Чтение онлайн

Подлинное мужество проявляли саперы, обезвреживая многочисленные минные заграждения, открывая путь для наступавших войск. Воины 64-й комсомольской инженерно-саперной бригады только на рубеже реки Баксан сняли 3000 мин. Особенно отличился при этом старший сержант бакинец Джабраил Аллахвердиев за два дня он обезвредил 470 мин!

Верховное командование германской армии строжайше приказало трем пехотным и двум танковым дивизиям, а также частям соединения "Ф" (африканский корпус) любой ценой остановить советские поиска на рубеже Кума, Золка. Но из этого ничего не вышло. Войскам Северной группы понадобилось всего два дня, чтобы преодолеть сопротивление противника, форсировать шумную Куму и углубиться в степь, продолжая преследование врага.

11 января войска 9-й и 37-й армий освободили Пятигорск, а части 37-й армии - Кисловодск и завязали бои за Минеральные Воды, Железноводск и Ессентуки.

Первыми в Минеральные Воды с ходу ворвались танкисты 52-й Краснознаменной танковой бригады. К концу дня они вместе с бойцами 131-й стрелковой бригады полностью очистили город.

В этих боях вновь отличились танкисты Героя Советского Союза В. Я. Петрова - теперь уже командира батальона. Прорвавшись к железнодорожной станции и подбив паровозы двух эшелонов, они создали на станции Минеральные Воды пробку. Много эшелонов с танками, боеприпасами и другими военными грузами были взяты к качестве трофеев. Несмотря на отчаянные попытки, противнику не удалось прорваться через Минеральные Воды.

Писатель П. А. Павленко, прибывший в Пятигорск вместе с войсками 9-й армии, рассказывал мне:

"Вместе с сержантом-разведчиком мы прежде всего устремились на Лермонтовскую улицу, к домику, где умер Лермонтов. Хотелось поскорее проверить, уцелела ли эта святыня, дорогая сердцу каждого советского человека, не надругались ли над ней гитлеровцы. На дверях домика увидели проштемпелеванный листок: "Реквизировано и взято под охрану штабом Розенберга и местной комендатурой, согласовано с высшим командованием армии. Вход в здание и снятие печати запрещено". "Что за притча? - думаю. - Откуда такое бережное отношение к реликвиям русской культуры у тех, кто осквернил яснополянскую святыню, разграбил дом-музей Чайковского в Клину?" А дело объяснялось просто. 4 сентября домик Лермонтова посетил нацистский писатель Зигфрид фон Фегезак, заявивший, что отныне "домик будет содействовать ознакомлению немцев с русской литературой и даст понятие о России". Зато с местом дуэли поэта у подошвы Машука, где стоит каменный обелиск, фашисты не поцеремонились. Они вырубили здесь зеленые насаждения, расстреляли немало пятигорцев. Не пощадили фашисты и город. Эсэсовцы заложили мины и подорвали Дом партийного актива, Госбанк, старейшее здание бальнеологического института..."

На месте дуэли поэта собрались бойцы, командиры, политработники. Возник стихийный митинг. С разрешения находившегося здесь командующего 9-й армией генерал-майора К. А. Коротеева была принята необычная присяга. П. А. Павленко обратился к замершим в строю воинам и торжественно произнес:

–  Клянемся великому русскому поэту поручику Тенгинского полка Лермонтову, что наши войска дойдут до Берлина!

–  Клянемся! - грянули хором бойцы и командиры.

Варварские разрушения увидели мы и в освобожденном Нальчике. Там, где раньше были здания Дворца пионеров, педагогического училища, Кабардино-Балкарского театра драмы, республиканской библиотеки, остались груды развалин.

Город за городом, селение за селением освобождали наши войска от фашистских оккупантов. Минеральные Воды, Кисловодск, Железноводск, степной город Буденновск...

20 января был освобожден Невинномысск, 21 января - Ставрополь, 24 января - Армавир.

Другая группа войск Закавказского фронта вышла из горных теснин Приморья в кубанские стеши, отбила у врага Майкоп, а за ним и Краснодар.

Только за первые 20 дней нашего наступления мы разгромили пять немецких дивизий и много отдельных частей армейского подчинения, уничтожили 170, захватили 314 танков, а также много самолетов и орудий разных калибров.

Трофейные команды собрали без малого 385 тысяч артиллерийских снарядов, почти столько же авиабомб, 3 миллиона винтовочных патронов.

Среди других трофеев были 600 вагонов с авиабомбами. На этих вагонах стояла выразительная надпись - "Для Баку".

Начиная свой поход на Кавказ, Гитлер рассчитывал захватить Баку к 25 сентября. Уже печатались справочники-путеводители и набирался штат для акционерного общества "Немецкая нефть на Кавказе". А в декабре Гитлер мечтал лишь о том, чтобы разбомбить Баку с воздуха. Но и это ему не удалось...

На перевалах

Из районов Северного Кавказа в благодатную долину Риона, к берегам Черного моря ведут несколько горных перевалов. Через них кое-где проходят довольно сносные автомобильные дороги, а местами едва приметные троны, вьющиеся но краю обрыва. Любое неосторожное движение но ним может стоить жизни. Вверху - снежные пики, по склонам - никем не тронутые леса, в ущельях - пенящиеся горные речушки. Есть и такие тропинки, по которым неискушенному человеку, кажется, и шага не ступить. Но для хорошо подготовленных горных войск они вполне проходимы.

Еще наши славные предки - солдаты русской армии доказали, что они с успехом могут действовать в самых трудных природных условиях, в том числе и в высокогорных районах Кавказа.

Старики горцы до сих пор с уважением вспоминают, как русские солдаты в 60-х годах прошлого века первыми проложили путь через перевалы Чемашха и Доу от Псеман, на Северном Кавказе, до Сухуми. А в гражданскую войну красноармейские отряды, изнуренные боями и голодом, совсем не знакомые с горами, имея лишь нескольких кавказцев-проводников, глубокой зимой прошли по этим труднопроходимым и опасным местам.

Этим же путем, идущим через перевалы Главного Кавказского хребта, устремились и немецко-фашистские войска. Их планы были ясны - как можно скорее выйти к берегам Черного моря и во взаимодействии со своими главными группировками поиск, наступавшими под Орджоникидзе и Туапсе, овладеть Кавказом, а затем и Закавказьем.

Несомненно, гитлеровцы, начиная свой поход на Кавказ, надеялись, что им удастся привлечь какую-то часть населения на свою сторону, посеять среди народов Кавказа рознь. Но враги просчитались.

Пароды Кавказа, как и все советские люди, не щадили ни сил, ни самой жизни для достижения победы над немецко-фашистскими захватчиками.

Хочется рассказать об одном отважном сыне гор добровольце Ахсарбеке Абаеве. Нашим частям предстояло освободить его родное село Дигора. Девятнадцатилетний осетин Ахсарбек с разрешения командира глубокой ночью тайными тронами вывел 20 автоматчиков в тыл немцам. Утром, когда подразделения нашей стрелковой дивизии начали атаку, автоматчики ударили из засады. Фашисты растерялись, решили, что попали в окружение. Вражеский гарнизон был почти полностью уничтожен.

Незадолго до этого Абаев спас жизнь раненому командиру. Он смело вступил в бой с пятью гитлеровцами, уничтожил их и вынес командира в безопасное место. В этой схватке Абаев был ранен, но снова вернулся на передовую.

Так же храбро сражался Ахсарбек Абаев и в других боях на Северном Кавказе и в Крыму. За совершенные подвиги он был удостоен высокого звания Героя Советского Союза.

Вот какими отважными воинами были горцы! Горцы, особенно сваны, прекрасные охотники, альпинисты. Многие из них вызывались быть проводниками советских частей, действовавших в горах, указывали им пути обхода противника с флангов и захода ему в тыл. Местное население доставляло войскам боеприпасы и продукты питания, изыскивало вьючный транспорт, шило специальное горное обмундирование для наших горных отрядов.