Чтение онлайн

Никифор глянул на меня. Я кивнул — бей.

Пружина сорвалась с руки мага, развернулась в полёте в серебряную паутину. Волколак прыгнул, уходя от броска, но второй маг, Пашка, уже ждал. Его сеть легла под лапы зверя, тот запутался, рухнул, взрывая сухую листву.

Тишина. Только звери скулят и дышат где-то за поляной — другие, не решившиеся выйти.

Никифор обошёл пленённых, заглянул каждому в глаза, постучал по клыкам артефактом, отчего те засветились изнутри.

— Годится, — сказал он. — Готовьте клетки.

Я отошёл к дереву, выдохнул. Луна, кажется, снова поднялась выше — или просто перестала давить.

Грузовик с клетками подошёл к границе Пробоя через час. Волколаков погрузили, зафиксировали датчиками, накинули сверху полог, чтобы не выли на луну. Никифор вытер лицо рукавом, подошёл ко мне.

— Нормально сходили? — спросил он скорее для порядка, чем из неуверенности.

— Нормально. Ты их хорошо натаскал.

— Твоя школа, — он усмехнулся, глядя на возню у клеток. — Я только учу их не бояться. А бить — сами учатся.

Мы постояли немного, глядя, как парни закручивают замки, укрепляя их. Витька возился с фиксатором, деловито, сосредоточенно. Девчонка, которая попятилась сначала, теперь командовала погрузкой.

— Из них выйдет толк, — сказал я. — Но им нужно ещё месяца три в вашем режиме. И лишняя тренировка по сетям — вторая сеть упала поздно.

Никифор кивнул, запоминая.

— Передам.

Я отошёл к краю поляны, туда, где волколак ударился о сосну. Кора была расцарапана глубоко, в бороздах темнела какая-то слизь. Я провёл по ней пальцем, поднёс к лицу. Пахло железом и гнилью.

Тварь была больна. Надо будет поговорить с универом, насколько она им интересна. Может, они и болезни Тварей изучают?

Я вытер руку о мох и пошёл к машинам, догонять своих. Луна висела теперь высоко, светила ярко, но уже не давила. Позади слышался говор парней, смех, лязг клеток — обычная суета после работы.

В машине пахло полынью и потом. Я закинул так и неиспользованные артефакты в карман, пристегнулся и закрыл глаза — ненадолго, всего-то, на минутку. Так и проспал до города.

Никифор меня позвал на наш новенький полигон.

Как у нас стало всё в порядке не только с классной жилплощадью и коммуникациями, мы его отстроили. С виду — поле — полем, если бы не полоса препятствий по его краю, а на самом деле место для испытаний возможностей магов.

— «Треугольник» хотим показать, — сухо доложил Никифор, глядя на тройку своих новеньких.

Набирает он их сам, и похоже, решил меня чем-то удивить. На этот раз — магами Огня.

По его отмашке парни начали, и реально — Показали!

Три Огненных Стены, которые двигались навстречу друг другу! До тех пор, пока не выжгли всю площадь внутри Треугольника.

— Представляешь, что будет с теми, кто внутрь Треугольника попадёт! Все дотла сгорят! — чуть ли не запрыгал Никифор на месте, когда у его подопечных всё с демонстрацией получилось удачно.

— Красавцы! — оценил я, — А ещё парой таких Огненных Стен можно Тварей прямо под пулемёты выгонять, если их под углом поставить, как воронку, — подсказал я ему следующий шаг, — А третий пусть страхует.

— Подстраховать их и я всегда готов, — буркнул он, но мою сходу идею отвергать не стал, и то хорошо.

Пусть думает. Выйдет из него командир.

У кого как, а у меня маленький праздник. Закрыл я гештальт. Ту незавершёнку с банями в нашем районе. Теперь, после всех принятых мер, никто туда мелких больше не тащит, заставляя их обслуживать клиентов, а то довелось мне порой насмотреться…

Одних полиция накрыла, других мэр приголубил, а третьих…

— Нет, мои бойцы никого не били! Какие-то хулиганы, наверное. Что — что с поставщиками малолеток сделали? Прямо туда ему бутылку засунули? Не, это точно не мои были, — распинался я перед Всеволодом, причём мы оба знали, что я вру.

Но ему это для отчёта нужно, а мне, чтобы спокойно жить. И с чистой совестью. Закрыли мы вопрос проблемных бань раз и навсегда. Да, жёстко. А кто виноват, что по другому их хозяева не понимают? Зато теперь знают, случись что не так, и анонимная фотка, с бутылкой в их задницах, уронит репутацию ниже плинтуса. И нет, мне не стыдно. Они это заслужили. Более того, были серьёзно предупреждены, но отказаться от своего пагубного бизнеса так и не смогли. Так что — пусть теперь страдают.

На следующий день Хуго прислал сводку по «Беркутам». Они не тянули. Уже через неделю после переговоров Иваныч сбросил координаты первого Пробоя, где засветилась Тварь, которую они хотели взять живой. Не просто живой — с сохранением сознания и способности к регенерации.

Шаламов в переписке был краток: «Ждём образцы. Торопитесь».

Я ответил: — «Делаем. Не дышите в спину».

Артефакты я завершил на три дня раньше срока. Не потому, что спешил им угодить. Просто понял одну важную вещь: те Твари, на которых они охотятся, — не просто звери. У них есть иерархия. Кто-то командует. Кто-то подчиняется. И если научиться брать живьём командиров…

Но эту мысль я оставил при себе.

— Хуго, — сказал я в пустоту, — собери-ка мне всё, что есть, по Пробоям класса С и выше. По тем, откуда Твари выходят группами. И про их повадки. И про то, кто их водит.

— «Запрос принят. Обработка займёт… тридцать семь минут», — отозвался он.

— Отлично. А пока… — я потянулся, хрустнув шеей, — Проверь-ка, как там наши караоке-посиделки проходят. Что-то у них тихо стало. Не к добру это.

Тихо там и правда не было. Просто я к хорошей тишине пока не привык.

— Ты их всех победил! — практически дуэтом заявили мне две блонды, заваливаясь ко мне поздним вечером, что явно подразумевало их ближайшие планы на ночь.

— Кого — их? — уточнил я на всякий случай, так как женский язык не всегда поддаётся объяснениям, и порой, говоря про одно, они подразумевают другое.

— Ну, этих, из бань, — уточнила Анна, — Даже вспоминать противно, какие они из себя были уверенные и крутые.

— Девчонки! Всё! Забывайте! — это был крик души, — Такого больше ни с кем из наших не будет!

Пусть я за тот период жизни блонд и не отвечаю, так как гораздо позже в приюте появился, но и слушать их мне было больно.