Черновик для Эффы
Шрифт:
— То есть, вы даже экзаменов не сдавали.
— По результатам тестов. Выявили склонность, госконтракт на обучение. — Односложно пояснил я.
Я думал, он знал.
— Мало того, что тут у кого-то место отняли, так еще десять лет штаны будете за имперский счет протирать! Нет, положительно, я не могу этого допустить! — Поднялся он с места, заложил руки за спину и подошел к окну.
Ящик стола остался закрытым.
— Профессор. Может быть, я бы смог оплатить дополнительные занятия у вас?
— К чему это все? Какой толк, если за три года вы показали нулевой результат? Я бы даже сказал, отрицательный? — Повернулся он ко мне боком.
— Дайте шанс, профессор.
— У вас было три года шансов! Я весьма терпелив, но сколько можно? Через год у вас пробные выпускные экзамены, где экзаменатором буду уже не я. Вы представляете, какой будет скандал? Какие вопросы ко мне появятся? К тому же, у меня нет времени заниматься с вами лично. Полагаю это бесполезно. Полагаю, с этим надо разбираться не мне, тут что-то связано с физиологией. Может быть, кто-то из мэтров смог бы исправить ваш биологический изъян… — Задумался он.
— Дайте мне имя, прошу! Имя и время, это все, что мне нужно, профессор! — С жаром принялся уверять я. — Год впереди. По теории у меня нет никаких проблем, вы же видите. Если удастся наладить практику…
— Если… Вот это ваше если… — Заворчал Хорнет.
— Я уверен, что справлюсь.
— Ладно. Еще год… Полгода вам даю. Не будет подвижек, уйдете с зимней сессии на армейский контракт. — Неспеша вернулся профессор к столу и открыл верхний ящик.
От сердца отлегло. Полгода — нормально. Я, вон, как-то жизнь себе часами мерил и радовался каждой минуте… Полгода — вечность. Что-нибудь придумаю. Может и вправду эти самые «мэтры» помогут.
Дождавшись, как Хорнет вновь повернется к окну, я быстренько наклонился к столу и положил в ящик конверт.
— Пяти тысяч не хватает. — Даже не обернулся профессор.
— Но там ровно…
— Не хватает пяти тысяч. — Зыркнул он на меня одним глазом. — В этот и последующие месяцы. Вы меня поняли?
Все настроение — в утилизатор.
Нащупав нежданно заработанную вчера купюру в кармане, положил ее сверху конверта.
— Теперь ровно, — отчитался я, стоя на прежнем месте.
— Стал бы спорить, вышвырнул бы взашей, — убедившись, что вся сумма на месте, Хорнет задвинул ящик и уселся обратно за стол. — Жизнь дорожает, — пожаловался мне. — С чего бы цена моему терпению оставалась прежней?
— Профессор, а можно ли имена специалистов, о которых вы говорили?
— Попробуйте мэтра Агалле Лунк. Предупреждаю, ее консультация стоит недешево, да и не надейтесь, что вас примут в этом или следующем месяце. — Властно придвинув мою зачетку, Профессор принялся выводить «удовлетворительно» и свою фамилию рядом с названием своего предмета. — Но лучше никого нет. Вот кто настоящий гранд, вот где истинная востребованность, за которой следует почет, власть и деньги. К этому надо стремиться, работая и обучаясь с полной отдачей!
— Благодарю за совет, профессор. Разрешите идти?
— Идите, — благосклонно кивнул он. — Документы не забывайте. — Пододвинул он зачетку поближе к моему краю стола.
Дверь я закрывал, будучи одной ногой в нищете. Каждый месяц по двадцать пять… Тут раз в семестр-то удавалось с трудом…
Плевать, до следующего взноса тридцать дней, считай — вечность.
Я обнаружил себя на одной из скамеек, расставленных вдоль по коридору между входами в аудитории, бездумно смотрящим в стену. Придавило меня, конечно.
Растер руками лицо, пытаясь собраться.
«Где бы денег взять?»
Посмотрел по сторонам — идут себе студенты, звучит смех, кто-то тихонько ругается в телефон. У них нет моих проблем, но, с другой стороны, у меня тоже нет их неприятностей. Еще непонятно, кому повезло больше.
Такая себе попытка подбодрить. Ладно, заработаем. Тут ведь столица, тут везде возможности, главное, головой крутить активнее.
Вон, у застекленного стенда объявлений кто-то прилепил цветастую афишу о скорых гонках. Чем не вариант? Сделать ставку на себя, занять первое место. А до этого — занять деньги на ставку, найти гоночный гравилет… Да и потом тоже не так весело: долг вернуть, гравилет чужой чинить… Хрена с два он целым останется, видел я как там гоняют. Развлечение для богатых…
Не, лучше еще головой покрутить. Но вместо этого я замер, уставившись перед собой, и искренне постарался быть максимально незаметным. Меня нет, нет меня тут, никого тут нет…
Цокот каблуков, резко звучащий по мрамору коридора, приблизился. Стал совсем громким и вот-вот должен был пройти мимо… Ну пожалуйста…
— Привет, — уселась с довольным видом вчерашняя горе-летчица совсем рядом, окатив ароматами духов с тонким оттенком перегретых дюз. — А я тебя как раз ищу.
— Вы, должно быть, ошиблись. — Мрачно выдохнул, покосившись в ее сторону.
В этот раз — приталенный деловой костюм, фиолетовый, с белой блузкой и ожерельем из крупного жемчуга. Такой же жемчуг в сережках — волосы собраны в прихотливую веселую прическу. Нога на ногу, на носке правой — кислотно-зеленого цвета туфля из кожи неведомой рептилии. Рукав правой руки небрежно скатан до локтя; на обнаженной коже до запястья — десяток браслетов прихотливых расцветок, среди которых болтается браслет-ключ от гравилета на специально расслабленном ремешке.
— Вовсе нет, мой начитанный друг! — Она ловко дернула зачетку из моих рук — я только воздух ухватил, спохватившись. — Тан Савой. И в документе имя правильное. Хм, успеваемость… Похвально, студент, похвально. Ой, свежая троечка. «Внешняя энергетика», это как вы так не доработали?
— Тебе чего нужно? — Аккуратно забрал я зачетку из ее рук, ухватив за корешок и потянув вверх.
А там и спрятал во внутренний карман пиджака, для сохранности.
— Подумалось, что пять тысяч — как-то многовато будет. — Пощелкав пальцами, поделилась девчонка.
— Денег нет. Вообще нет. Час назад были, а теперь все — ветер в карманах. — Наплевав, в общем-то, на ее намек, поделился я с ней душевной болью. — Мерзкое свойство у этих купюр.
— Отработаешь.
— Не, это вряд ли.
— Отработаешь-отработаешь.
— А тебе матом понятнее будет, да? Сделка завершена, тебе информация — мне деньги. — Уперся я ногами в пол, чтобы встать.
— Да погоди, — убрав ногу с ноги, придержала она за плечо. — Еще денег надо?
— Поподробнее. — Покладисто остался я на месте.
— Вон, видишь? — Ткнула она маникюром на пальце в сторону той самой афиши.
— Вижу. — Прищурился я на красочный плакат вновь.
Нарисовано хорошо — несколько гравилетов закладывают петлю вокруг полуразрушенной башенки на восточной окраине.