Чарованная щепка
Шрифт:
– Я и в дальнейшем не вижу причин вам посещать нас, – продолжила Виола с досадой. – Едва ли наши скромные артефакты интересны такому искусному магу.
Ее сомнения вдруг развернулись перед магом весьма изобретательной идеей: соблазнить их щедрым заказом, который обернется натугой, если не провалом. Чудный повод бывать здесь рядом с Леей и мягко демонстрировать ей разницу между ним, живым и остроумным, и тощим старомодным древесником.
– Отчего же? – возразил Алессан почти ласково.
“Смахнет прядь у лба и задействует взгляд “пленен вашим умом”,” – предсказала внутренняя Лея, ни в одном не ошибившись.
– Разве вы не производите совершенно уникальные предметы? – расточал он, широким жестом указуя на дерево Карлоты Эдмондовны. – Летом день рождения моей матушки, а я уже вышел из возраста, когда подарки родителям делаются собственными руками.
Себастьян видел, как дрогнула Виола. Безусловно, она все понимала, и все-таки дрогнула, глаза ее зажглись азартом. Он вздохнул:
– Алессан Диегович, боюсь, в нашем ближайшем плане нет места для нового прожекта.
Пришлому юноше не требовалось приглашение чувствовать себя как дома. Он небрежно сбросил плащ на локоть и принялся уверенно перемещаться по зале. Путь привел его к печи, черневшей заметками.
– Неужто график настолько плотный? – восхитился он, изучая диковинный шифр. – Я готов на неторопливые сроки.
– Думаю, мы могли бы это обсудить, – сказала Виола.
– Едва ли, – негромко, но твердо отозвался Себастьян.
– Уверена, если Алессан Диегович проявит свое терпение, мы продемонстрируем возможности дерева, – мысль о том, чтобы заронить интерес к “Щепке” среди высшей аристократии не могла не тронуть нежное сердце распорядительницы.
– Позволь заметить, распыление на множество прожектов не играет нам на пользу, – возразил ее древесник.
Виола закусила губу. Обычно ей хватало выдержки не спорить с братом прилюдно, тем более, в вопросах, где он совершенно очевидно шел на принцип. Глядя на ее борьбу, Себастьян внушительно побарабанил пальцами по столу, только на сестру этот его жест оказал совершенно противоположное влияние.
– Уверена, мы изыщем возможность, – нахмурилась она, проявив знакомую решимость.
– Не хотелось бы напоминать, но из-за необходимости знакомиться с твоим оружейным арсеналом я буду занят теперь вдвойне, – древесник посмотрел уже без шуток.
– Я же обещала, что найду тебе помощника, – ответила Виола взглядом почти обиженным.
– Арсеналом? – заинтересовался Алессан. – Вы предпочли нам гильдию оружейников?
– Как вы могли заметить, – холодно кивнул Себастьян в сторону печи, – временем на подготовку для вступления в гильдию магов я не обладаю. Теперь мы вовлечены в имперский конкурс.
– В самом деле? В области артефакторики? – гость изобразил на лице живейшее участие.
– Военной артефакторики, – пояснил древесник без видимой охоты.
– Я потрясен! Вы обладаете глубокими познаниями этой отрасли? – весь облик Алессана восклицал, что эти познания едва ли сравнятся с его собственными.
Оспорить его уверенность было сложно. Высоко одаренные маги дворянского сословия с юных лет готовятся к государственной службе военного ведомства. Лишь с выслугой лет они переходят к дипломатии или увлекаются более мирными областями.
– Не имею привычки лгать, – сказал Себастьян ровным тоном, – я весьма далек от этой сферы.
– Что ж, если дела обстоят таким образом, я не буду настаивать, – пожал плечами Алессан, краем глаза наблюдая за Виолой. Как он верно рассчитал, она понемногу вскипала и вцепилась в утекающий крупный заказ со всем девичьим упрямством.
– Дорогой брат, – настойчиво повторила она, гордо выпрямляясь, – уверяю тебя, что консультанта по чарованному оружию я обеспечу нам в ближайшем же будущем. У нас достанет времени брать штатные прожекты.
– Есть кто-то на примете? – выразительные брови брата совершили привычный подъем.
– Я едва начала поиски…
– Виола, пора уже признать, что дела нашего предприятия оставляют мало надежды соблазнить кого-то к сотрудничеству, – тихо сказал Себастьян.
"Мы с отцом также со стороны глядимся?" – подумала Лея, созерцая искры.
Зато Алессан смотрел снисходительно. В целом, девицы нередко имели неприятные беседы с братьями из-за него.
– Мы идем в гору! Я стараюсь находить прожекты изо всех сил! В частности, теперь я именно этим и занята, – вспылила, наконец, Виола и посмотрела на гостя, – Алессан Диегович, в чем заключается идея вашего подарка?
– Виола, – отчетливо произнес хозяин дома, – если ты не готова вовсе расстаться с идеей имперского конкурса, мы не берем этот прожект. Приношу свои извинения, Алессан Диегович, – добавил он мягче, обернувшись к магу. – Давайте вернемся к вашей задумке осенью.
– Подбром прожектов и переговорами занимаюсь я! – не унялась тем временем оскорбленная распорядительница.
– Где твоя рассудительность? – брат воззвал удивленно, но не повышая голоса. – Сосредоточься на поиске консультанта, если все еще веришь в победу.
Виола потрясенно замолчала и отвернулась в окно всем корпусом, обхватив себя за локти. От Арис не укрылось, что плечи ее вздрогнули, унимая плач. Вязунью затопил настоящий стыд за развернувшуюся перед ней картину – спор Карнелисов перешел уже в семейную ссору. Она даже открыла рот под благовидным предлогом попрощаться, избавляя себя от этого зрелища, как ощутила, что стоящий рядом Дарий придержал ее широкий рукав.
Возможно, он прав. Демонстративный уход лишь усугубит настроение хозяев.
Алессан чуял, что здесь и сейчас решается не столько вопрос его заказа, сколько давно зревший извечный конфликт о главенстве в семье, пусть даже между братом и сестрою. Виола Базилевна, явившаяся тогда в гильдию, показала себя девицей бойкой и целеустремленной. Древесник долго снисходил к ее характеру, быть может, находя его даже удобным, но такие нарывы вскрываются неизбежно – и порой, как теперь, в неудачное время и при наблюдателях.
Впрочем, Алессану сама судьба помогала развить здесь собственные интересы. Кажется, при сложностях заказа артефакта, вырисовывается новая, еще более заманчивая перспектива.