Чтение онлайн

Джина шагнула вперед, и я могу поклясться, что уловила едва заметную улыбку, как будто она была довольна своим выбором.

Девушки вышли из толпы посвященных. Ронда выглядела потерянной, ее лицо отражало смесь смущения и растерянности. Она шла сгорбившись, словно распределение стало для нее неожиданным ударом. Ее шаги были неуверенными, как будто каждая нога вдруг стала невыносимо тяжелой, и она едва могла заставить себя двигаться вперед. Было видно, что Ронда не ожидала оказаться в паре с Ванессой, и это сломило ее привычное спокойствие.

Ванесса же, напротив, вышла вперед с явным чувством гордости. Ее осанка была безупречной, а глаза блестели от удовольствия. Она искала одобрения и восхищения в глазах окружающих, и ее уверенность в себе порой по-настоящему меня восхищала.

Они прошли к наставнице и встали позади нее.

Я с ужасом ждала, когда озвучат мое имя. У меня не было желания сильнее, чем попасть в пару с Кейси. Мы сжимали ладони, и я ощущала тепло руки рыжей. Именно оно было последней ниточкой, удерживающей меня от полного погружения в хаос эмоций.

Лили объявила наставницу Саманту Ли. Ей оказалась небольшого роста девушка с раскосыми темно-карими глазами. Ее розовые губы слегка дернулись в улыбке, от чего она показалась мне еще красивее.

Наставница сделала шаг вперед. Дальше Лили произнесла два имени: Джен Стоун и Касандра Старлинг. Мое сердце застыло в груди. Мучительная волна тревоги обрушилась, затопив сознание. Я крепко сжимала руку Кейси. Глаза стали мутными и наполнились слезами, готовыми хлынуть потоком и затопить все вокруг. Но я всегда помнила, что слезы – проявление слабости. А слабость – удел проигравших. Я же сдаваться не собиралась.

Мои губы непроизвольно сжались, удерживая от слез. Мне так важно было остаться с Кейси, хотя бы попасть к одному наставнику. Я впервые ощутила, что теряю лучшую подругу.

– Тали, отпусти мою руку, пожалуйста, – встревоженно прошептала Кейси, пытаясь выдернуть ладонь.

Она смотрела на меня с напускной улыбкой, приподняв рыжие брови домиком. Я не заметила, как крепко сжимала ее руку. Все зале уставились на нас.

– Тали, мы ведь не расстаемся, мы в одной Академии. Отпусти, – повторила Кейси, сильнее дернув руку.

Ее ладонь резко выскользнула и она пошатнулась вперед. Одна мысль занимала мою голову: почему она не расстроена? Почему улыбается, когда наш мир рушится?

Кейси подошла к своей наставнице, где Джен уже протянула ей руку. Я смотрела на них, и внутри закипала горечь – невыносимое жжение ревности, которое я не хотела признавать.

Я услышала рядом чей-то голос. Аманда легонько коснулась моего плеча.

– Тали, тебя зовут, – произнесла она мягко.

Ее глаза светились сочувствием, и на мгновение мне стало легче.

Я подняла голову, чтобы найти наставницу, к которой меня определили. Мы встретились глазами. Я поняла, что теперь точно застряла в капкане, из которого не выбраться. Это была та самая женщина с холодным взглядом, который пронзил меня в самом начале. Она не улыбалась, лишь слегка кивнула головой в знак приветствия. Я поднялась и медленно прошла к ней. Когда мы поравнялись, ее идеальные розовые губы разомкнулись и тихий голос произнес, так, чтобы услышала только я:

– Добро пожаловать в ад, Талира.

А потом рядом встала Аманда и на секунду мне снова стало легче. Хотя бы один из нашей тройки не вызывал во мне необъяснимый страх.

Через несколько минут, когда мне наконец удалось совладать с эмоциями, пришло осознание, что я не запомнила имени своей наставницы. Горькое сожаление о том, что поддалась эмоциям, накрыло с новой силой. Кажется, это было худшее начало наших отношений.

Через полчаса все новопосвященные стояли рядом со своими наставницами. Распределение закончилось, и Директриса объявила начало завтрака. Я надеялась, что хотя бы сейчас мы с Кейси сможем побыть вместе, как раньше, но судьба распорядилась иначе. Нас развели по разным столам. Я лишь мельком увидела, как Кейси светилась от радости и оживленно разговаривала с Джен. Сердце сжалось от боли: она так быстро нашла общий язык с окружающими и приняла правила игры, а я чувствовала себя потерянной.

Мы с Амандой последовали за стройной фигурой наставницы. Ее бесшумная походка, идеальная осанка и плавные движения вновь поразили меня. Мы сели за стол в дальнем углу зала, скрытые большой колонной от взглядов остальных. Там было накрыто на три персоны. Когда они успели это сделать?

– Талира, ты не голодна? – вдруг обратилась ко мне наставница. Ее голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась твердость. – Вроде как вас со вчерашнего дня не кормили? Насколько я помню свой день посвящения, есть хотелось жутко.

Она мило улыбнулась и пододвинула ко мне корзинку с булочками.

Свежая выпечка пахла настолько аппетитно, что я не удержалась и засунула одну целиком в рот. Когда я увидела как наставница аккуратно управлялась с вилкой и ножом, то почувствовала себя неуклюжей. Я взяла вторую булочку и начала ее нарезать, стараясь повторить изящные движения.

– Тишина, – сказала наставница. Ее голос был таким мягким, что мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она обращается ко мне. – Тишина в еде говорит о тебе многое.

Я подняла глаза от тарелки и встретила ее пристальный взгляд, изучающий меня. Я тихо проглотила застрявший в горле кусок и стала жевать медленнее, стараясь не издавать никаких звуков.

– Не переживай, у тебя будет много времени и завтраков, чтобы научится.

Очередная ледяная стрела холодного взгляда пронзила мое тело, когда я со звуком отпила чай из кружки.

Это был первый урок, который я ощутила не просто на словах, а в виде мурашек, пробегающих по спине каждый раз, когда смотрела в ее глаза.

Пытаясь справиться с нарастающей неловкостью, я сделала глубокий вдох, потянулась за яблоком и постаралась спросить как можно непринужденнее:

– Простите… Эм… я не расслышала вашего имени. – Мой голос прозвучал тише обычного и, казалось, что весь зал слышал, как громко стучало мое сердце.

Я замерла, ожидая резкого ответа, но вместо этого услышала спокойное:

– Серена Уайт.

Это вызвало новую волну мурашек. Все, чего хотелось в это мгновение – исчезнуть. Чтобы никто больше не смотрел на меня так пристально.