Чтение онлайн

— Разумеется. — Кивнул я, но тут же спохватился — точное время фиксировали снимки на сотовом, который вряд ли включится до утра.

Впрочем, в кошельке был билет на метро — а оттуда примерно минут пять ходом от шестого дома. Поэтому ответить смог, уточнив, что разлет примерно пять-десять минут. Кто же его знает, сколько лжеполицейские потом провалялись?..

— Предлагаю обмен. Я звоню своему другу, и тот берет записи со стационарного модуля, который пишет над порталом круглосуточно. Потом он фиксирует, на какой машине эти ваши негодяи уехали, и узнает через службу диспетчера, где эта машина находится сейчас. А вы помогаете мне.

Я встретился с Эффой глазами — та коротко кивнула, мол, не против.

В самом деле, снимается куча головной боли и беготни. А дяденька на водительском сидении, судя по всему, крайне серьезный — и пока ему что-то от нас нужно, неплохо бы воспользоваться.

Тем более что услуга плевая — вкусно кушать и клеиться к девушке. Хотя есть существенный фактор, который может обойтись очень дорого.

— Ужин тоже с вас?

— Ну разумеется!

— Тогда я в деле.

И хоть все у Гауса Хайни пошло не так, он не был бы на своем месте, если даже из самых скверных ситуаций не смог сплести ловчую сеть для зверя.

Сначала подставил Баль Радер, не справившись с простым делом — и пришлось перехватывать Сеятеля самому.

Теперь Тавви, эта путана с обликом малолетки, не смогла затащить туриста — он же Второй парус — в постель. Но — как был крепко уверен мистер Хайни — просто не захотела. Потому что турист банально поплыл и стал кидаться деньгами, воспылав к ее юности и красоте. А мелкая тварь с цепкостью бульдога стала тянуть из его кармана деньги, позабыв о главных договоренностях. Вернее, она была уверена, что непременно затащит его в койку, под камеры, к исходу дня. Но сама же запаниковала и стала звонить куратору, когда осознала, что турист готов целовать ее пальчики и томно дышать, но ни в какой номер с ней не пойдет. Разве что где-то на третьем свидании, хорошенько приняв для храбрости. Этот балбес даже сдал билеты!..

Одно хорошо — у крошки Тавви хватило мозгов обо всем сказать. Разумеется, не то это создание, чтобы испытывать хоть какое-то угрызение совести или ощущение вины. Просто поняла, что за главный номер эдак ей могут и не заплатить — а то и стребовать серьезную неустойку. И, конечно же, виноват во всем был именно турист, а не она сама. Но что поделать — среди путан нет бывших пилотов, и положиться просто не на кого.

«По счастью — нет», — тут же поправился мистер Хайни мысленно.

Впрочем, даже из такой аховой ситуации он нашел выход. Ведь что ему нужно? Чтобы Сеятель и Второй Парус оказались в одной камере.

А как это сделать?

Да уж не так и сложно. Ведь что может быть банальнее, чем драка между двумя ухажерами?..

— Мистер Савой, вам следует пересесть за руль, — уважительно обратился он к Сеятелю. — Я буду представлять вас Тавви как миллионера. И «Сатгард», по легенде, ваш гравилет.

— Я не против. Но тогда неплохо бы сменить рубашку и обувь.

— Было бы весьма уместно. — Покивал военный, скрывая некоторую иронию при виде потрепанной одежки «миллионера». — Я знаю несколько приличных магазинов по пути.

— За ваш счет?

— Разумеется. — Кивнул мистер Хайни, отметив довольную улыбку Сеятеля.

Ну, к похоронам тело тоже принято принаряжать.

— Сэр, может, мне тоже поприставать к иностранцу?

— Ну что вы, Эффа. Не знаю, кто читал вам курсы по психологии… Но делал он это совершенно спустя рукава! Ваша задача — создать ощущение конкуренции, поэтому оказывать знаки внимания вам нужно будет мистеру Савою. И, со временем, без радости уступить приз более молодой и красивой. На ее спутника же ни в коем случае не обращайте никакого внимания! Надо показать Тавви, что ее выбор не способен заинтересовать умную и красивую девушку. Надеюсь, я не прошу слишком многого?

— Боюсь, в этом платье мне будет сложно соответствовать облику спутницы миллионера…

— За мой счет, — чуть тревожно кивнул мистер Хайни.

И отметил, как довольно переглянулись эти двое.

Пожалуй что — это явно тлетворное влияние Сеятеля. Без него ей будет лучше.

Мистер Хайни рассчитывался за наши покупки наличными — полновесными «десятками», уложенными без сгиба в большой кошелек одна к одной.

Вот что надо крутить на экранах армейским рекрутерам, а не какие-то взрывы и стрельбы. Почти в полной тишине шелестели купюры, отсчитываемые еле слышным шепотом — куда там бравурным военным маршам, привлекающим разве что дошколят с водными пистолетами.

Даже у меня появилась мысль свалить из универа. Да, придется какое-то время погнить в болотах — и пристрелить вполне могут…

Но если потом можно будет солидно отлистывать купюры под трепетным вниманием трех модельной внешности продавцов-консультантов, то как будто бы и время потратил не зря. Эффа — та вроде и отвернулась, но стоило бывшему начальнику сбиться и, неодобрительно качнув головой, вновь начать считать — тоже дополнила число независимых и добровольных счетчиков чужого богатства, пристально следящих за движением бледно-фиолетовых десятитысячных.

Впрочем, не сказать, что Эффа так уж сильно разбогатела после армии. Хотя иметь гравилет ценой в квартиру в ее возрасте — пожалуй что, можно назвать успехом. Если не вспоминать проблему со здоровьем.

Но мистер Хайни-то живой и целый! А значит, другим тоже может повезти!

«Наваждение какое-то», — проворчав про себя, отвернулся я от уже третьего по счету подсчета.

Проблема гладеньких новеньких купюр — слипались, от этого все погрешности.

Вещи, выбранные для нас, брались в аренду — и эти чудовищные суммы, отсчитываемые мозолистыми пальцами, были залогом.

Так что сильно мы старика не грабили — нам ведь всего-то сутки изображать богачей в этих невесомых, удивительно удобных одеждах. Не так и дорого — надо будет запомнить адрес. Вдруг там свадьба у кого, или захочу шокировать старосту, чтобы не расслаблялась.

«Кстати, с последним еще могу успеть», — невольно оглянул я на свое отражение и признал его весьма достойным.

Мне консультанты подобрали легкий летний костюм из ткани, смахивающей на парусину текстурой и грубоватым цветом. Девушки что-то щебетали о новых технологиях и особом волокне, из-за которых гарантировался комфорт в довольно солидном интервале температур. А по мне так, на меня пытались нацепить хорошенько выстиранный мешок, пусть и ловко сшитый — но ткань оказалась удивительно приятной на ощупь, а как стали примерять аксессуары, шедшие с костюмом в комплекте, то облик резко изменился до великосветского мистера с кое-какими капиталами за спиной. И, быть может, даже с благородной приставкой перед фамилией.

Главным образом, отыгрывали ботинки из белой чешуи — на низкой платформе, небрежно прикрытые расклешенными брюками. Потом считывался пояс под пиджаком — без пошлого золота, широкий, тканевый, с массивной стальной пряжкой, грубовато шлифованной по диагонали. Такие же стальные пуговицы с чеканенными буквами по кругу и острые накладки на воротник, подобранные чуть ли не под цвет глаз, позволили продавщицам с довольным видом отшагнуть и осмотреть меня снизу до головы, удовлетворившись результатом.