Чтение онлайн

В полицию не пойдешь, потому что стыдно. Поэтому обращались к своим, пусть и без большой надежды. Альтернатива — сидеть дома, бояться и ходить только на занятия, либо еще хуже — заплатить.

Бросать сокурсников в беде я не мог — мне еще пять лет с ними учиться, да и потом люди из нашего универа займут не самые слабые посты. А память в таких делах у людей хорошая, особенно если не злоупотреблять напоминаниями.

Приходилось помогать, наглядно показывая, что в драке надо не защищаться, а делать соперникам больно — а для этого нужно бить и попадать. С этим у меня проблем не было.

С какого-то момента меня стали брать с собой на вечеринки и в клубы, оплачивая и вход, и все, что будет мною заказано. Для них — мелочи, мне — вкусно поесть и погрузиться в культурный пласт чужого мира. Ну а то, что почти каждый такой выход завершался массовой дракой и свистком полиции — не моя вина. Хотя, видимо, сокурсники все еще считают иначе — вспомнились красноречивые взгляды в Хранилище.

После первого курса все успокоились, перебесились — и эра «Че ты там нам с Таном сказать хотел?» завершилась. По мне так — к счастью. Потому как — одно дело хорошенько поесть, потанцевать и подраться, а другое — бежать через зачастую незнакомый район под азартные крики постовых-загонщиков. Им наш курс — после того, как мы выбились из стандартной схемы «их бьют, они не жалуются» — вообще поперек горла встал. Опасные, буйные типы, готовые драться против всего танцпола — дело даже до ректора доходило. Тот покричал, потопал ногами, пообещав отправить в армию всех, кто еще попадется. Намек мы поняли и больше не попадались.

Поэтому реакция на свисток у меня — феноменальная.

Да и вообще, полиция — это как пожар в лесу. Если случился — то старые обиды надо немедленно забыть. А кто не справился — тому и почки лишние.

Позади оставались Эффа, Гаус Хайни и Тавви, но девушек и стариков полиция первыми не бьет. Да и у Эффы удостоверение, у Гауса — тоже, а Тавви слишком мелкая, чтобы в чем-то подозревать.

С другой стороны, в этом мире и стране — равенство полов. Так что внепланово огрести могут все, и я бы не рисковал.

Первой сообразила, что делать, именно Тавви — судя по оклику, рванув за мной. Потом, правда, она громко выразила свое неудовольствие Эффой — я не мог обернуться и посмотреть, что там, но подозреваю, что в деле бегства от пожара козочка и носорог выбрали одну тропу.

Устраивать марафонский забег я не стал — отсчитал два поворота направо, разбавил поворотом налево и остановился возле свободной лавочки в довольно благополучном и обустроенном скверике. Довольно симпатично вокруг — участок зелени перевит мощеными тропинками, светят гирлянды, натянутые между столбами, впереди — над деревьями — виден силуэт крыши «Порт Короны». Относительно малолюдно — ходит задумчивый человек с пустым пакетиком в руках за привередливой собакой редкой породы, и две девчонки на дальней скамейке что-то показывают друг другу на экранах телефонов. На нас с Ноэлем они обратили разве что секундное внимание — наверное, сказывалась хорошая одежда. Да и отсели мы достаточно далеко, не шумели и агрессии к окружающим не проявляли.

— Все, оторвались. — Усадив Ноэля на скамейку, сам я сел рядом и приобнял его, как лучшего друга, чтобы не завалился в сторону.

Тот благодарно всхрапнул.

— Главное правило знакомств в столице — с красивой девушкой надо знакомиться первому! — Наставлял я спящего. — Потому как если наоборот — то можно проснуться утром без почки, в ледяной ванне. Ну или чего похуже, — чуть помрачнел я, глядя на идущую к нам Эффу.

Без обуви, босая, та вышагивала широким шагом, высматривая нас по сторонам. И, разумеется, таково было наше несчастье, что нашла. А так хорошо сидели.

— Ага, вот ты где. — Скинув туфли на брусчатку, Эффа вдела в них ноги и без спроса уселась слева от меня.

— Т-ш, человек спит, — с укоризной глянул я на нее.

Та поднялась одним движением, нависла над Ноэлем и выписала ему хлесткую пощечину. Тот даже не дернулся, продолжая спать.

— Так и знала.

— Это иностранный гражданин! — Возмутился я тихонько.

— Которого ты усыпил, чтобы украсть суп, — плюхнулась она обратно.

— Там, кстати, Тавви кричала, что ноздри тебе вырвет. Что-то случилось? — Ангельским тоном уточнил я в ответ.

— Ах, малышка Тавви… — Вздохнула Эффа, взъярившись непонятно на что, но тут же успокоившись.

— Нет, ну в самом деле интересно, — убрав руку с плеча иностранца, достал я телефон и показал ей короткую переписку — там, где от меня значок вопроса, а в ответ от нее то самое «потом». — Можно начать с этого.

— Там ветер подул, обтянул платье. На ней только чулки и все — нет нижнего белья.

— Какой ужас, она же простудится!

— Не придуривайся. Студентка-скромница в таком виде ходить не должна. И потом… — Поиграла она желваками. — Ты сегодня был весьма убедителен.

— М-м?

— Я ходила вправить ей в мозги. Услышала про себя много нового. Мне было велено отвалить и сказано, что уже завтра она сядет тебе на лицо.

— Какой кошмар! Я же так не смогу есть.

Уловил злой взгляд, тут же успокоившийся.

— Хотя, в эту отговорку я даже поверю.

— В общем, наша Тавви малость шлюховата. — Подытожил я. — Вы уж там поговорите с мистером Хайни как офицер с офицером. А я свою работу сделал.

— И что, не побежишь к малютке? — Едко уточнила Эффа. — Она там, кажется, коленку поранила — сможешь подуть на кожу.

— Эффа, к этой малютке прилагается старик с тяжелым взглядом. Даже будь я менее разборчив, оно того не стоит.

— А еще она полезла в карман Ноэля, когда стояла позади. — Наябедничала она.

Понятно, еще и приворовывает. Крепкая головная боль досталась Гаусу — но, надеюсь, он выдержит. Как чудесно, когда проблема — не твоя.

— Предлагаю тебе заняться тем же самым. — Кивнул я.

— А?

— В карман, говорю, ему надо залезть, — посмотрел я на спящего туриста. — Надо выяснить, где он живет, чтобы отвезти обратно.

— А сам чего?

— Так ты — офицер, человек чести. — Пересел я от мужика по другую руку. — Когда девушка достает кошелек из кармана мужика — оно как-то обычно. Вдруг кто обратит внимание.

Эффа, пожав плечами, охлопала его карманы, после чего открыла замок ветровки и полезла в потайной.

— Ты чего побежал-то? — Вполне мирно спросила она.

— Сама рассуди — мы с тобой, если что, лежим сейчас в палате госпиталя. Ждем утреннего обхода врача. Утром нас не находят, что уже не очень хорошо — об этом уведомят мой универ, и твое начальство. А если мы еще окажемся в сводке полиции за ночь…

— Не накручивай, не мы же нападали. — Достала Эффа плотно наполненный кожаный кошелек на застежке.

— Мы тут вообще быть не должны. — Пожал я плечами. — Опять же, иностранец проснется только утром. Еще заберут как пьяного, выйдет совсем нехорошо.

— Да кто нас заберет? Даже записывать бы не стали, — отмахнулась майор.

— Коррупция, — с пониманием покивал я.

За что получил короткий осуждающий взгляд. Впрочем, Эффа тут же вновь сосредоточилась на кошельке.

— Богатый химик, — присвистнула она, показав плотно сбитые бледно-фиолетовые и красные бумажки, уложенные в отсеке для купюр. — Зачем? Карты же работают…