Чтение онлайн

– Хада-я, нужно поговорить, - сказал Муштан, повернувшись.

Я поспешила к нему на Адиле, хотя верблюд был этому не рад.

– Что такое? – спросила я.

– Здесь я уже местность не знаю. Мы сможем ориентироваться только по солнцу. Здесь нет никаких других ориентиров, никаких изменений пейзажа, что могли бы нам помочь. Даже по картам сейчас сложно понять, где мы, - сказал он, поджав губы.

– Хотите сказать, что мы заблудились? – спросила я.

Он поднял плечи, словно хотел ими пожать.

– Я лишь говорю, что я здесь не был. Я старик и путешествовал много. И множество раз был в песках Анади, но мы в той части пустыни, что… Как сказать? Откуда нет возврата.

Несмотря на жару, мне стало холодно.

– Мы не можем свернуть.

– Я и не предлагаю, Хада-я, но ты должна быть готова. Нас должна вести твоя связь с богами. Может, молитва направит нас, - он усмехнулся, показывая желтые зубы.

Я поежилась. Кроме Эйвери, других божеств я не видела. Даже помощь Эйвери была случайной. Она ведь позволила моему отцу и матери Каза умереть. С чего бы ей помогать сейчас? Я попыталась не думать о плохом. Если такова моя судьба, мысли о поражении ничего не изменят.

– Нам остается лишь идти дальше, - сказала я Муштану. – Если такова моя судьба, мы скоро все поймем.

Муштан рассмеялся.

– Конечно, Хада-я.

* * *

Отгонять плохие мысли проще на сытый желудок. Но на следующий день я уже не была уверена в этом. Эйвери во снах не появлялась. Амулет Саши оставался одинаково теплым. Муштан притих. Я тревожилась, что он слабеет. Его люди становились беспокойными, и я оставалась настороженной, они могли предать и Муштана, и меня. Даже Каз почти не говорил. После паука он постоянно был мрачным. Я знала, что он тревожится, что нас найдут его отец и брат. Я тоже беспокоилась.

Я считала черепа, что встречались по пути: пять. И еще больше скрывал песок. Адил споткнулся о такой, и я упала с него, металлическая рука отлетела в сторону. Треов помог вернуть ее на место.

– Может, лучше все же крюк, - предположил он. – Он легче.

– Если ты так считаешь, - я взглянула на Каза.

– Думаю, крюк будет потрясающим, - сказал он. – Ты с ним будешь выглядеть еще сильнее.

– И нелепее, - отозвалась я.

Он поцеловал меня в макушку.

– Нет уж. Я видел тебя нелепой, Мей Вейландер, но это было из-за дурацких платьев, а не из-за оружия.

Дальше я путешествовала с крюком вместо одной руки. Это не выглядело по-королевски, зато я надеялась, что так будет удобнее. Адил шел вперед, рука Каза лежала на моей талии.

– Народ Эгунлэнда любил твою маму. В их сердцах королевой была она. Она была матерью своей страны. А у меня есть крюк, - я нахмурилась, металл мерцал на солнце.

– Они полюбят тебя так же, как я, - ответил Каз.
– Уже полюбили. Слухи о твоей силе разошлись быстро после неудавшейся свадьбы с Эллен. Все, кто выступает протии короля, любимы народом. Ты должна это знать. Но на коронации, пожалуй, крюк лучше снять.

Я не сдержала улыбки, но Каз был прав. Я с детства терпеть не могла короля. И была бы рада любому, кто восстал бы против его правления.

Послышался стон и удар. Я развернула Адила и увидела, что один из людей Муштана помогает вернуть Эллен на верблюда. Она почти потеряла сознание. Саша сидела за ней и приложила к ее губам флягу с водой. Сердце сжалось. Не все освоились в таком климате, а путешествовали мы уже долго. Я подождала, пока верблюд Саши поравняется с нами.

– Как она? – спросила я.

– Обезвожена и устала, - ответила Саша.

– Я ее исцелю, - ответила я.

Саша нахмурилась и вздохнула.

– Только осторожно.

Я прижала ладонь к ее лбу и подумала о холодном воздухе в Хальц-Вальдене. Я думала о море в Цине и запахе хвои леса Ваэрг. Эллен заерзала на седле, глубоко вдохнула и открыла глаза.

– Что случилось? – спросила она.

– Ты упала, - ответила я, голова после исцеления немного кружилась. – Но теперь тебе лучше.

– Сколько еще? – она смотрела на меня умоляющими синими глазами.

Я крепче вцепилась в поводья Адила, избегая ее взгляда. Как ответить, если я даже не знаю, где мы?

– Мы скоро прибудем. Обещаю.

Я повела Адила дальше, сердце билось быстрее.

– Мей, - сказал Каз.

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Не обещай того, что не выполнишь.

Ему не нужно было отвечать. Мы оба это знали. Но я была слабой. Я хотела дать ей надежду. И себе. Мне нужно присутствие Эйвери. Я должна знать, что она мне поможет. Но ее не было.

Я взглянула на синее небо. Нам нужна вода, но я не смогу управлять дождем, если призову его. Если я переменю погоду, опять будут потоки воды, а это опасно.

Вечером остановка была почти бессмысленной. Еды почти не осталось. Я отдала половину финика Эллен, а еще – немного воды. Это ее слегка приободрило, но она оставалась слабой. Я не хотела этого признавать, но и сама была не в лучшей форме. Спина и ноги болели от постоянной езды. Мы все похудели. Ключицы выпирали у меня, а у Каза – скулы. Многие Борганы сидели, обхватив головы руками, почти сломленные.

Муштан созвал всех, и мы продолжили путь на уставших верблюдах, двигаясь по прямой. Мы были лишь уставшими путниками с павшим духом.