Через год в это же время
Шрифт:
Снова звякнул дверной колокольчик, пришел Алан. С минуту он изучал представшую перед ним картину, потом, не говоря ни слова, присоединился к девушкам и начал прыгать. Получалось немного кривовато из-за его ноги, но он удерживал ритм.
– И они оплатили все вперед! Ты можешь в такое поверить? Нам теперь хватит денег, чтобы удержаться на плаву, и еще останется! – Лейла принялась молотить кулаками в воздухе, избивая невидимого противника. – Отмена смертного приговора! Полное помилование!
Минни во все горло заорала песню Аланис Морисетт «Ironic». А потом они обе хохотали и пели во всю силу легких. Ну то есть Минни и Лейла выкрикивали слова, а Алан басовито гудел, изображая аккомпанемент, но непохоже было, что он вообще знает эту песню.
Тут появилась Флер, окинула их испепеляющим взглядом и сообщила, что все их поколение чрезвычайно странное.
Когда наконец возбуждение схлынуло, Минни поцеловала серебряный четырехлистник клевера, который носила на шее на цепочке. Она просто поверить не могла в то, что удача повернулась к ним лицом именно в тот момент, когда им это было так нужно. Потом она замерла.
Нет, это не могло быть просто удачей – то, что заказ пришел именно в этот момент.
Она попросила Лейлу рассказать о подробностях заказа. Им позвонила какая-то женщина, сразу оплатила счет по карте через телефон и сообщила названия и адреса пятнадцати компаний, куда нужно было доставить пироги в разные числа месяца. Но «Ничего трудного» не обслуживала корпоративных клиентов; они пекли пироги для людей, которые сами уже не в силах были готовить, для ранимых и социально изолированных. И с чего вдруг какая-то бизнесвумен захотела сделать заказ в компании вроде нашей? Как они там вообще о нас узнали?
– Ой, и еще она просила, чтобы мы привезли их готовыми к употреблению, так что нам придется купить побольше термоупаковок, – добавила Лейла.
Минни посмотрела на список адресов, который дала ей Лейла. Узнала она лишь один из них – это была газета, где работал Грег.
– Похоже, кто-то решил нам помочь, – сказала она.
– Я тоже так подумала, – согласилась Лейла.
Минни знала, что у Грега таких денег нет. Может, он как-то связался с предпринимателями, так или иначе имевшими отношение к его газете? Может, он сумел благодаря своей работе устроить такое? И Минни вдруг ощутила нежность к Грегу. Может, он в конце концов попытался облегчить ей жизненные тяготы?
– Хм… – промычала она, снова просматривая список. – Но это, вообще-то, не то, для чего мы создавали дело, так? Мы не корпоративные поставщики. Мы собирались готовить для нуждающихся… и именно на это мы получаем субсидии.
– Минни, мы не в том положении, чтобы привередничать. – Лейла сердито уставилась на подругу. – Если честно, мне плевать, даже если пироги закажет варвар Атилла, чтобы накормить племя диких убийц, или они понадобятся школе клоунов, чтобы потренироваться в швырянии пирогов друг в друга… Они заплатили, и мы это сделаем! – Лейла прищурилась и коротко встряхнула головой. – Я готова идти в банк.
Лейла развернулась и ушла вглубь кухни, к узкому деревянному столу, на котором лежал ее ноутбук. Минни достала телефон и отправила сообщение Грегу:
Ты, случайно, этим утром не заказал несколько тысяч пирогов? ххх
– Что, это Грег? – спросила Флер.
– Не знаю, – ответила Минни.
– Весьма предсказуемо для человека, который думает, что должен всех спасать. – Флер изобразила зевок. – Но важнее другое. Расскажи-ка, что там произошло на прошлой неделе с этим крутым Квинном? И если ты не бросишь Грега ради него, можно мне им заняться?
Лейла подняла голову от экрана компьютера. В субботу по телефону Минни в деталях описала, как все прошло. Ну, возможно, не совсем все. Она рассказала о знакомстве с Тарой и о том, как разбила лампу, что Квинн – человек общительный, но он из тех, кто дружелюбен вообще со всеми. Однако она не стала упоминать о странном ощущении в своем животе или о том, что мысли о Квинне никак не выходят у нее из головы.
– Он очень помог, – сказала она. – Но это ничего не значит. К тому же у него очень красивая и успешная подруга.
– А может, она не так хороша, как я, если честно, а? – заявила Флер, прикладывая ладони к щекам и хлопая ресницами.
На стойке администратора зазвонил телефон.
– Флер, ты можешь ответить? – закричала Лейла.
Флер вздохнула, изящно крутанулась на месте и вернулась к скучным обязанностям и своей единственной работе.
В кухне вскоре все вошло в обычный ритм. Запах выпечки и уверенности наполнил воздух. Алан вызволил свой фургон и уехал с заказами. Флер позвонила нескольким клиентам, подтверждая их заказы на несколько следующих недель.
– Что, от Двойняшки никаких новостей? – тихо спросила Лейла, когда они с Минни были в сторонке от остальных.
Ее любопытство насчет Квинна явно превышало ее раздражение из-за реакции Минни на странный заказ.
– Мне бы хотелось, чтобы ты перестала называть его так. Это же глупо.
– Нет, не глупо, поверь мне.
– Послушай, он хороший человек, помог нам с машиной, вот и все.
Но так ли это? Между ними осталась какая-то неловкость… В воскресенье она отправила Квинну сообщение, еще раз благодаря за помощь и извиняясь за разбитую лампу его матери. Он ответил через несколько часов коротким: «Никаких проблем». Два слова. Никаких проблем. Что это значило? Нет проблем из-за лампы? Нет проблем с помощью? Нет проблем из-за неприязни к нему Минни по поводу, к которому сам он не имеет отношения? Минни подумала, что ей не по силам расшифровывать сообщения мужчин. Не до того ей.
– И ты не провела выходные, придумывая способ снова с ним увидеться? – с понимающим взглядом спросила Лейла.
– Лейла, у тебя разве нет счетов, с которыми ты должна разобраться? – поинтересовалась Минни, щурясь.
– Есть. И я занимаюсь, – кивнула Лейла, хватая ноутбук и захлопывая его. – Пойду в кофейню за углом, там поработаю. Здесь слишком многое отвлекает.
Когда Лейла ушла, Минни стала помогать Беверли распаковывать коробки с ингредиентами на рабочем столе. Минни была так сосредоточена на новом повороте событий, что до этого по-настоящему не обратила внимания на Беверли. А та выглядела ужасно. Под глазами у нее лежали темные круги, она ссутулилась. Как будто на ее плечи взвалили тяжесть всего мира.
– Бев, у тебя все в порядке? – Минни прекратила работу и коснулась руки Беверли, та моргнула усталыми отекшими глазами. – В чем дело, это как-то связано с твоей забывчивостью или беспокойством об экологии? – мягко спросила Минни. – Ты скажи, я хочу узнать.
– Если я попробую объяснить, ты решишь, что я чокнулась, – чуть слышно ответила Беверли, наклонившись над столом.
– А ты попытайся.
Бев испустила медленный, протяжный вздох:
– Это началось пару недель назад, когда я смотрела одно из этих шоу Брайана Кокса на Би-би-си.