Чтение онлайн

— Добро пожаловать в наш дом! Меня зовут Лира, а моего мужа — Фаус. Мы охотники! — заходя, с улыбкой сказала девушка. — Мы нашли вас у дома на деревянном настиле.

— Ещё мы слышали рёв животного ночью, но боялись подходить раньше, дожидаясь утра, — добавил входящий в проём Фаус.

— Можете рассказать, что случилось? — спросила Лира.

— Да, мы видели небольшие ожоги на вашем теле, и вы явно ослаблены.

— Мы не знаем, насколько мы сейчас далеко от того места, но… — начал Тир.

— Орки, что едят рарас — чёртовы каннибалы, нас поймали в пути и хотели… — продолжил Рамол.

— Мы были в ящиках с овощами, и Рамола уже запихнули в печь, а меня только пытались. Мы не могли двигаться из-за второй печати, первой они усыпили нас на пути в Картран, — закончил Тир.

— Как вы выбрались? И где был ваш спящий друг? Тоже в ящике? — удивился Фаус.

— Его оставили в клетке, где и нас держали, но потом… — Тир запнулся.

— Этого мы не можем говорить, — продолжил Рамол таким тоном, будто вспоминать ту ночь для него было слишком тяжело. Главное — не стоило говорить про зверя.

— Не беспокойтесь, — улыбнулась Лира.

— Мы полмесяца назад гуляли в нескольких километрах отсюда и видели орков, — вспомнил Фаус.

— Но близко не подходили, не решались познакомиться. Видимо, не зря, — добавила Лира.

— Нужно отправить туда крупный отряд из города. Сколько их там было? — спросил Фаус.

— Больше двадцати, — заявил Тир.

— Вам достаточно опасно идти мстить, если вы об этом думаете. Но ладно, отдыхайте пока.

Через два дня, ранним утром, Самэль очнулся. В доме никого не было, он всё помнил и чувствовал, что после той ночи изменился. В худшую или лучшую сторону — это ещё предстоит узнать. Но что парень знал точно, это то, что он стал лучше видеть и чувствовать. Самэль и слышал теперь гораздо острее. Он понимал, что рядом ходят четверо человек и пара десятков мелких животных. Чувствовал и птиц, сидящих на ветвях или летящих по небу.

С улицы донёсся аромат жареного мяса, и Самэль вышел из дома. Он увидел своих друзей, работающих в небольшом садике, и двух незнакомцев. Добрый кусок мяса косули поджаривался на вертеле. Вдруг раздался резкий свист, и парню на надплечье сел беркут, уткнувшись клювом в ухо. Медленно он обратился в меньшого братца.

— Ваш друг проснулся! — обрадовался Фаус.

— Самэль! — немного громче обычного сказали Тир и Рамол.

— Как ты, друг? — гораздо тише произнёс Рамол, заходя в дом.

— Одежда, оружие? — ещё не отойдя от долгого бездействия и кряхтя, спросил Самэль.

— Да, всё осталось там… — с досадой ответил Тир.

— А это к… — начал Самэль.

— Мы охотники… — начала Лира.

— Спасибо вам! — перебивая девушку, ответил Самэль.

— Меня зовут Лира, а его — Фаус.

— Ваши друзья уже отработали за помощь, хотя мы не просили ничего взамен. Они нашли вкуснейшие грибы, принесли с охоты двух косуль, отпугнули волков, — рассказал Фаус.

— Самэль, мы ведь вернёмся? — спросил Рамол.

— Извините, что влезаю, и не знаю, как вы выбрались! Но возвращаться туда — всё равно что с утёса прыгнуть!

— Да, Рамол, обязательно! Я отвечу и вам, Фаус. Копьё, щит, два кинжала и лук нам сделали отцы. Одежду сшили, исходя из моих идей, я вынашивал идею об этом с тринадцати лет. И я не могу оставить всё это у людоедов! Мы не оставим их в живых! Они ранили и чуть не сожрали моих друзей, — заявил Самэль.

— А ты не говорил, что так давно задумал одежду для всех нас, — удивился Тир.

— Я не думал, что вы все, хоть и со своими пожеланиями, решитесь заказать одежду и для себя, — усмехнулся Самэль.

— Пойдём, друг, прогуляемся по лесу! Ты чувствуешь этот хвойный запах? — Тир жадно вдохнул воздух и медленно выдохнул, отводя Самэля вместе с Рамолом в лес.

Когда уже, как думали охотники, их перестали слышать, Фаус сказал:

— Сразу стало ясно, что Самэль — их лидер. Серьёзный и точно знает свою цель, а остальные его поддерживают.

— Да, только он их на смерть ведёт! Уж не знаю, как они выбрались, и всё ли было так, как рассказали, — засомневалась Лира.

— Вот не знаешь — и не говори! Мы им помогли, а они — нам. Вон, как Рамол из лука стреляет. И это из нашего, а как из своего? Он ведь привык к нему. А Тир его как подкинул на ветку, она ведь высоко была.

— И долго ты будешь ими восхищаться?

— Когда в первый раз я вижу так хорошо подготовленных рарас, то да. Буду восхищаться.

— А что ты думаешь насчёт зверя, которого мы слышали? Таких здесь не водится, ты ведь тоже такого характерного рёва раньше не слышал, так? — не отставала от мужа Лира.

— Соглашусь, что-то они недоговаривают… Обычный зверь их бы на куски порвал. А рёв раздавался прямо у нашей избы.

— Тебе нужно что-то нам сказать? — спросил Рамол, оперевшись на ствол дерева.

— Да, во-первых, о том, что было в конце. Я уже управлял собой и донёс вас сюда, будучи вурсой. Заметив более-менее безопасное место, я обратился в человека, — рассказал Самэль.

— Давай, говори, что во-вторых? Быстрее, это ведь отличная новость!

— Я сейчас чувствую и слышу каждое живое существо рядом в большом радиусе, а зрение стало лучше ночью.

— Что? Насколько далеко? Принюхайся, что чувствуешь? — заинтересовался Тир.

Самэль сделал медленный вдох, дабы почувствовать всю палитру запахов.

— Чую мясо, ваш запах и охотников… клопа, на которого ты, Тир, недавно наступил. Птиц и мелких животных чуть дальше, чем оставшийся позади дом…

— Невероятно! — сказал Тир, а Рамол, хмыкнув, спросил:

— Ты теперь как деревенский пёс! А что слышишь?

— Разговор про нас. Охотники обсуждают своих гостей.

— Что говорят? Гадости? — со слабо скрываемым любопытством поинтересовался Рамол.

— Мужчина сначала нами, а в частности — вами, восхищался! Ты — хороший лучник, а ты, Тир, силён, подкинул Рамола на высокую ветку…

— Теперь сомнения совсем отпали. Такого ты знать не мог, а придумать и точно угадать — вообще невозможно! — воскликнул Рамол.

— Что дальше? — заинтересовался Тир.

— Они сомневаются в нас, думают, что мы можем быть не очень хорошими. Вы же ничего не говорили? — спросил Самэль.

— Даже Тир ничего не сказал, а я-то — тем более!

— Я бы тоже не доверял незнакомцам. И ещё… Мы забыли задать магу вопрос: почему после оборота в вурсу ты спишь по два-три дня, — напомнил Тир.