Чтение онлайн

Я отстраняюсь от него, делая несколько шагов вперед в попытке убежать от него. Это не срабатывает, потому что в следующее мгновение он снова оказывается рядом, вторгаясь в мое пространство, как будто это его право. Рычание вырывается из моего горла, и я подавляю его. Сейчас, конечно, не время враждовать со Смертным Богом — психопатом, который может убить меня так же легко, как я могу убить его.

— Ты уходишь от ответа, — огрызаюсь я. — Почему это было необходимо?

Каликс отвечает не сразу, и когда конец этого темного туннеля становится немного светлее, тусклое свечение чего-то на близком расстоянии заставляет меня моргнуть, поскольку наше окружение становится более четким. Эта проклятая маска сводит меня с ума.

— Долос должен был знать, что мы держим тебя под контролем, — наконец шепчет Каликс. — Вероятно, он почувствовал твое непокорство, когда тебя впервые привели к нему, и ему нужно было увидеть тебя сломленной. Долос не просто так является Богом Заточения, и он прислал тебе эту одежду, потому что хотел увидеть свою пленницу в цепях — красивых цепях, но все же цепях. Было лучше, что это сделал я, чем кто-то другой.

Мое дыхание застилает лицо, вырываясь белым облачком передо мной. Я и не подозревала, что температура так сильно упала, но теперь это имеет смысл. Должно быть, именно поэтому я так интуитивно ощущаю жар Каликса, когда он стоит так близко ко мне.

— Иди, — настаивает он, и я подчиняюсь просто потому, что не думаю, что у меня есть другие варианты. Свет становится ярче, пока мы вдвоем не выходим на открытое пространство с грязной землей, и я смотрю вверх, видя темные сверкающие драгоценные камни звезд над головой. Мы снаружи.

— Наконец-то. — Я опускаю голову когда голос Теоса врезается в меня за секунду до того, как его руки обхватывают меня и практически отрывают от Каликса. Белизна его волос мелькает перед моим лицом на короткую секунду, когда он наклоняется и проводит ладонями по моим рукам и по мне, я думаю, проверяя что-то.

— С ней все в порядке, — говорит Каликс, отходя от меня. Леденящий ветер свистит в пространстве десять на десять. С каждой стороны три высокие каменные стены, одна изогнутая наружу, и когда я смотрю все выше и выше, я понимаю, что это потому, что мы снаружи, рядом с одной из башен Академии.

Теос отстраняется от меня и затем обхватывает ладонями мои щеки. — Ты в порядке? — спрашивает он.

Я настолько ошеломлена этим проявлением заботы, что просто киваю в ответ. Его лицо мрачнеет, и он чертыхается, прежде чем сорвать повязку с моего лица. Я моргаю и протягиваю руку, прикасаясь к коже чуть ниже глаза, когда остальной мир становится более четким. Даже если бы эта проклятая маска не предназначалась для завязывания глаз, она сделала достаточно, чтобы помешать моему зрению, и теперь, когда ее нет, кажется, что все вокруг наполняется новым чувством ясности.

— Вечеринка уже в самом разгаре, — говорит Руэн, когда Теос убирает руки от моего лица, чтобы расстегнуть пуговицы на своем пиджаке. — Нам пора идти.

Теос набрасывает на меня пиджак, и я не настолько глупа, чтобы отказаться, потому что чертовски замерзла. Просунув руки в слишком длинные рукава, я плотнее закутываюсь в него и вдыхаю аромат специй и рома, который, кажется, является его естественным запахом. Он кладет руку мне на поясницу, и ее тепло проникает сквозь ткань к моей коже, когда он это делает.

Каликс ничего не говорит, оглядываясь на меня с того места, где он сейчас стоит, в открытом проходе, ведущем из маленькой ниши, защищенной стенами здания Академии. Я резко сглатываю, ожидая, но он ничего не говорит. Он просто ухмыляется, видя, как Теос защищает меня, в то время как его брат смотрит на него с упреком.

Руэн вздыхает, переводя взгляд с одного на другого, прежде чем направиться туда, где стоит Каликс. — Ты обо всем позаботился с Долосом? — тихо спрашивает он.

Быстрый решительный кивок — единственный ответ Каликса, и Руэн принимает его, прежде чем проскользнуть мимо него. Проходит мгновение, а затем Каликс поворачивается, чтобы последовать за ним, оставляя Теоса и меня одних либо оставаться, либо следовать за ними. Я не вижу, что еще можно сделать, поэтому тоже делаю шаг вперед, и захожу в проем с Теосом за спиной.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — Спрашивает Теос, когда мы выстраиваемся в очередь за его братьями, вчетвером возвращаясь через территорию Академии туда, где, как я предполагаю, находится их башня.

Я не в порядке. Ни капельки. Каликс Даркхейвен знает мой секрет, что означает, что он знает секрет Гильдии. Даже если он не знает, что я здесь делаю, одного того, что он знает о моем происхождении, достаточно, чтобы вывести меня из себя. Я больше не хочу лгать Теосу. Я устала, мне холодно, и я действительно хотела бы иметь представление о том, что, черт возьми, я должна делать. Поэтому, вместо ответа, я просто прижимаюсь к нему, крадя тепло его тела, когда его рука перемещается вверх от моей поясницы, чтобы обхватить меня за плечи и притянуть ближе к себе.

Я закрываю глаза, чувствуя, как раскалывается голова, и прохладный ветер снова бьет мне в лицо. Я решаю, что мне не следовало приходить в эту Академию. Глупо было думать, что одна миссия станет ключом к моей свободе. Теперь я расплачиваюсь за свой идиотизм и собственную жадность.

Глава 24

Кайра

Проходят дни, а Каликс так ничего и не говорит остальным. Больше никаких разговоров или допросов о том, что я здесь делаю или как я вообще оказался здесь, после вечеринки. Никакие стражи — Смертные Боги не приходят, чтобы утащить меня обратно в темницу. Я не просыпаюсь с приставленным к горлу кинжалом, и все же мне почти хочется, чтобы было что-нибудь, что могло бы нарушить монотонную серость, которая заполняет время после вечеринки по поводу Дня Нисхождения. Ожидание и терпение никогда не были моей сильной стороной, даже если за последние десять лет мне пришлось научиться принимать это. Такое ощущение, что Каликс почти мучает меня этим.

Часть меня желает, чтобы к концу третьего дня кто-нибудь надел на меня пару наручников из серы. По крайней мере, тогда мне не пришлось бы терпеть все это нервирующее ожидание. Каликс исчезает сразу после окончания занятий, и я бреду по коридорам «Академии Смертных Богов», моя голова раскалывается сильнее, чем когда-либо прежде, поскольку я не сплю каждую ночь в ожидании чего-то — чего угодно.

В поле зрения появляются двери в библиотеку, приоткрывающиеся со звуками скрежета перьев и шелеста бумаг, когда я подхожу ближе. Я замолкаю, когда мягкий, низкий тембр голоса Кэдмона эхом доносится ко мне изнутри.

— Принимай это дважды в день в течение следующей недели, и я уверяю тебя, твои конечности будут чувствовать себя намного лучше, Сильвис, — слышу, как он говорит главному библиотекарю Терре, которая вела себя так, как будто хорошо знала Руэна, когда он приходил ко мне сюда.

— Я не могу принять такой дар, Ваша Божественность. — Сильвис, несмотря на всю ее гордость, звучит так, словно она вот-вот заплачет, ее голос дрожит от усилий, которые требуются, чтобы говорить.

— Ты можешь и ты сделаешь это, — настаивает Кэдмон. — Ты любимица Бога, Сильвис. Это важно для меня так же, как и для тебя. Мне невыносима мысль о том, что ты покинешь это место раньше, чем придет твое время.