Чернокнижник из детдома 3
Шрифт:
Поняв, что вопросами механики я их грузить не собираюсь, а задача поставлена на вполне внятных для их понимания принципах, оба Анатолия приободрились.
— Багги, которые работают на электричестве, нам доставят завтра к вечеру. А проверить их в Пробое я планирую дней через пять. Так что вы с решениями и расчётами не особо затягивайте. Ах, да. Вот вам принципиальные схемы на те багги, — сбросил я им на телефон полезную информацию.
Видели бы вы их лица…
Люблю я это дело — ставить перед людьми трудновыполнимые задачи! Зато сразу видно, кто чего достоин!
Революция не революция, но этот мир не знает, как можно относительно недорого сохранять электроэнергию в больших количествах. А я — знаю!
Её всего-то нужно перевести в магию, поместить в накопители, а затем выдать обратно. Через мои артефакты. Потери, они безусловно есть. Даром ничего не бывает. Процентов пять потеряем на переходы, если не станем экономить на материалах контактных пластин, и пожалуй, около двух-трёх процентов за месячное хранение. Саморазрядка.
Тем не менее — планка задрана высоко! И задачи перед стариками поставлены вовсе не детские. Транспортное средство, работающее в Пробое — это ли не чудо?
Через три дня первое багги было готово к испытаниям.
Старики работали как проклятые — забыли про выпивку, про радио, про всё на свете. Они перебрали китайскую игрушку до винтика, встроили в неё мои накопители, переделали систему управления, поставили дополнительную защиту на электромотор.
— Санчес, — позвал меня Анатолий Петрович, когда я заглянул в их мастерскую, — Ты только глянь! Мы тут вольтаж подняли, момент на колёсах вырос вдвое. Теперь этот малыш по стенке ездить может!
— Почти, — скромно добавил Семёныч, — Но в грязи не застрянет точно. Ресурсу, понятное дело, это в минус пойдёт, но на три тысячи километров его точно хватит. Затем обязательное ТО.
Я осмотрел багги. Выглядел он внушительно — широкие колёса с зубастым протектором, усиленная подвеска, каркас безопасности, обшитый тонкими пластинами моих защитных артефактов. На месте водителя — два кресла, с ремнями, как у гоночных болидов.
— Заряда хватит на три с лишним тысячи километров, — гордо доложил Петрович. — Если, конечно, не гонять на пределе. А если гонять — всё равно на две с половиной.
— Отлично, — похвалил я. — Завтра едем в Пробой. Испытывать.
Парни, узнав про испытания, чуть не передрались за право сесть за руль. Пришлось бросить жребий. Повезло Гришке и Никифору — они и должны были стать первыми пилотами.
Выехали рано утром. Пробой выбрали недалёкий и несложный, уровня Б, с пересечённой местностью — старый карьер, поросший кустарником, где, по слухам, завелась стая каких-то ящеров.
Багги вёл Гришка, Никифор сидел рядом с артефактами наготове. Я ехал следом на Крузаке, с остальными бойцами, готовый подстраховать.
Вход в Пробой — и мы оказались в совершенно другом мире. Серое небо, красноватая земля, огромные валуны, разбросанные в беспорядке. И тишина, только ветер свистит.
— Поехали, — скомандовал я по рации.
Багги рванул с места так, что комья земли взлетели в воздух. Он нёсся по карьеру, огибая валуны, взлетая на пригорки, проваливаясь в ямы — и везде держался уверенно, мощно. Гришка хохотал в шлемофон, Никифор что-то кричал, размахивая руками.
— Работает! — заорал он в эфир. — Санчес, оно работает!
Я улыбнулся. Ещё бы не работало.
Ящеры появились внезапно — выскочили из-за скалы, пятеро, размером с небольшую собаку, но с длинными хвостами и острыми зубами. Они кинулись наперерез багги.
— Никифор, работай! — крикнул я.
Никифор не подвёл. Молния ударила прямо в центр стаи, разметав тварей в стороны. Двоих убило на месте, остальные, визжа, бросились наутёк.
Багги проскочил мимо, даже не сбавив скорости.
— Есть! — донеслось из рации. — Мы их сделали!
Час парни гоняли по Пробою, тестируя машину в разных режимах. Багги вёл себя безупречно — резво, манёвренно, устойчиво. Защита держала удар, когда пару раз ящеры пытались атаковать с флангов. Накопители даже не думали садиться.
К обеду мы выбрались обратно, оставив за спиной зачищенный Пробой и кучу трофеев, которые побросали в кузов Крузака.
— Ну что, командир, — подошёл ко мне Гришка, сияя, — Будем серийное производство запускать?
— Погоди, — осадил я его. — Сначала всё протестируем как следует. И посчитаем, сколько это стоит. Но идея… идея хорошая.
Вечером, когда стемнело, я сидел в мастерской и смотрел на чертежи, разложенные на столе. Электромобили, работающие от магии. Транспорт для Пробоев. Альтернативная энергетика для детдома, для города, для всей страны…
Мысли текли медленно, лениво. Но одна из них свербела постоянно, не давая покоя — история с удочерителями. Слишком уж гладко всё закончилось. Слишком чисто. И куратор врал про эксгумацию — это я понял сразу.
Кто-то очень не хотел, чтобы та девочка, первая, умершая в питомнике, стала объектом расследования. Он убрал свидетелей, уничтожил улики, замёл следы. И этот кто-то был достаточно силён, чтобы заставить ФСБ играть по своим правилам.
Я вздохнул и отложил чертежи. С этим тоже придётся разбираться. Но не сейчас. Сейчас — работа, отряд, развитие. А там… посмотрим.
— Санчес, — в дверь легонько постучали. — Там это… Катька плачет. Говорит, что боится спать. Просится к тебе, — судя по голосу, одна из блонд подкралась, определил я, даже не глянув в монитор, который показывал мне всех, желающих меня навестить.
Вздохнув, я встал и пошёл к двери. Ночь обещала быть длинной.
— «Не берите сегодня никаких заданий!» — получил я с утра сообщение на свой телефон.
Контакт — Борислав. Тот самый, из «Цезарей», чью группу мы от смерти спасли.
Весьма любопытно, а что у нас сегодня с заданиями?
Сайт Гильдии по нашему региону на сегодня предлагал больше, чем обычно. И там была пара заданий, словно специально под нас прописанных. В любой другой день, сразу оба бы застолбил, не задумываясь, но сейчас решил подождать. Слишком там всё просто и слишком сладко. Опять же — очень мне интересно, кто нам про эти замечательные предложения попробует намекнуть, если мы вдруг решим уйти на выходной.
А чтобы ни у кого сомнений не возникало, то этот самый выходной я и объявил всему отряду. Только обеих блонд попросил остаться. Им сегодня придётся нелегко. Первая Печать. Какая, они ещё не знают, но это будет Концентрация…