Человек-тень, или Час «икс» для Кремнева
Шрифт:
С гор бежала река, уходившая дальше вниз, в ущелье. Часть воды попадало в большую котловину, находившуюся по ту сторону. Это и было озеро.
— Только смотри не купайся, — предупредил Фарук. — Очень холодно.
— Да я уже недавно искупался, — успокоил его Кремнев, — больше пока не тянет.
Фарук остановился на берегу и внимательно вгляделся в воду.
— Чего там?
Кремнев остановился рядом.
— Форель. Я в этой реке форель ловлю. Вкусная рыба и много. Любишь форель?
— Форель — это хорошо.
— Завтра вместе можем пойти ловить, — предложил Фарук. — Больше наловим.
Кремнев вспомнил, как однажды в раннем детстве ему довелось ловить форель в горной речке. Точнее ловил не он, ловили взрослые.
Потом взрослые пошли готовить и оставили удочки закинутыми. Он подошел и вытащил одну, и, как выяснилось, поймал свою первую в жизни рыбу.
Фарук продолжал сосредоточенно вглядываться в воду, а Кремнев, чтобы осмотреться, пошел вдоль берега вниз по течению.
Он знал, что если идти вдоль реки, то рано или поздно она выведет к населенному пункту. На тот случай, если им с Мэри придется выбираться, это могло пригодиться.
Его нагнал Фарук.
— Ты аккуратней дальше ходи. Там сразу обрыв. Если в течение попадешь, сразу все.
Кремнев остановился.
Вариант с рекой отпадал.
Но она всегда оставалась в качестве ориентира.
— А река длинная? — поинтересовался он.
Фарук хитро прищурился.
— А зачем тебе?
— Да просто интересно, куда она выходит, — честно ответил Кремнев.
— Не знаю, — так же честно ответил Фарук. Кремнев закурил новую сигарету.
— Ладно, пора возвращаться.
— Пора, — согласился Фарук. — Скоро ужин готовить надо.
— Чего будет на ужин?
— Каша.
Весь обратный путь они прошли молча.
Кремнев весь ушел в свои мысли, а Фарук, заметив это, не приставал с расспросами.
Все мысли Кремнева были только об одном, каким бы образом связаться с Уколовым?
Всего один звонок по мобильному, и база боевиков будет обнаружена.
Но вот мобильного как раз и не было.
Попытаться раздобыть телефон в лагере, где за каждым твоим шагом следят, было равносильно самоубийству.
А шансы оказаться вне лагеря, да еще и с телефоном в руках, пока что были равны нулю.
Хотя Кремнев нутром чуял, что рано или поздно такой шанс ему представится.
Он находился в лагере уже вторую неделю и все еще был жив.
А это было возможно только в одном случае, он был нужен Эмир-хану для каких-то собственных целей. А раз его начали выпускать на прогулки, значит, в самое ближайшее время Кремневу об этих целях должны были сообщить.
Как только Кремнев и Фарук появились на территории лагеря, от палаток сразу отделились несколько боевиков и направились им навстречу.
Остановившись в паре метров перед ними, боевики встали полукругом, преграждая дальнейший путь.
— Что, Фарук, на свидание ходил?
Фарук сверкнул взглядом, но ничего не ответил.
— Смотри, Фарук, обманет он тебя, убежит. Мы же с тебя потом шкуру спустим.
— Ты есть хочешь? — в голосе Фарука прозвучал вызов. — Вот и не лезь. А то сам себе готовить будешь.
Фарук обошел боевиков и направился к своей пещере.
Боевики принялись разглядывать Кремнева. Он спокойно выдерживал их взгляд.
Пару минут они провели в молчании.
— Что, не боишься? — ухмыляясь, спросил тот, кто приставал к Фаруку.
Кремнев вспомнил его.
Боевика звали Саид. Когда Кремнева везли в лагерь, он ехал прямо перед ним. Эмир-хан приказал ему давать Кремневу пить, если он попросит. Поднося к его губам фляжку, Саид каждый раз старался больше пролить на землю.
Теперь он, ухмыляясь, стоял перед Кремневым и ждал ответа на свой вопрос.
Кремнев молчал.
Он понимал, что его явно вызывают на ссору, и прикидывал свои шансы.
Их было пятеро, он один. Они здоровы и полны бодрости, у него раненое плечо. Они у себя дома и в любой момент могут его убить, он в плену и никого убить не может.
Как ни крути, шансы были хреновые.
Саид подошел на шаг и наклонился к Кремневу.
— А я когда там, в ауле, твоего человека резал, он боялся. Кричал.
Кремнев понял, что ссоры избегнуть не удастся в любом случае.
— Громко кричал?
Саид ухмыльнулся.
— Гро-омко.
— То есть как ты, когда тебя в задницу дерут?
Ухмылка мгновенно сменилась оскалом, и Саид, выхватив нож, рванулся на Кремнева.
Кремнев отскочил в сторону, заняв оборонительную стойку. Саида перехватили остальные боевики. Они громко что-то зашептали ему на ухо. Язык был незнаком Кремневу, но он отчетливо разобрал прозвучавшее несколько раз имя Эмир-хана.
Судя по тому, как боевики пытались отобрать у Саида нож, Кремнев понял, что Эмир-хан отдал приказ ни в коем случае не убивать его.
Было похоже, что сам Эмир-хан и был главным инициатором этого столкновения.
Мысли бежали лихорадочно, их было много, но все они сводились к одной.
Как драться?
Разумеется, при других обстоятельствах Кремнев бы уже давно поломал голыми руками всех этих пятерых абреков.
Но Эмир-хан хотел посмотреть, чего он стоит. А физическая подготовка в данном случае была единственным козырем Кремнева, его надо придерживать до конца.
Следовательно, в полную силу драться было нельзя.
Но обострять ситуацию было самое время.
— Я вижу, ты только с ножом смелый. А по-другому никак?
— Будет тебе сейчас по-другому.
Саид бросил на землю нож и два пистолета.
Боевики замахали руками, призывая остальных.
Готовилась всеобщая потеха.
Уже через пару минут образовался живой круг, внутри которого, приглядываясь друг к другу, ходили Кремнев и Саид.
«Только бы не убить, — носилось в мозгу Кремнева. — Только бы не убить».