Куда? — спросил третий.

— В машину! — скомандовал Аскар, который, наконец-то, более-менее пришёл в себя, — что с ним? — он указал на Васю, который все ещё тяжело дышал.

— Он… Я не знаю, он…

— Да он же захлебывается! — сказал один из охранников — у него жижа во рту!

Аскар немедленно поднял Васю, переложил его через колено и принялся энергично встряхивать.

Васю вырвало. Прямо на брюки и ботинки Аскара. Вася задышал — Вася встал.

— Пошли! — Он схватил меня за руку и поднял с асфальта.

Его пока ещё шатало.

— Стоять! — Аскар, облёванный и перемазанный слизью, тем не менее не растерял начальственной важности, — Стоять! Вы поедете с нами!

— А где ваша машина? — спросила я его.

Меня интересовало, она в десяти шагах от этой точки или нет. Как далека машина Аскара от монстров?

Однако, Аскар уже достаточно пришёл в себя, чтобы этот вопрос его насторожил. Он не ответил мне — и просто застегнул на моей руке наручник. Прямо на глазах у тех нескольких ночных прохожих, которые стояли за его спиной.

Но никто не шелохнулся, потому что что такое наручник, по сравнению с исчезающе-появляющимися людьми.

— Что у вас в руке? — спросил меня Аскар.

Он глядел на мой кулак. На тот самый, в котором я сжимала красный камень.

Вместо ответа я его повернула.

И мы оказались прямо в эпицентре сражения Глеба и жирного монстра. Глеб уже изнемогал — Глеб был еле жив. Он хромал, он скривился на один бок, его лицо все было сплошным синяком.

Я застыла в ступоре и не знала что предпринять — а Вася сориентировался быстро.

— Получай! — он схватил тяжёлую урну и метнул ею в монстра.

Монстр, взревев, повернулся к нам.

— Бежим! — Вася схватил меня за руку и побежал, хотя и не быстро.

Но скорость особо нам и не требовалась, потому что стоило нам отойти на пару шагов, как монстр перестал обращать на нас внимание и сосредоточился на Глебе, который даже не успел от него отойти — он не успел даже отдышаться.

Вася, взревев от отчаяния снова схватился за урну.

— А где Царевич? — вопросила я.

И, бросив обоих мужчин, я обежала толстого монстра — и увидела Царевича, он распластался на земле, он лежал в промежутке между рядами машин, на его груди сидело мелкое розоватое морщинистое существо. Несколько секунд я была уверена, что все в порядке — монстр же был мелким. Но тут же я поняла, что это не так — у монстра был хобот и этот хобот протянулся прямо к сонной артерии Царевича. Монстр пил его кровь.

— Брысь! — глупо крикнула я и тут же упала.

Потому что меня сбил с ног кто-то небольшой но тяжёлый, кто-то похожий на квадратную кожаную табуретку — а сверху на меня опять налетела птица — скелет головы у неё не было, но были когти…

Я упала на землю — прямо под колеса автомобиля. А другой автомобиль, тот что был по другую сторону от меня взял да и поехал. С нормальной скоростью. Быстро. Видимо, пробка наконец рассосалась. И я только каким-то чудом успела вывалиться на обочину — и вот уже вся колонна ревущих авто неслась мимо, увлекая за собой монстров.

И это был конец нашей битвы.

Потому что пробка рассосалась, машины поехали и Селин уехал тоже. И его монстры растворились в воздухе.

— Рая! Ты как? У тебя все нормально?

Вася прихромал ко мне — Вася меня поднял, затащил на тротуар. Мы сидели, обнявшись, пытаясь отдышаться. И как же я была в этот момент рада, что не одна, что Вася со мной. Я сжала его руку.

— Царевич лежит прямо на дороге. Надо ему помочь.

Вася, невесёло рассмеявшись, крепче обнял меня.

— Да все нормально будет с этой твоей птицей. Царевич уже встал и ушёл с дороги, ты просто этого не видела. Он живучий.

— А Глеб как? Он… жив?

— Да. Скорую вызывает. Отдай ему камень. Пусть едет, лечится.

— Пошли к нему.

Вася поднял меня — и вместе мы дохромали до Глеба. Тот выглядел ужасно. На нем просто не было живого места. Он неловко в здоровой руке телефон, и неловко водил пальцами по экрану. Рядом сидел землисто-бледный Царевич.

— Ты как? — спросила я его.

— Жить буду.

— Тебе надо в больницу?

— Нет, но Глебу надо.

— Я уже вызвал себе скорую, успокойтесь.

Через пару минут действительно приехала скорая. Она остановилась, из из неё, под блеск проблесковых маячков и вой сирены вышел врач, молодой мужчина с взволнованным лицом. Он искал своего пациента — а пациента пока не было. Но вот Глеб повернул в руке камень — и исчез для нас. Исчез для нас и появился для врача. И для Аскара тоже — Аскар стоял неподалёку. Но атаковать скорую и вырывать из рук врача пациента он не стал.

И Глеба быстренько положили на носилки, быстро затащили внутрь машины — и скорая, все так же мерцая и гудя умчалась прочь.

— Пошли, — сказал Вася.

И, хромая и опираясь друг на друга мы пошли обратно к домам. Вернее, Вася шёл достаточно бодро и тащил на себе нас обоих — и меня и Царевича.

За неимением лучшего мы вернулись в ту же самую квартиру с недоделанным ремонтом. Постучались в дверь — женщина нас услышала. Открыла. И пока она смотрела туда-сюда, пытаясь понять, кто стучал, мы проскользнули внутрь.

Весь следующий день мы приходили в себя. Отлёживались, отмывались, ели. Хозяйка квартиры в которой мы остановились, по счастью, нам особо своим присутствием не мешала. Ночью она мирно спала, утром ушла куда-то, наверное на работу. Вечером, едва вернувшись, она сразу опять куда-то отправилась, заметно принарядившись.