Чтение онлайн

Я тут же перебила.

– Но ведь про укусы, это все бред, сказки. Оборотнем надо родиться! Разве не так?!

– А откуда, по-твоему, берутся сказки? Это может сработать с человеком, который и так почти оборотень, - па приблизился и утешающее положил руку мне на плечо.

– А если нет...

– Он умрет. Я должен хотя бы попробовать.

– НЕТ!! А если...

Рука на моем плече сжалась.

– Жизнь человека, спасшего тебе жизнь, стоит того, чтобы за нее бороться.

Мы оба знали, чем рискуем. Необходимо было переливание крови, больничное оборудование, полный покой - у нас же не было ни первого, ни второго, а надежда на третье отсутствовала и подавно! Что мы могли сделать?!

– И что ты предлагаешь? Плюнуть в ранку?
– справившись с собой, хмуро уточнила я.

– Тоже вариант, - без тени улыбки отозвался па, сосредоточенно изучая собственное запястье.

Вот блин...

Отец отлучился на пару минут и принес пару полотенец, домашнюю аптечку и почему-то трехлитровую банку. Я затаила дыхание. Он опустился на колени рядом с Виком, осторожно разорвал рубашку и, обмотав руку полотенцем, вытащил звездочку. Из раны снова потекла кровь.

Все мысли вытеснил знакомый пьянящий аромат. Перед глазами снова поплыл красноватый туман. Я облизнулась... и плавно сползла в обморок.

***

Прийти в себя на этот раз оказалось, еще труднее. Болела не только рука, но и голова. Стиснув зубы, я переползла в сидячее положение, улучшая обзор из-за дивана.

Как оказалось, вернулась к действительности я очень вовремя. Ма, переступив порог, в каком-то шоке оглядела то, что осталось от нашей гостиной, задумчиво закрыла дверь на ключ и пошатнулась...

Минут через пятнадцать родители пили чай с валерьянкой на кухне (я наотрез отказалась вылезать), и па уговаривал маму не волноваться.

– Rrene, ты думаешь, что, увидев трупы в гостиной, и кровь на моем ЛЮБИМОМ ковре, я не буду волноваться?!!
– ма, видимо, опять завелась. Столько усилий понапрасну.

– Я не знаю, как они вновь на меня вышли. Все-таки придется вернуться в стаю.

Они помолчали.

Я решительно ничего не понимаю! Почему они не хотят вернуться?!

– Я вот о чем подумал, может вам с Lorran стоит поехать одним? Я отвлеку их внимание и...

– Либо мы едем вместе, либо остаемся все!

– Mirra... Mirra...

И вновь тишина. Всхлипы... Я никогда не видела маму плачущей, а значит все очень и очень серьезно...

Я вдруг поняла, что я почти ничего не знаю о жизни родителей до моего рождения. А там, похоже, немало интересного! Я медленно поднялась на ноги, держась за все тот же диван, и неуверенно - меня еще шатало - пошла по направлению к кухне разбираться. Настроение было самое, что ни на есть, боевое. Я грозно появилась на пороге и, зацепившись за оный, растянулась на полу.

– Ты в порядке?!
– несколько минут назад самозабвенно целовавшиеся родители вскочили с диванчика.

– Да, в полном, - фальшиво уверила я их, изучая две пары домашних тапок с собачками. Рука, кстати, болела страшно...

Скрип двери где-то в глубине квартиры заставил нас с мамой вздрогнуть. В злосчастный дверной проем с порогом ступил Вик.

– Осторожно!!!
– хором поприветствовали его мы. Я уже успела устроиться на стуле, во всю воюя с сахарницей левой рукой. И если учесть, что я правша, бой ожидался тяжелый.

Наш "гость" выглядел как новенький. Уж не знаю, что там с ним делал па, но чувствовал Вик себя явно превосходно. Не совсем понимая, что происходит, он с интересом рассматривал моих родителей, стоя на пороге.

Надо признать, было из-за чего: ма в свои пятьдесят выглядела не на много старше меня, ну а папе, у которого с мамой была довольно большая разница в возрасте, можно было дать... лет тридцать.

– Может, вас познакомить?
– подала идею я, - ма, па, это Виктор, Виктор, это мои мама и папа.

Вик вежливо попытался скрыть удивление. Он совершенно не знал, как спросить, что сказать, в прочем, как и мы. Перед нами стоял человек, спасший жизнь оборотню и сам, ставший им. Оборотень, еще не осознавший, что для него прежняя жизнь кончилась.

– А? Ну... э-э-э-э... В общем...

– Можно сказать, что все в порядке. Почти, - пришел на помощь Вику папа. Тот кивнул и нерешительно сказал:

– Я пойду, наверное...

– В таком виде? К сожалению, тебе придется задержаться. Из-за нас ты попал в сложную ситуацию, где существует реальная возможность расстаться с жизнью. Не думай, что я пытаюсь тебя запугать. Совсем скоро ты все поймешь, а пока просто поверь мне, - па говорил мягко, внимательно изучая собеседника. Смотреть в его темные глаза во время разговора решался не каждый, они притягивали, завораживали, и, казалось, видели насквозь.

Вик слушал внимательно. Он был на удивление спокоен, словно не ему, а кому-то другому довелось бегать по квартире, спасая одноклассницу от плохих парней с пистолетами.

– Позвони домой и скажи, что остаешься у друзей. Завтра я провожу тебя домой, и мы все уладим. Надо забрать паспорт и еще кое-какие документы. Ты должен свыкнуться с мыслью, что надолго отсюда уедешь.

Вик удивленно поднял глаза.

– Да, - словно отвечая на незаданный вопрос, продолжил па, - как я уже говорил, ты скоро все сам поймешь. А пока располагайся.

Я не знаю, как у папы это получается, но он может убедить кого угодно в чем угодно. Вроде бы и слова говорит те же, а результат... на лицо: Вик в замешательстве пристроился на краешек дивана.

Ма, добродушно улыбаясь, уже во всю хлопотала у плиты, а я тихонько выскользнула в коридор, еще хранивший отпечаток недавних событий, вслед за папой.

– Тебе обязательно уходить?
– я чувствовала себя испуганным ребенком, каковым перестала считаться очень и очень давно.

Он улыбнулся, потрепал меня по волосам.

– Я быстро вернусь. А тебе, - он накинул плащ, не скрывая веселья, - предстоит объяснить молодому человеку, кем он теперь является. Так что скучно не будет. Уверен!

– Эт точно, - обреченно подтвердила я, выходя следом за ним на площадку.

– Знаешь что, - неожиданно серьезно сказал папа, - мне он нравится. У тебя глаз-алмаз!
– неожиданно закончил он, и, подмигнув, бесшумно скрылся на лестнице.

– Да уж!!!!
– вспыхнув, я с грохотом закрыла дверь.

Конечно! Мне самое трудное досталось. Я даже не знаю, с какого бока к этому подойти! А еще очень не хочу, чтобы Вик узнал, кого именно трепал за ушами, и с кем откровенничал.