Чтение онлайн

— Этого довольно?

Крестьянка схватила монету, которая с лихвой оплачивала все вишни в ее кор­зинке вместе с деревом, на котором они со­зрели, и с участком земли, где росло это де­рево.

— Что мне с вас больше-то просить! Рада вам услужить, моя принцессочка! — отве­тила хитрая крестьянка.

— Ну, тогда положите еще вишен в шап­ку моего спутника, — попросила Клер, и вы получите еще одну золотую монету.

Крестьянка охотно сделала это, а затем пошла своей дорогой, обдумывая, в какой шерстяной чулок, в какой тюфяк запря­тать ей золото.

Клер и Грегори шагали дальше, поедая вишни и бросая косточки направо и нале­во. Умбрийский принц выбрал две вишен­ки, державшиеся на одной веточке, и наце­пил на уши своей спутнице, как сережки. Он смеялся, глядя, как эти румяные ягод­ки-близнецы покачиваются у щек Клер.

Их веселое путешествие прервал каме­шек. Он забрался в башмачок Клер, и она начала прихрамывать. Каждый раз, как она спотыкалась, ее белокурые локоны взлетали и падали ей на щечки. Так, прихрамывая, она прошла несколько шагов и уселась на краю дороги. Грегори встал возле нее на ко­лени, снял с ее ноги атласную туфельку, встряхнул — и оттуда выскочил маленький белый камешек.

Клер поглядела себе под ноги и сказала:

— Когда мы еще раз пойдем на озеро, то наденем сапожки.

Солнце уже начало клониться к западу. Легкий ветерок ласкал щеки и шеи юных путешественников, и они, приободрившие­ся, смело продолжали свой путь. Чтобы легче было идти, путники распевали песни, держась за руки, и смеялись, глядя на дви­жущиеся перед ними две сплетенные тени.

Но вдруг Клер остановилась и закричала:

— Я потеряла туфельку!.. Мою атласную туфельку!..

Маленькая туфелька, шелковый шнурок которой развязался при ходьбе, лежала на пыльной дороге.

Оглянувшись, Клер увидела, что башни Каледийского замка уже скрылись на гори­зонте в тумане. Она почувствовала, что сердце у нее сжалось и слезы подступили к глазам.

— Нас съедят волки, — сказала она. — Матушка нас больше не увидит и умрет от горя»

Но Грегори надел ей на ножку туфельку и пообещал:

— Когда колокол в замке прозвонит к ужину, мы уже придем обратно. Вперед!

Пройдя еще полмили, Грегори радостно завопил:

— Озеро! Клер, смотри — озеро, озеро, озеро!

— Да, Грегори, озеро!

С криком «Ура!» Грегори подбросил вверх свою шапку. Клер была слишком благовоспитанна, чтобы швырнуть вверх свой чепчик. Но она сняла с ноги туфельку, которая едва держалась, и бросила ее через голову в знак радости.

Озеро лежало перед ними в глубине доли­ны, округлые склоны которой мягко спус­кались к серебристым волнам, словно за­мыкая их в громадную чашу из цветов и зелени. Было видно, как колышется зелень на пока еще не ясных берегах чистого и спокойного озера. Но среди густых зарос­лей на склонах долины незаметно было ни­какой тропинки, которая вела бы к этим прекрасным водам.

Тщетно разыскивая дорогу, Грегори и Клер повстречали маленькую девочку в ов­чине, накинутой на плечи. Она гнала хво­ростиной гусей, которые стали щипать за икры принца и юную герцогиню. Умбрий­ский принц спросил:

— Как тебя зовут?

— Жильберта, — ответила та, с любо­пытством разглядывая пришельцев.

— Как нам пройти к озеру, Жильберта?

— К нему нельзя пройти, — ответила па­стушка с таким видом, словно Грегори ин­тересовался дорогой на Луну.

— А почему?

— А потому,..

Ну, а если, все-таки, попытаться пройти?

— Коли бы пытались пройти, так была бы дорога.

Что могли ответить высокородные путе­шественники на этот аргумент гусиной па­стушки?

— Пойдем, — сказал Грегори спутнице. — Там, дальше, мы, вероятно, найдем какую-нибудь тропинку в лесу.

— И нарвем орехов, — сказала Клер, — и будем их есть, потому что я проголо­далась. А когда мы в следующий раз сно­ва пойдем на озеро, то возьмем с собой большую корзину с разными вкусными вещами.

— Так и сделаем, как ты говоришь! — подхватил Грегори. — А сейчас пойдем по­быстрее, потому что, мне кажется, день уже на исходе, хоть я и не знаю, который час.

— Вот пастушки — те знают, который час: они смотрят на солнце, — сказала Клер. — Но я-то ведь не пастушка! А толь­ко мне помнится, что, когда мы уходили, солнце стояло у нас над головой, а теперь оно совсем далеко — там, за городом.

Юные путешественники нашли в лесу узенькую тропинку, по которой, наверное, никогда не гуляли влюбленные, потому что по ней нельзя было идти рядом, держась за руки, как ходят жених с невестой. Да тут и не было видно никаких человеческих сле­дов, кроме бесчисленных отпечатков ма­леньких раздвоенных копытцев.

— Это следы бесенят, — предположила Клер.

— А, может быть, коз, - сказал Грегори. Так это и осталось невыясненным. Одно

только было ясно — что тропинка полого спускается к берегу озера, которое вдруг предстало перед юными путешественни­ками во всей томной и молчаливой красе.

Ивы курчавились по его берегам нежной листвой. Камыши покачивали над водой свои гибкие мечи и бархатные султаны. Они смыкались в колышущиеся островки, вокруг которых водяные лилии расстилали свои широкие листы и цветы с белыми лепестками. На этих цветущих островках стрекозы с изумрудными и сапфирными тельцами и огненными крыльями чертили в своем стремительном полете замысловатые кривые.

Грегори и Клер с наслаждением погружа­ли уставшие ноги во влажный песок, по­росший хвойником и остролистым рогозом. Кувшинки посылали им аромат своих мяг­ких стеблей. Папоротник покачивал кру­жевным опахалом у края дремлющих вод, и сияли лиловые звездочки иван-чая.

Каледийская герцогиня и умбрийский принц не подозревали о том, что им грозит смертельная опасность. С момента их выхо­да за стены замка за ними неотрывно сле­дили два человека.

Один из них был злейшим врагом Грего­ри — узурпатор Краг, второй — его слуга Куко. Уже давно Куко следил за Грегори и Клер. По случайности, именно в этот день Краг тайно навестил своего лазутчика, что­бы узнать последние новости о своем глав­ном враге. Оба поверить не могли в удачу, когда увидели Грегори и Клер, идущих без охраны из замка к озеру.

Не скрывая радости. Краг удовлетворен­но потирал руками. Умбрийский принц сам пришел туда, куда узурпатор намере­вался притащить его силой.

Клер бежала по песку между двумя купа­ми ив. Прямо перед ней крошечная зеле­ная лягушка с белым брюшком прыгнула в воду. По озеру пошли круги, которые все расширялись, а затем исчезли. Все без­молвствовало. Легкое дуновение пробегало над светлым озером, и каждая волна слов­но расплывалась в мягкой улыбке.