Чтение онлайн

– Фантастика! Вот это будет драйв.

– Раз древние греки и римляне умели, почему бы и нам не суметь?

Так Альфа в один день стала не только прилежной студенткой и соратницей, а ещё и биографом и историком. И груз ответственности, который она на себя взвалила, её радовал.

Вспомнила, что хотела удивить Учителя тем, как увидела Ниночку Чернавину.

– Юлиан Юрьевич, а я ведь с утра похулиганила! – лукаво посмотрела она на него. – Увидела Ниночку Чернавину, вот!

– Ниночку Чернавину? О которой Невпопад рассказывал?

– Её. Выглядит, Юлиан Юрьевич, сногсшибательно. У входа в институт физики мужчин штук с полсотни собралось посмотреть на неё. И я вместе с ними.

Альфа в красках рассказала, как происходил коллективный просмотр божественной Ниночки Чернавиной.

Арбелин был потрясён.

– Вот она чарующая фасцинация женского тела! Жаль, не сфотографировала. Непременно схожу и я на неё посмотреть.

Альфа улыбнулась:

– И влюбитесь, вот увидите.

– Ну, это ещё надо посмотреть. Не такой уж я донжуан. – отшутился Арбелин, хотя сердце ёкнуло от волнующего желания увидеть красавицу.

Вернувшись домой, Альфа, не мешкая, записала сон Арбелина слово в слово, как запомнила. И неожиданно для себя позвонила Олегу, однокласснику, работавшему в киностудии и имевшему громадную видеотеку, и попросила у него диск с «Калигулой».

Олег прекрасно знал строгость Альфы, потому удивился:

– Ты – и Калигулу?!

– Олежек надо. Для дела. Противно, а надо. Я же на психфаке учусь. Порнозависимости начали изучать.

Она съездила к нему за диском, закрылась в своей комнате и просмотрела сцену сатурналий, устроенных Калигулой на корабле. И сон Арбелина ожил для неё во всех смачных деталях и красках. Был он кинофильмом покруче «Калигулы».

Вечером Арбелин призвал Дениса и рассказал ему обо всём. Поделился и тем, что Альфа взвалила на себя ношу историка фасцинетики и его биографа.

– Видишь, как жизнь сама подсказывает нам, что делать. Связка пива, секса и весёлости получится просто сногсшибательна.

Денис понял, но особенно остро воспринял идею о пиве. Если соединить пиво с сексуальным вожделением и драйвом, Санька Дуб рехнётся. И это будет не месть, а праздник.

– Но как эту троицу связать? – задал он тот же вопрос, что и Альфа.

– Все древние народы переходили к массовым оргиям через коллективную трапезу, алкоголь и наркотики. Сначала ритуал, потом сытое застолье с вином или всяческим наркотическим воскурением, у кого как, затем пляски до упада и массовый повальный секс. Там, где много веселья и вина, однозначно разжигаются сексуальные страсти-мордасти. Карнавалы и в наши дни гиперсексуальны. По всему миру. Когда в Москве полвека назад устроили всемирный фестиваль молодёжи, через девять месяцев появилось на свет множество смуглых ребятишек. Их так и назвали «дети фестиваля». Крепко повеселилась тогда советская молодёжь! Мы алкоголь и наркотики выведем за скобки. Это будет и не чистый эксперимент. Их надо заменить. Вот я и думаю, что заменой могут быть только нейропептиды веселья, радости и драйва.

– А где они?

– Не знаю, Денис, не знаю, дорогой мой. Уверен только, что они есть, иначе не было бы у человека ни веселья, ни радостной возбуждённости, ни хорошего настроения. Буду думать. А пока читай про пептиды, поройся в Интернете. Пептидономика зарождается, новая революция в физиологии. Приобщайся, это нам с тобой и для кулинарной фасцинетики понадобится. И Альфе скажи, чтобы просвещалась.

После катастрофического провала круглого стола на следующий день утром начальник регионального УФСБ вызвал Гаргалина.

Гаргалин ждал разгона, но не бывает худа без добра, вышло, к его удивлению, всё наоборот.

– Смотрел, смотрел круглый стол вчера. – добродушно улыбаясь, встретил Гаргалина начальник. – Хохотал до упада. Ты, Стас, придумал?

Отпираться было глупо.

– Я, генерал…

– Здорово! Превратил этого учёного в посмешище. Можно кассету в Москву отправить и закрыть его заявление. Только обрезать этого биолога, назвавшего его гением. Тут нестыковка. Можно обрезать?

Гаргалин опешил. Провалившийся в пух и прах круглый стол генерал оценил как успех. Было чему поразиться.

– Можно, разумеется… Только я не торопился бы и запись в Москву не посылал бы. Всё гораздо сложнее с этим креатином. Что-то он хитрит, и пока не могу понять.

Он предусмотрительно прихватил с собой аудиозапись своей беседы с Арбелиным, вырезав сегмент о негласном соглашении.

– Вот послушай, Ник, я с ним беседовал полмесяца назад. Почему и организовал круглый стол.

– Что ж, тебе виднее, ты у нас по интеллигенции спец. Давай послушаю.

Разговор с Арбелиным его поразил.

– Ты прав, – сказал он, прослушав до конца, – фрукт ещё тот. Гитлера изучил вдоль и поперёк. Повременим. Разбирайся, Стас, досконально.

Так неожиданно круглый стол зажёг Гаргалину зеленый свет и отодвинул сроки ответа в Москву. И это, к его радости, полностью укладывалось в негласное соглашение с Арбелиным. Пусть порезвится, а мы последим. И всё откроется и встанет на места без всяких экспертиз.

– Ты, генерал, сам в Москву позвони, чтобы не торопили.

Вернувшись в свой кабинет, Гаргалин вызвал Никшанова и Ляушина, верных своих слуг.

– Круглый стол вчера видели? – обратился к ним Гаргалин, как только они сели.

– Облажался телеведущий. – с ехидцей произнёс Никшанов.

Ляушин был осторожнее:

– Балаган устроили ...

Гаргалин не стал вправлять им мозги, не до того. Сказал коротко:

– Генерал приказал вывернуть этого горбуна наизнанку. Поняли?

Оба кивнули.

– Ты, Гедалий, покажи класс, впаяй жучки. А ты, Виталий Кутайсович, поставь на прослушку его домащний телефон и скачивай у оператора разговоры по мобильнику. Начинаем тотальную проверку.

Мечтавшие размазать старца по стенке помощники Гаргалина озарились мстительным сиянием глаз и самодовольными улыбками. Весь их вид говорил: «Уж мы ему вмажем!»

Обсудив все детали слежки, Гаргалин отпустил их и вызвал Ингу Мигачёву.

Сексагенты у Гагарина тоже были, а среди них лучшей была законченная сексуальная одалиска Инга Мигачева, красавица, к тому же наделённая врождённым вумбилдингом, безотказным бронебойным орудием выуживания подноготной у попавших в её сети мужичков: депутатов, бизнесменов, крупных чинуш, погрязших в коррупции. И учёной мужской братии вкупе с изобретателями-кулибиными. Была она после университета учительницей русского языка и литературы, совращала влюблённых в неё старшеклассников, за что и была с треском вышвырнута из школы. Гаргалин подобрал её на одной из юбилейных тусовок какого-то олигарха, на которую, как принято, приводили девочек-фотомоделей из специализированного на такого рода услугах ателье. Инга была лучшей и самой бесшабашной. Её-то Гаргалин выделил и притянул в спецагенты, чему девушка несказанно обрадовалась. После шлифовки в спецсексшколе ФСБ она стала его лучшим сексагентом. Специализацией Инги было ловко залезть в постель к намеченному Гаргалиным «клиенту» и, играя на мужском тщеславии и мужском гиперсексуальном аппетите, скачать из его башки сокровенные сведения о нём самом и его опасных для государства связях. Инга проделывала это мастерски легко и даже с циничным весёлым хохотком, убеждаясь, раз за разом, что владеет безотказно бронебойным оружием, перед которым не может устоять ни один самец, какие бы статусы у него ни были, будь он хоть самим президентом.