Чтение онлайн

Но…

— Видишь ли, я…

Рикардо поднес левую руку к щеке Чайки.

Правая рука его все так же сжимала кинжал. Рикардо медленно и старательно гладил им шею Чайки, словно брея ее.

— …

Чайка тяжело дышала, ощущая, как по ее коже медленно скользит клинок.

Его холодная сталь все продолжала ласкать ее бледную кожу.

— Такой человек.

И на мгновение он… надавил на клинок.

— !..

Чайка удивленно вздрогнула.

Чуть ниже подбородка появилась тонкая красная линия.

Всего лишь верхний слой кожи. Рикардо продемонстрировал невероятный контроль над своей силой.

Этот юноша…

— Ах… — восторженно обронил Рикардо. — У тебя так быстро меняются лица. Потрясающее. Восхитительно.

— …

— Ты так сильно боишься смерти? Не переносишь боли? Например… — с придыханием шептал Рикардо ей на ухо. — Какое лицо ты скорчишь, если я выколю тебе глаз?..

— ?!

Увидев, как вздрогнула Чайка, Рикардо продолжил:

— Интересно, как именно бьется твое сердце? Какого цвета твои легкие? Какой формы желудок? Какой длины кишки? Конечно, я хочу увидеть твою матку… но и ребра тоже. Наверняка они у тебя очень милые. Я думаю, у тебя очень мягкий хребет. Что насчет мозга? Как в нем расположены извилины? Вот, что меня интересует. Вот, что я хочу узнать любой ценой. Я просто не могу оставаться в неведении. Я никак не могу сдержаться.

В его голосе не слышалось зла.

Рикардо шептал свои слова, словно признание в вечной любви.

— Да, я знаю, что ты хочешь спросить. «Почему? Зачем?» Да… все в первую очередь спрашивают меня об этом. Этого не сделали лишь Лейла и Грат.

— …

— А ведь причины попросту нет. Просто я — такое существо.

— Такое… существо?.. — переспросила Чайка дрожащим голосом.

Зачем рыбы плавают?

Зачем птицы летают?

Никто не задается этими вопросами. Естественно, ими не задаются и сами рыбы с птицами. Им не нужны причины — они просто родились такими созданиями.

Вот и болезни не нужна причина, чтобы быть болезнью…

— Пять лет назад было так хорошо, — продолжил Рикардо с ностальгией в голосе. — То, что люди умирают, казалось очевидным. Трупы валялись повсюду, и я не шучу. А что — война же. Никого не смущало.

Разумеется, убийства, не связанные с военными действиями являлись преступлением даже в те времена.

Но вряд ли хоть у какой-то страны имелись силы для того, чтобы тщательно расследовать такие дела. И даже если они и расследовали их, есть много способов не дать обнаружить труп. А нет тела — нет и дела. Вряд ли хоть кто-то смог в чем-то обвинить Рикардо, который тщательно избавлялся от трупов — одних лишь подозрений в убийствах недостаточно.

Но… так было лишь пять лет назад.

Сколько же человек убил этот юноша после?

— Для меня те дни, переполненные людскими смертями, были рутинными буднями.

Убийство людей давалось ему так же легко, как и дыхание.

И, подобно дыханию, он не мог обходиться без убийств. Для него жизнь — убийство других людей.

Именно такое существо сейчас стояло возле Чайки.

— Ты знаешь, Чайка, на самом деле я — последователь Империи Газ, — с самозабвенным взглядом продолжил Рикардо. — Проклятый Император — мой идол и герой. Величайший убийца, который дышал убийствами и начал эпоху, в которой они стали обыденностью.

— …

— Сотни лет он правил в вихре военной поры, и некоторые даже говорят, что он правил самой войной. Есть и те, кто считает, что даже сейчас все страны попросту пляшут под дудку Империи Газ…

Клинок неспешно опускался.

Лезвие скользило по бледной коже и остановилось у основания шеи.

У той самой красной линии, проступавшей на коже, словно спрятавшийся червяк.

— Я соберу все останки императора, похищенные героями, и вновь ввергну этот мир в водоворот войны. И когда это случится, объявлю себя наследником Империи Газ.

— Наследником…

— Ты не думаешь, что я подхожу на эту роль лучше, чем ты? Ведь я связан с императором не кровью, а душой.

— …

Она не понимала.

Вернее, она понимала его чувства, но не могла принять и разделить их.

Поначалу может показаться, что в таких словах есть логика, но на самом деле это просто бредни человека, больного на голову. Этот юноша абсолютно все в этом мире (и даже сам мир) рассматривал через убийство других людей.

Убийства.

У него нет ничего другого — можно сказать, они для него все.

Но…

— Господин Рикардо… — вдруг тихо обронила Лейла, — прекрасен, не так ли? В отличие от тебя.

— ...Меня?

Разве можно сравнивать Рикардо и Чайку?

Может, она просто издевается над Чайкой, которая только и умеет, что применять магию?

— Господин Рикардо по своей собственной воле выбрал жизнь, посвященную своим желаниям. Да, ему не понадобились ничьи слова — он сам признал, что он такое существо, что бы другие об этом ни думали.

О чем она говорит?

Чайка нахмурилась, и тогда…

— Чайка, дочь императора Газа. Существо, которое представляется этим именем, — тихо обратилась к ней Лейла. — Так ли это? Или тебя просто убедили в подобном?

Чайке показалось, что она разглядела сквозь вуаль слабую улыбку.

— Убедили?.. Н-но я, я…

— Чайка, принцесса с гробом. Чайка, бездомная принцесса. Девушка, цель которой — сбор останков Проклятого Императора Артура Газа, своего отца…

Она произносила эти слова так, словно зачитывала стих.

Стих, который она читала много, очень много раз…

— ...И все.

— ?!

— Больше у тебя нет ничего. Совершенно ничего. Все твое восприятие мира — не более, чем следствие «сбора останков». И твои радости, и печали, и гнев, и остальное — все связано со сбором останков, выдумывается на ходу просто ради связности и согласованности. С этой точки зрения… существо по имени Чайка ничем не отличается от господина Рикардо.

Рикардо живет только для того, чтобы убивать людей.

Чайка живет только для того, чтобы собирать останки.