Чтение онлайн

— Ты тоже весьма хорош! — шепнула я, присаживаясь в реверансе.

Возвращая юную леди оруженосцу Светлого рыцаря, мерзкий кошак не преминул подпортить ему настроение.

— Благодарю за оказанную честь и доставленное удовольствие, прелестная незнакомка! — Он покосился на Ника и томно похлопал ресницами. — И слегка завидую вашему… несомненному счастью. Прийти на бал с таким мужчиной… Между прочим, большой риск! Жаль, что традиции не позволяют мне лично оценить его пластику. Не сочтите за пошлый намёк, господин маг!

И гадёныщ похабно облизнулся, в точности копируя манеру лорда.

— Ну что вы, — парировал Ник. — Поверьте, я тоже в полном восхищении. Ваш бал воистину превосходит любые ожидания.

— Рад это слышать, — кивнул братец Кай и отошёл наконец, а Ник вдруг сильно стиснул мои пальцы и едва слышно процедил:

— Что ты на него уставилась? Красивый мальчик? Понравился?

Осознав, что неотрывно пялюсь в спину своего ожившего отражения, я скорчила злобную гримасу и прошептала:

— Очень! А ещё красивее он был бы с кинжалом, вонзённым между лопатками!

Мой ревнивый кавалер слегка расслабился и возразил:

— В спину нельзя. Не по регламенту…

— Но очень хочется!

Оркестр грянул вальс, и я тут же оказалась в желанных объятиях. Ну, насколько это возможно в танце.

— Злая какая девочка… — проговорил Ник, едва ощутимо лаская мою ладонь. — Моя злая красивая девочка… Которую надо срочно согреть…

Наверное, расстояние между нами было меньше, чем положено в вальсе. Но я бы и ещё сократила, потому что он так смотрел…

— Согрей… — прошептала я, и самый потрясающий в зале мужчина улыбнулся.

— Прямо сейчас? Может быть, чуть позже?

Кивнуть, заворожённо рассматривая его глаза — цвета апрельского неба. Кивнуть на следующие слова, даже не расслышав их. Удержаться и не облизнуть пересохшие губы, потому что именно так делает мой брат, мой несуществующий брат, который тоже немножко влюблён в это чеканное лицо, эти губы, так твёрдо очерченные, такие нежные, когда касаются моих… Оторваться от них и уткнуться в шею, втянуть в себя запах с тонкой ноткой самшита, попробовать на вкус… Коснуться языком уха с вытянутой мочкой, ощутить, как вздрогнуло сильное тело, как руки, только что ласково гладившие спину, прижали теснее… Позволить его пальцам проникнуть под сотуар и под корсаж. Почувствовать, как родившийся внутри горячий ветер набирает силу урагана…

Я правда не заметила, как мы оказались за шторами, в глубокой нише. И как я оказалась между коленями Ника, усевшегося на подоконник, не заметила тоже. В реальность меня вернул вежливое, но громкое покашливание, раздавшееся совсем рядом. Очень знакомое покашливание! Наверное, следует сказать спасибо дворецкому Чёрного замка… Сначала развоплотить, распылить… А уже потом поблагодарить, свет его разорви!

— Кажется, мы увлеклись, — вздохнул Ник, озираясь. — Пожалуй… — согласилась я дрогнувшим голосом. — И кажется, я всё-таки в тебя влюблён, — сказал он, вздохнув ещё тяжелее.

— Хорошо, — оценила я.

— А тебе не кажется, что пора уходить отсюда? Хотя бы для того, чтобы продолжить…

— Продолжить что?

— Согревать тебя. Без лишних свидетелей… Или ты передумала?

— Передумала что?

— Быть моей… — Он заглянул мне в глаза. — Передумала?

Я не очень поняла, что он имеет в виду, но была совершенно не против продолжать прямо здесь. Продолжать делать всё то, что мы делали до того, как нам помешали. Надо только отослать отсюда Белка!

— Нет-нет! — заверила я, тщательно прощупывая нишу, стенки, раму и оконное стекло. Никого… Может, нечаянно развоплотила? Это, конечно, не очень хорошо, но зато никто больше не помешает — побоятся разделить участь дворецкого!

— Пойдём. — Ник осторожно отстранил меня и слез с подоконника. — Надо найти Лекса с Мелли и сваливать отсюда. Я натанцевался на полжизни вперёд! Ганс! — тихо позвал он.

По моей щеке чиркнуло гладкое, шелковистое крыло, и на плечо Ника опустился крошечный ворон.

— Скажи Сане, что я хочу уйти, — попросил Ник.

— Твой… Их светлость изволят беседовать с будущим тестем.

— Вот пусть сворачивает беседу и держится около Мелли. Пора уходить.

— До полуночи ещё полтор-ра часа, — заметил фамилиар.

— А что будет в полночь? Личины спадут? Окажемся в толпе скелетиков и древних тёток?

— Не совсем, — уточнила я. — Вассалы лорда вряд ли покажутся в настоящем виде, они этого не любят.

— Откуда такая осведомлённость? — с подозрением спросил Ганс.

— Я давно собираю информацию, — выкрутилась я. — Врага надо знать в лицо! Но для верности можно спросить принцессу…

— Или Кормчего этого! — мечтательно сказал Ник.

— Думаю, он мне скажет. Интересный, кстати, мужик! — И, между прочим, равный тебе, как оруженосцу Светлого рыцаря, — добавила я.

— Он в каком-то смысле тоже оруженосец. А ты в каком-то смысле — советник.

— Да-да, — хмыкнул Ник. — Я уже в курсе, что рыцарь круче повелителя Дикой Охоты. Поверить в это только трудновато… Ворон на его плече переступил с лапы на лапу и саркастично заметил: — А никто и не обещал, что быть величайшим магом легко и пр-риятно.

Я была с ним абсолютно согласна. Величайшие маги — они всегда на виду! Поцеловаться наедине — и то проблема…

За несколько недель, проведённых в сказочном мире, программист из мира технологического успел смириться с тем, что окружающая действительность является не сном, а явью. И явным доказательством этого стали в первую очередь новые знакомые. Трудно удивляться говорящему еноту, если он не только создаёт порталы, но и с аппетитом лопает мясо. Невозможно испытывать пиетет перед некромантом, гоняющим по экрану компьютерных монстриков. Не получается бояться всесильного тёмного властелина, который ведёт себя как избалованный подросток. Ну и нельзя не верить собственному телу, остро реагирующему на красивую и желанную девушку. Что уж говорить о самой магии! При внимательном рассмотрении она оказалась не более чем управляемой способностью организма, к которой вполне можно приложить имеющиеся знания. Всё равно, что новый язык выучить.

Последним фактом, убедившим Ника в реальности происходящего, стали рассуждения Кормчего Дикой Охоты о конструировании вероятностных моделей. Ну а его профессия… Да мало ли на свете эксклюзивных профессий!

Словом, через пару часов единственным, что мешало расслабиться и получать удовольствие на балу нечисти, было чувство ответственности за свою «команду». Толерантность — штука, конечно, хорошая. Но вот в её реализацию в данных условиях верилось куда меньше, чем в магию. Кто знает, в какой момент вассалы Тёмного лорда перейдут от дурацких шуток к серьёзным воздействиям? И что стукнет в красивую голову его темнейшества? Не-ет… Пора! Пора и честь знать…

Определить виновника шутки, завершившей пребывание на балу Светлого рыцаря, Нику не удалось. Да и желания не возникло. Предыдущие шалости тёмных он воспринимал как своеобразную игру, проверку на вшивость, не лишённую изящества и чувства юмора. Тем более что, определив источник, можно было на порядок приумножить действие и отправить его обратно. А вот последний выверт и шуткой-то назвать невозможно. Грубая, тупая, банальная подстава, совершенно недостойная высших адептов Мирового Зла.

Банановая шкурка на натёртом паркете.