Чтение онлайн

Едва он это сказал, как из-за поворота дороги показался конный отряд во главе с Крагом.

— Убейте его! — в ярости зарычал узур­патор, останавливая своего коня.

Воины Крага ринулись на Микеландже­ло. Но Микеланджело успел метнуть в них шесть кинжалов. Шесть солдат свалились с седел и остались неподвижно лежать на земле. Еще двух, которые приблизились к нему первыми, он сразил своим мечом. Ос­тавшиеся двенадцать окружили кимме­рийца.

Доскакав до каменной плотины с боль­шими железными створками, Грегори ог­лянулся. Микеланджело сдерживал натиск нападающих, молниеносно отражая удары, которые сыпались на него со всех сторон.

Черепашка-ниндзя успел сразить еще трех врагов, пока, наконец. Краг не крик­нул:

— Оставьте его мне! Никогда в жизни мне не доводилось видеть такого мерзкого урода! Мне доставит большое удовольствие лично проткнуть его!

Воины охотно выполнили приказ своего повелителя. Краг извлек из ножен свой меч с черным лезвием и ринулся на Мике­ланджело. Их клинки скрестились.

Ниндзя видел, что боец из Крага никудышный — это чувствовалось по его дви­жениям. Но, к своему изумлению, Мике­ланджело никак не мог поразить Крага. Черный меч словно сам руководил Крагом, парируя все удары киммерийца.

Тем временем Грегори напрягал все уси­лия, пытаясь привести в действие тяжелое железное колесо, которое раздвигало воро­та шлюза. Но ему это было явно не под си­лу. Тогда он подсунул под зубчатое колесо свой меч, используя его как рычаг, и нада­вил грудью на рукоятку. Колесо слегка сдвинулось с места.

Краг начал атаковать Микеланджело. Черное лезвие свистело у самой шеи чере­пашки. Краг уже дважды нанес легкие ца­рапины на правую лапу Микеланджело.

— Неужели ты тоже думаешь, что мо­жешь устоять против черного меча! — тор­жествующе расхохотался узурпатор умб­рийского трона.

Микеланджело чувствовал, что у него не остается никаких шансов выйти живым из этого поединка.

Черный меч просвистел у него над самой головой, едва не задев повязку.

— Спасайся, Микеланджело! — вдруг прозвучал спасительный крик Грегори со стороны плотины.

Не теряя больше ни секунды, Микеланд­жело тронул за поводья коня, который сам развернулся и поскакал к броду. Расшвы­ряв трех воинов, которые преграждали путь к реке, Микеланджело въехал в воду.

— Трус! От меня тебе все равно не уйти! — крикнул вдогонку Краг, пришпоривая коня.

Микеланджело выбрался на высокий ка­менистый берег в то время, когда Краг с ос­тавшимися в живых воинами еще был на середине брода. И в тот же миг Грегори приналег на рычаг. Раздался оглушитель­ный рев речного потока, который вырвался на простор.

Увидав, какая опасность им грозит, вра­ги в ужасе закричали. В следующую секун­ду река вокруг них поднялась и вздыбилась бушующими волнами. Водяная громада об­рушилась! на умбрийцев, бешено пенясь. Кони, шалея от ужаса, ринулись в поток. Его буйный рев заглушил дикие вопли вра­гов, исчезнувших среди пены.

Лишь один из воинов, который самым последним въехал в реку и оказался ближе всех к берегу, упал с коня, сшибленный по­током, и успел ухватиться за ветку ивы, растущей у самой воды. Выбравшись на землю, он стремглав кинулся вперед, вдоль течения. Спустившись по пологому берегу, он протянул руку и успел-таки схватить за волосы Крага, которого сильное течение во­локло по камням.

Завопив от боли, Краг уцепился одной рукой за спасительную ладонь, а второй придерживал самое ценное, что у него бы­ло — черный меч в ножнах. Выкарабкав­шись на берег, узурпатор с трудом перевел дух и спросил воина:

— Как тебя зовут?

— Куко, — подобострастно ответил тот. — Всегда рад служить своему повелителю.

— С сегодняшнего дня, Куко, ты будешь моим доверенным лицом, — поблагодарил его Краг. — Это большое доверие и боль­шие деньги. Но не вздумай кому-нибудь хвастаться, будто король Краг именно тебе обязан спасением жизни.

— Да лучше я себе язык откушу! — по­клялся довольный Куко.

Поднявшись на ноги, Краг мрачно посмо­трел на противоположный берег и погрозил кулаком путникам, которые уже скрылись из виду.

Я отомщу, я ужасно отомщу, — про­шипел узурпатор. — Придет день, когда от Каледийского герцогства не останется даже воспоминаний. Придет день, когда я схвачу проклятого Грегори и подарю королеве фей. Этот дуралей даже не подозревает, что волшебное озеро находится недалеко от Ка- ледийского замка.

Он повернулся к Куко и дружески хлоп­нул его по плечу:

— Завтра же ты отправишься в Каледию. Не спускай глаз с Грегори и Микеландже­ло. Докладывай мне о каждом их шаге. Я уверен, что рано ли, поздно ли, но они уго­дят в одну из моих ловушек.

— Будет исполнено, — поклонился Куко.

— А ты молодчина, — хлопнул Микелан­джело принца по плечу.

— Я — способный ученик, — скромно улыбнулся Грегори. — Ты — замечатель­ный учитель, Микеланджело. Ты учишь быть героем.

— Я успел заметить, что Краг все-таки выбрался из воды, — помрачнел черепаш­ка-ниндзя. — Один из солдат ему помог.

— Как жаль! — печально вздохнул умбрийский принц.

Не горюй! — подбодрил его Микелан­джело. — Чует мое сердце, что мы еще столкнемся с этим типом. Верь мне, при­дет час, когда ты отомстишь за смерть отца и матери. Ты вернешь свое королевст­во и будешь править мудро и справед­ливо.

— А ты станешь соправителем?

— Нет, — покачал головой отважный че­репашка. — К чему мне власть? Я счаст­лив, что живу так, как мне нравится. У ме­ня — самые лучшие в мире друзья. Правда, сейчас они далеко отсюда, очень далеко. Но я верю, что когда-нибудь снова встречусь с ними. Самая высшая ценность для меня в этом мире — свобода. И ее я не променяю даже на трон соправителя коро­левства. Но я обещаю, что помогу тебе рас­квитаться с узурпатором и восстановить справедливость.

Смеркалось, когда путники достигли стен Каледийского замка, недалеко от которого раскинулся большой город. Каледийская герцогиня, когда ей доложили о прибыв­ших, радушно приняла беглецов. Она уже была наслышана о государственном перево­роте в соседней Умбрии и охотно предоста­вила законному наследнику умбрийского трона убежище.

Герцогиня была благодарна Микеланд­жело за то, что он спас сына ее родной сестры от верной смерти, и просила его погостить в Каледии. Черепашка-ниндзя и не думал отказываться. Он понимал, что до тех пор, пока друзья не отремон­тируют машину времени и не явятся за ним, ему нечем будет больше заняться. Пока же на его долю выпало то дело, ра­ди которого Микеланджело и жил — за­щищать обиженных и сражаться с него­дяями.