Чтение онлайн

– Пикассо отдыхает!
– вздохнул Максимов.

Карина скорописью помадой написала "From Russia with love". Ниже жирную букву "К".

Протянула мишень Марселю.

Тот взял в руки пробитый пулями картон. Посмотрел, как знатоки разглядывают гравюры, катая языком жвачку.

– Благодарю, мадемуазель. Не в моих правилах принимать подарки от молодых девушек. Но это - особенный случай.

Он степенно повернулся, вытащил комок жвачки изо рта. Прилепил мишень поверх плаката с легионером. Отступил назад, любуясь работой.

Коллаж получился, что называется, на любителя. Рожи наемников обрамляли мишень с оттиском губ и сакраментальным шпионским слоганом; "Из России - с любовью"*. Через самую большую дырку в мишени таращил глаз образцово-показательный легионер.

##* Название романа Яна Флеминга из серии о Джеймсе Бонде, по мотивам которого снят кинофильм. Действие происходит в Ленинграде. Во время съемок демократический мэр Санкт-Петербурга разрешил киношникам погонять по историческому центру города на танке.

Марсель повернулся. Послал Максимову полный сочувствия взгляд.

"Держись, мужик!
– без всякого перевода прочел в его глазах Максимов. А станет невмоготу, я каждый день здесь".

* * *

Максимов спустился с парадного крыльца. Забросил сумку на плечо. Понюхал ладонь.

Прощаясь, высказал вдове Матоянца дежурную фразу соболезнования, пришлось пожать протянутые тонкие пальцы. И теперь его ладонь пахла тонким восточным ароматом. Названия духов он не знал.

"Нам обязательно надо встретиться и поговорить, Максим", - всплыл в памяти грудной голос Карининой матери.

Что тут ответить? Конечно же : "В любое удобное для вас время".

"А оно у нас есть - время?
– спросил себя Максимов.
– Нет. Ни у кого в этом доме времени раздумывать и раскачиваться нет".

Он знал, любая система, любая ситуация строится по собственной логике и живет по внутреннему времени.

Сколько не объявляй "ускорений", результат придет только в свой срок или не придет вовсе. Иначе говоря, девять баб не родят ребенка за один месяц. Раиса Максимовна могла бы и просветить на сей счет Горбачева, и всем бы сейчас жилось легче.

И с "перестройкой" Миша маху дал. Нельзя ломать внутреннюю логику системы, а любая система - это баланс положительного и отрицательного. Объяви борьбу с недостатками, лишишься всех плюсов, и в результате такой "реформы" окажешься банкротом.

Мудрый не ломает и не ускоряет, а отслеживает тенденции и контролирует ход времени. Он не "разруливает" ситуацию, не подминает ее под себя и не пытается ее оседлать. Он блюдет Баланс. И поэтому заранее готов ликвидировать негативные последствия и без потерь собирает урожай.

Максимов умел настроиться на любой процесс, чутко уловив его внутренний ритм и интуитивно угадав его архитектонику. Умел пассивно следовать за ходом событий и терпеливо ждать, подгадывая момент, единственно возможный для д е й с т в и я.

Сейчас он отчетливо ощущал рваный, тревожный, лихорадочный бег времени. Словно табун несся сквозь ночь. Или волчья стая летела через пустошь, втягивая в хищно подвернутые ноздри будоражащий запах жертвы.

На последней ступеньке Максимов остановился. Картинка, увиденная на экране телевизора, отчетливо всплыла перед глазами.

"Они его убивали. Не жрать они пришли, а у б и т ь. Налетели, перегрызли горло, вспороли живот - и исчезли. Вот и все кино, Василий Васильевич. Сколько ни смотри, другого не увидишь".

Максимов поднял голову.

В низком небе прямо над крышей распластался черный паук. Мелкие звезды тускло поблескивали сквозь прорехи в тучах, широкими дугами уходящих к горизонту. Гигантская свастика грозно застыла, готовая в любую секунду рухнуть, расплющив под своей неземной тяжестью все, что Матоянц оставил после себя на земле: дом, церковь, семью, дело.

Глава пятая

Барышня эпохи миллениума

Странник

На площадке перед усадьбой десятка два автомобилей поджидали своих седоков. Возницы в скромных костюмах маялись от безделья, кому разрешалось, курил в салоне, кому нет - сбились в кучку, большинство по шоферской привычке дремали за рулем, как извозчики, покорно и чутко.

Не успел Максимов сделать двух шагов по дорожке, дугой ведущей к воротам, как вспыхнули узкие фары и раздался низкий рев мощного мотора. Из шеренги выкатилась плоскодонная гоночная машинка и, грациозно вильнув, пристроилась рядом с Максимовым.

Черное стекло, жужжа электроприводом, поползло вниз, и в окошко высунулась женская головка.

– Вас подбросить?
– улыбаясь, спросила Лиза.

Максимов остановился.

Из салона пахло уютным девичьим гнездышком: тонкими духами, дорогой кожей, шоколадными конфетами, фруктовой жвачкой и маленькими секретиками. Только гнездышко это могло нестись сквозь ночь, как торпеда. Хищно и неукротимо.

"Странный выбор для юной дамы. Обычно они предпочитают что-нибудь игрушечное. Типа "равы" или "шкоды фелиция", - подумал Максимов.
– "Телячьи тачки", как называет эти авто знакомый, потому что в них телки ездят. Впрочем, дареному коню в зубы не смотрят. Если удалось заглянуть в кошелек дарителя".

– Ну что вы так напряглись? Все равно машину бы ловили. Считайте, что тормознули меня.

– А куда делся сопровождающий?

Оказалось, Лиза, даже сидя, умудрялась смотреть сверху вниз. Выдала такой взгляд, что у Максимова сложилось впечатление, будто он стал меньше ростом и резко помолодел, до сопливого детсадовского возраста.

– Глупый вопрос. Если дама одна, значит, на то есть причины. Так вы едите или нет?

Несмотря на тон, дверцу она со стопора сняла.

Максимов остро почувствовал, что водоворот ситуации медленно и неотвратимо затягивает в себя. Сначала Василий Васильевич подкатывал, потом вдова потребовала встречи, теперь - милая барышня.

"Или выгребай в сторону, или ныряй в жерло водоворота. Делай что хочешь. Но только - делай!"

Максимов распахнул дверцу, перебросил на заднее сиденье сумку. Сел в кресло.

Сидеть оказалось чрезвычайно неудобно. Слишком низко, да еще ноги вытянулись во всю длину. Сразу же представил, что зад находится в каких-то десяти сантиметрах от асфальта, отделенный лишь тонким слоем металла, и по спине прополз холодок.

– Как называется машина?
– поинтересовался он.

– "Эклипс". Японский вариант "порша", - с достоинством ответила Лиза. Нравится?