Чтение онлайн

— Да нет, ты что.

— А почему ты тогда без охраны?

— Для меня самого это неожиданно, — признался Кремнев. — Эмир-хан сказал, что я теперь могу возвращаться в яму только на ночевку.

— А я?

— Про тебя ничего не говорили.

— Помнишь, ты обещал, что один не уйдешь? — опять зашептала она.

Кремнев почувствовал досаду.

Вот так всегда: захочешь сделать что-нибудь хорошее для другого человека и притом бескорыстно, а тебя тут же начинают грузить.

— Да не собираюсь я пока никуда убегать, — сказал Кремнев. — Но ты же понимаешь, что мне надо как минимум осмотреться. Поэтому сиди тихо.

— Ладно, — она уселась на землю.

— Не скучай.

Мэри не ответила.

Лагерь был окружен горами, и во все стороны от него разбегались несколько узких тропок.

Кремнев решил обследовать их все.

Вскоре он убедился, что самому это сделать невозможно. Тропки петляли, раздваивались, и Кремнев понял, что если пойдет дальше, то элементарно заблудится.

Одна вообще вывела его к ущелью, по дну которого бежала узкая речка.

Пришлось возвращаться обратно в лагерь.

В лагере к этому времени начало пахнуть едой. У Кремнева возникла мысль, пойти поздороваться с Фаруком. В конце концов, за исключением Эмир-хана и Мэри, он был здесь единственным, кого Кремнев знал.

Он бы с большим удовольствием попробовал поговорить с Эмир-ханом, но тот не показывался, а возвращаться в яму пока не хотелось.

Кремнев пошел на запах еды и вскоре оказался в небольшой пещере.

В глубине пещеры горел костер, над которым висел большой котел. Рядом с котлом суетился Фарук.

Судя по запаху, он готовил свою традиционную кашу с тушенкой.

— Привет, Фарук.

Фарук сосредоточенно посмотрел на Кремнева, будто пытаясь вспомнить, кто это такой. Потом кивнул.

— Здравствуй.

Как Кремнев и ожидал, той широкой улыбки, с которой Фарук приветствовал Мэри, не последовало.

Но идти все равно было некуда.

Кремнев задал единственный вопрос, который пришел ему в голову.

— Обед готовишь?

Это было равносильно тому, что спросить, а мы в горах, да?

— Готовлю обед, — ответил Фарук.

Разговор явно не клеился.

Кремнев внимательней пригляделся к пещере и поразился.

Выяснилось, что он оказался на самой настоящей кухне. Правда, в ее постапокалиптическом варианте.

На стенах был тщательно разложен весь кухонный инвентарь. И все содержалось в таком идеальном порядке, который мог дать фору многим городским домохозяйкам, не говоря уж о городских холостяках.

Отдельно лежали столовые принадлежности, за ними выстроился ряд кастрюль всех возможных размеров и расцветок. Дальше шли сковородки, дуршлаги, половники. Отдельно висел ряд ножей.

Кроме этого, стены украшала целая галерея вырванных из журналов страниц с изображением самых разнообразных блюд с рецептами их приготовления.

От селедки под шубой до праздничного торта-мороженое.

Кремнев созерцал это великолепие, открыв рот, как если бы наткнулся на неизвестные науке образцы наскальной живописи.

Если учесть, что все свои блюда Фарук готовил в одном котле и блюд этих было всего четыре, наличие подобной «кухни» было поистине удивительно.

Справившись с первым шоком, Кремнев вернулся к Фаруку.

— Это ты все собрал? — он обвел рукой стены.

Фарук насупился.

— Я собрал, да.

— Здорово!

Фарук недоверчиво посмотрел на Кремнева.

— Почему смеяться надо?

За девять месяцев, проведенных в лагере, Фарук и его коллекция служили объектом постоянных насмешек. Хотя практически с каждого задания боевики притаскивали что-то, чем можно было эту коллекцию дополнить.

— Да я не смеюсь. Правда здорово. Настоящая кухня, как по телевизору.

На лицо Фарука против его желания начала наползать широкая улыбка.

— А у меня еще вот чего есть.

Он полез куда-то вниз и вытащил оттуда миксер.

— С ним можно много вкусных вещей делать, — тоном специалиста сообщил Фарук. — Только включать его здесь некуда.

— Да, без электричества не заработает, — подтвердил Кремнев. — А то бы приготовил гоголь-моголь.

— Нет, гоголь-моголь не получится, — серьезно возразил Фарук. — Для гоголь-моголь яйца нужны, а здесь яиц нет.

— А если кур завести?

Фарук вздохнул, в его глазах появилась грусть.

— У моей мамы дома куры были. Шестнадцать штук. И петух один. Я омлет любил есть. Разный. С зеленью, с колбасой.

— А почему из дома ушел?

— Взорвали дом. Родители погибли, мать, отец. А брат воевал. Пришел, забрал меня с собой, чтобы я не пропал.

— А брат где, тоже здесь в отряде?

— Раньше был, да. А потом тоже убили один раз.

Кремнев не нашелся, что ответить на такую откровенность.

К счастью, на помощь пришел сам Фарук.

— Хочешь кашу попробовать?

— Ага.

Фарук протянул большую ложку.

— Пробуй.

Кремнев зачерпнул из котла и принялся дуть.

Фарук выжидающе смотрел на него, слегка кивая головой. Сейчас выражение его лица ничем не отличалось от лица шеф-повара какого-нибудь элитного ресторана, который для самого почетного клиента приготовил самое изысканное блюдо и теперь стоит возле столика и ждет реакции.

Кремнев попробовал и одобрительно закивал головой.

— Отлично, Фарук, отлично. Только я бы еще чуть-чуть соли добавил.

— Соли в блюдо не надо много добавлять, — назидательно сказал Фарук. — Каждый пусть себе в тарелку потом отдельно солит, сколько ему нравится.

— Слушай, откуда ты все это знаешь? — удивился Кремнев.

Если честно, то до этого разговора он искренне полагал, что Фарук вообще не умеет читать.

— Я раньше много книг читал про то, как кушать готовить надо. Поваром в ресторане хотел стать. Брат говорил, в городе большой ресторан есть.

— Так, может, еще станешь.

Фарук кивнул.