Чтение онлайн

Третий хранитель оставляет порезы по всей коже. Беспощадно брызжет кровь, земля впитывает огромные лужи. Капли тянутся в нашу сторону, с воображаемой надписью в воздухе: «Эта кровь должна поглотить вас». Я инстинктивно отшатываюсь, но Джюель цапает моё запястье со словами:

— Смотри на то, что хотела.

— Я не этого хотела! — выпаливаю я и злобно одёргиваю руку. — Вы использовали меня как предлог.

— Думаешь, ради тебя я перестану делать то, что мне нужно? До чего же ты глупенькая!

Теперь у меня появился повод прикончить Джюель. Я смотрю на неё, и меня насыщает пугающая ненависть.

— Прекрати это, — тут же мне хочется откусить себе язык. Мои слова будут иметь плачевные последствия.

Джюель удивлённо поворачивается ко мне.

— Хочешь такой же участи? — усмехается Владычица.

Она кивает на Найджела, который уже совсем не похож на себя прежнего. Половина его волос сгорела, всё тело покрылось кошмарными волдырями. Он старается изо всех сил вбирать воздух, который ему перекрыли. Его лицо зарделось, глаза точно вылезут сейчас из орбит или лопнут, как воздушные шары.

— Я ручаюсь за него, — отчеканиваю я. И мгновенно вспоминаю, что Найджел советовал не ступать в болото с завязанными глазами. Но мне плевать. Я должна это остановить. Если бы не мой гнев и вспыльчивость, мы бы с Гальтоном самостоятельно всё разъяснили, и Джюель сейчас бы здесь не было. — Прекратите это, пожалуйста.

— Нет, — отрезает Владычица, зрелищно наблюдая за пыткой. Она встаёт со своего «трона», садится возле Найджела и приказывает не душить его. Количество порезов продолжает нарастать, нещадно кровоточа и попадая на щёки правительницы. Её лицо остаётся невозмутимым, хотя всё оно в пятнах и потёках.

— Я убила их, — шёпотом диктует Бертран.

Из глаз Найджела вырываются слёзы. Одна за другой. Грязные, кровавые и горькие капли надвигаются к его острому подбородку. Сейчас плачет ребёнок, который лишился родителей. Убийца найден. Он объявился, наконец, показал свою истинную сторону.

Бездушное существо. Я не верю, что Джюель раньше была человеком с двумя детьми, родителями и какими-то счастливыми чувствами, как на той фотографии с сыном.

— Душегубка, — проговариваю я. Слёзы стремительно подступают, я стойко прячу их, хотя голос мой заметно дрожит.

— Ты думаешь, я сжалюсь над тобой только потому, что мы одной крови? — несмотря на монотонность, Бертран открыто насмехается. — Питер, начинай.

Она приказывает старику, чтобы тот присоединился тиранить Найджела. Я не обращаю внимания, что именно он уготовил покровителю, потому что Джюель направляется ко мне, оскалив зубы в улыбке.

Она останавливается в метре от меня, её взгляд внимательный: ищет испуг в моём лице. Я уверена, что из меня сквозит жаркой яростью, а всё моё тело овеяла огненная аура.

Владычица внезапно сдавливает пальцы на моём горле. Она жмёт так напористо, будто хочет, чтобы моя шея помещалась ей в руку, как безжизненная тростинка.

С первых же секунд удушье вытесняет почти весь кислород из лёгких. Я отчаянно пытаюсь ухватиться за капельку воздуха, убеждая себя в том, что Владычица ослабила хватку. Но она не сделала этого. От безысходности я внушила себе то, чего так смертельно жажду. А вдруг нет? Вдруг она позволяет мне дышать, вдруг я ей для чего-то нужна и она не намерена меня убивать? Пока что. Ей ничего не мешает сломать мне все кости и обвинить в своей беспощадности сферу Чёрного Оникса.

Секунда и я упаду в обморок. Как только в глазах темнеет, Джюель на краткий миг разжимает ладонь. Она поднимает меня с земли так, что кончики пальцев ног едва касаются её поверхности. Отпускает. Я падаю, как тряпичная кукла.

Из-за пазухи женщины поблёскивает дугообразный кинжал. Что есть силы, я ползу назад. Одна её рука как десять мужских: женщина грубо сжимает мои волосы и тащит к эпицентру пыток моего учителя. Сейчас мне здесь самое место.

— Я знаю, что делаю, — без эмоций произносит чудовище в облике моей матери. — Этот день станет твоим клеймом, будет напоминать о том, что великих нужно почитать.

«Ты не заслуживаешь почтения, потому что не дотягиваешь до величия».

Джюель крепко удерживает мою ладонь, чтобы я не дёргалась. Она вонзает лезвие кинжала в подушечки моих пальцев. Каждая выпускает струйки, они оперативно растекаются по ладонным линиям. Я жалобно ахаю и поднимаюсь с места, каким-то образом улизнув от Джюель. Она толкает меня в плечо, и я носом впечатываюсь в потрескавшуюся землю. Мерзко, унизительно.

— Что с тобой не так? — рычу я. Ноздри мои раздуваются от бешенства, как у дракона, готового выпустить свой огонь. — Чем жизнь тебя обделила? Почему ты такая?

Я и не заметила, как от ненависти перешла на личные вопросы. Джюель молчит, как будто собирается ответить, но я понимаю, что моё предположение абсурдное.

Я хочу в одно мгновение выключить происходящее здесь жестокосердное безобразие, покончить с каждым, кто вредит мне и тем близким, с которыми я делю кроху своего доверия.

Найджел горланит мне прямо в ухо разъярённым, молящим криком. Его белые как у призрака глаза сверкают от слёз. Он выглядит как копчёный картофель, но только с огромными волдырями, покрывающие в основном грудь, лодыжки и шею.

Девочка-ключик. Помощь, взаимовыручка, поддержка.

Я отползаю из-за пронзительных воплей Найджела. Крик действительно может так сильно студить душу, а потом разбивать её на хрупкие льдинки?..

***

Я отползаю всё дальше и дальше, пока не оказываюсь метров на двадцать от происшествия. Прошло десять секунд, но покровители стали такими же маленькими, как игрушечные солдатики. Я вижу корчащегося от боли Найджела, вожделенную Джюель и наслаждающихся злодеяниями хранителей. Они не заслужили ими называться. Подумать только «хранители природы, жизни и Земли» — зло.

Тело начинает чем-то наливаться. Внутри меня словно работает встроенный обогреватель, он накаляется, напряжение постепенно нарастает. Это чувство на удивление приятное, нежно щекочущее, играющее. Сердце колотиться чаще, гулом отдаваясь в ушах, и потом резво тарахтит, как аппарат, который вот-вот взорвётся от огромной нагрузки. Лёгкий зуд зарождается на кончиках пальцев, щеках, шее и коже головы, забирается под волосяные луковицы, которые Владычица мне чуть не выдернула.

Необычные ощущения резко прекращаются. Я ненадолго зацикливаюсь на своих руках, оглядываю тело.